Мрачный вайб

Глава 22

Вообще-то я планировала еще раз попытаться найти апартаменты Джейка, но на этот раз меня задерживает не Томас, а охранник, который, судя по всему, совершенно случайно патрулирует этот коридор.

Случайно. Как же. МакРэйвены ясно дали мне понять, что не хотят, чтобы я заглядывала в апартаменты Джейка. Или что они что-то скрывают.

Сегодня мне придется сдаться, но я найду способ пробраться туда.

Когда я наконец возвращаюсь к кабинету Джейка, то резко замираю. Дверь приоткрыта. Я уверена, что плотно закрыла ее за собой, но… Черт, почему я не заперла ее? Ключ, что отдал адвокат, в моей сумочке, но я совсем забыла об этом. С другой стороны, не уверена, что у кого-то из семьи нет запасного ключа и этот кто-то не вошел бы внутрь в любом случае. У персонала он точно есть, поскольку раз в месяц они должны здесь делать уборку.

Я медленно приближаюсь к комнате. Изнутри доносятся приглушенные шаги и тихий шелест. Сделав глубокий вдох, я решительно кладу руку на дверь и толкаю ее.

— Это еще что такое?

Незваный гость так быстро подскакивает с рабочего кресла Джейка, что бумаги веером разлетаются по полу.

— Святые небеса, ты меня напугала!

Передо мной стоит Бонни МакРэйвен, дочь Шерил и Хэмиша, кузина Джейка и Эвана. Ее рыжее каре переходит в черный цвет на самых кончиках, чего я раньше не замечала. Но до сих пор мне и не приходилось разглядывать ее так пристально, как в этот момент.

На ней белая блузка с высоким воротником, будто прямиком из прошлого столетия. В дополнение к этому она надела современную черную мини-юбку, колготки в сеточку и ботинки на толстой подошве. Когда я в последний раз общалась с Джейком, он упоминал о ней. Бонни только-только начала на него работать.

— Что ты здесь искала? — спрашиваю я и прикрываю дверь.

— Ах, ничего особенного. — Она наигранно небрежно пожимает плечами и как бы невзначай задвигает ящик стола.

Я хмурю брови, понимая, что Бонни не собирается уходить.

— Здесь нельзя никому находиться — ни тебе, ни остальным членам семьи.

— Я его личная ассистентка! — Только лишь слова слетают с ее губ, как лицо искажается в печальной гримасе. — Была. Я была его личной ассистенткой.

Я тяжело сглатываю. Несмотря на маску безразличия, Бонни тоже скорбит о нем, на свой манер.

— Знаю, — отвечаю я с сочувствием. — Но ты же слышала адвоката на оглашении завещания.

Она не должна здесь находиться и рыться на его рабочем месте. Особенно, когда я сама еще не нашла то, что мне нужно.

— Вау. — В этот момент Бонни как две капли воды похожа на свою мать. — Сколько ты в замке? Две минуты? И уже пытаешься выставить меня вон. Неудивительно, что вы с моим дорогим кузеном так хорошо ладили.

Это язвительное замечание задевает за живое. Прежде всего потому что направлено не только в мой адрес, но и Джейка.

— Я просто пытаюсь уважать его последнюю волю.

Она выходит из-за стола.

— На твоем месте я бы откопала все его незаконченные рукописи, наняла райтера, который их допишет, и потом опубликовала. Ты могла бы заработать миллионы. С другой стороны, благодаря Джейку у тебя их наверняка уже предостаточно.

Я игнорирую очередную колкость.

— Ты их искала здесь? Его рукописи?

Бонни небрежно взмахивает рукой.

— Я ничего не смыслю в хороших историях. И всего лишь делаю то, чему Джейк научил меня на горьком опыте: ставлю себя на первое место и плюю на всех остальных.

Это совсем не похоже на того человека, которого я знала когда-то. Но очень похоже на того, кто разрушил нашу дружбу. После столкновения с Томасом и Фергюсом мне совсем не хочется проводить еще больше времени с МакРэйвенами, но с Бонни я никогда не оставалась наедине. Это может быть отличным шансом узнать что-то о последних днях Джейка.

— Ты говорила с ним? — спрашиваю я. — Перед тем как он…

— Перед тем как он на бешеной скорости влетел в дерево и убого сдох в своей люксовой тачке? — заканчивает она невозмутимо, разглядывая свой маникюр. — Можешь называть вещи своими именами. Это не изменит фактов.

Я стискиваю зубы. Бонни, может, всего на пару лет младше меня, но один важный урок она, судя по всему, еще не усвоила: слова имеют силу. Они могут помогать и исцелять, а могут ранить и разрушать. Джейк знал это лучше любого другого.

— Ты говорила с ним перед смертью? — повторяю я. — Звонила? Писала?

Она закатывает глаза, как раздраженный подросток.

— Нет, мисс детектив. Он просто прислал мне почти двадцатиминутное голосовое сообщение в безбожную рань, в котором в очередной раз раздавал ценные указания.

Голосовое? Незадолго до аварии?

— В ту ночь? — Я делаю шаг навстречу. — Что он сказал? Можно его прослушать?

— Ээм… нет? Я не стану просто так давать свой телефон незнакомке, которая только что пыталась выставить меня за дверь. Кроме того, там не было ничего важного. — Бонни отмахивается рукой, словно вопрос на этом закрыт. Словно это голосовое не может содержать решающую зацепку.

— А что насчет его агента? — не отступаю я, когда она пытается пройти мимо. — Ты говорила в последнее время с Каннингемом?

— С кем?

Она лжет. Невозможно быть ассистенткой такого известного писателя как Дж. Дж. Бернетт и ни разу не контактировать с его агентом. Особенно учитывая то, что он рассказал мне на кладбище…

— Понятия не имею, что тебе от меня нужно. Честно говоря, ты звучишь почти так же параноидально как Джейк. Тебе стоит провериться.

Уже. Два года терапии. И все же я пытаюсь ухватиться за любую соломинку, потому что не могу просто забить на это, как делают все остальные.

— Джейк действительно был настолько невыносим? — тихо спрашиваю я, когда она подходит к двери.

— Если ты об этом спрашиваешь, значит, никогда не знала его по-настоящему, — хмыкает она в ответ.

С этими словами Бонни оставляет меня одну.

Возможно, она права. Возможно, я никогда не знала Джейка — или Дж. Дж. Бернетта. Возможно, мы оба все это время лишь притворялись кем-то, кем на самом деле не являлись.

Когда в тот вечер я покидаю замок, заперев кабинет Джейка, то чувствую покалывание в затылке. Не оборачиваясь, бегу через передний двор. «Лендровер» стоит там же под большой шотландской сосной, где я его до этого оставила. Плечи напряжены. Я оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу.

Лихорадочно ищу ключи в сумке и прибавляю шагу. Покалывание не прекращается.