Мрачный вайб

Глава 79

— Главное блюдо, сэр, — Айви ставит перед Фергюсом тарелку с выверенным до миллиметра стейком из говядины вагю и идеально разложенным гарниром.

Когда она поднимает голову, наши взгляды встречаются. Наш безмолвный разговор длится всего секунду. Мы обе умеем быть незаметными.

Я смотрю ей вслед, когда она выходит из комнаты. Айви стала той сестрой, которую подарила мне вселенная или судьба после того, как я потеряла Кэтрин. Из-за разницы в возрасте она всегда была для меня скорее второй матерью или тетей, но прежде всего — моей спасительницей.

Если бы в ту ночь она не возвращалась со встречи с подругами и не поехала именно по той дороге через болота… Если бы она не увидела маленькую раненую девочку и не остановилась… Если бы она отвезла меня прямиком в полицию или больницу, а не к своим родителям… Все сложилось бы иначе.

Я снова оказалась бы у МакРэйвенов, под опекой Малкольма как законного представителя. Как отца, хотя он им никогда не был. И если бы жизнь в замке не добила меня окончательно, я бы стала такой же испорченной, как большинство членов этой семьи.

Айви и ее родители предложили мне выход. Новую жизнь. И они помогают мне до сих пор. Я никогда не смогу отплатить им за то, что они для меня сделали. Но могу сделать так, чтобы виновные понесли наказание. Чтобы мама и Кэтрин наконец обрели покой. И возможно, только возможно, тогда я и сама наконец смогу отпустить прошлое и обрести покой в душе.

Руки дрожат, когда я беру столовые приборы и отрезаю кусочек. Мясной сок, растекающийся по тарелке, кроваво-красный.

Как символично.

Я ненавижу стейки, особенно слабой прожарки, но готова его проглотить ради того, чтобы не выдать себя. Я быстро запиваю первый кусок большим глотком красного вина и заставляю себя есть дальше.

Под столом Эван кладет руку мне на бедро, словно пытаясь успокоить. Но когда я поднимаю на него взгляд, на его лице не отражается ни единая эмоция. В присутствии своей семьи его ледяная маска снова на месте.

Атмосфера за ужином натянута до предела. МакРэйвены знают от Эйдена, что я веду против них расследование. Я, в свою очередь, знаю, что он работает на них. Мы словно играем в смертельную игру вокруг сокрушительной тайны. Тайны, которая никак не хочет оставаться похороненной, независимо от того, сколько людей из-за нее погибло. И каждый участник этой игры знает лишь отдельные фрагменты общей картины.

Каждый, кроме меня. Потому что я точно знаю, что произойдет дальше.

Никогда не думала, что буду благодарна Джейку. Наша дружба разбилась о мою тайну, но он никогда не переставал копать дальше. Никогда не переставал пытаться докопаться до истины. Жаль, что его больше нет здесь, чтобы увидеть результат наших с ним усилий.

Покашливание прерывает напряженную тишину и звон столовых приборов. Все взгляды обращаются к МакДаффу, который стоит в дверях, выпрямив спину, и слегка кланяется.

— Прошу прощения, но к нам посетители.

— Посетители? — раздраженно переспрашивает Шерил. — В такое время?

— Мы никого не ждем, — добавляет Рона с недоуменной улыбкой.

Мужчины за столом обмениваются взглядом, которого я не могу истолковать. Наконец Томас откладывает салфетку и встаёт с места во главе стола.

— Я разберусь.

— Сожалею, мистер МакРэйвен. — МакДафф выглядит огорченным. — Господа желают говорить исключительно с мистером Фергюсом МакРэйвеном.

Теперь все внимание переключается на второго по старшинству брата, который сидит слева от Томаса за столом.

— Кто вообще смеет беспокоить нас в такой поздний час за ужином? — рявкает Элспет с другого конца стола на дворецкого, который выглядит совсем юным по сравнению с ней.

— Это офицеры полиции Шотландии.

Последовавшая за этим тишина в комнате напоминает мне момент, когда на оглашении завещания зачитали мое имя. И точно так же, как тогда, мгновение спустя начинается хаос. Люди вскакивают с мест и начинают говорить, перебивая друг друга.

— Что это значит, Фергюс? — язвительно спрашивает Шерил.

— Должно быть, это недоразумение, — пытается успокоить всех Хэмиш, но выражение тревоги в его глазах не может скрыться от меня.

Он знает. Конечно, ведь он генеральный директор. Его брат не мог присвоить средства без его ведома.

Все настолько заняты собой, что сначала никто не замечает людей в форме, появившихся за спиной МакДаффа.

— Фергюс МакРэйвен? — один из полицейских выходит вперед.

Фергюс неохотно кивает.

— Это я. В чем дело?

— Вы арестованы.

Я широко распахиваю глаза, изображаю полнейший шок.

— Что? Этого не может быть.

— Давайте все сначала успокоимся. Я уверен, это просто недоразумение.

— Вы не можете арестовать моего внука! Он ничего не сделал!

— Скажи же хоть что-нибудь!

— Вы совершаете чудовищную ошибку.

Несмотря на шум, мне кажется, что я слышу металлический щелчок застегивающихся наручников. И благодаря небольшому опыту в Эдинбурге я знаю не понаслышке, как это ощущается.

Провожаю взглядом офицеров, которые выводят Фергюса из комнаты, и не могу сдержать легкую улыбку, тронувшую уголки моих губ.

Шах и мат, Фергюс. Теперь тебе уже не выкрутиться. Такие, как ты, могут избежать наказания за многое, но не дай бог им уклоняться от уплаты налогов.

Я перевожу взгляд на двух его братьев. Это было только начало.

— Я должен поехать с ними. — Эван, уже вскочивший с места, отодвигает стул. — Я нужен отцу.

Я хмурюсь и тоже поднимаюсь.

— Думала, ты корпоративный юрист. С каких пор ты работаешь еще и адвокатом по уголовным делам?

Он стискивает зубы.

— Пока мы не найдем для него лучшего адвоката во всем гребаном Соединенном Королевстве, я буду рядом с Фергюсом и буду консультировать его. Это мой долг.

Его долг перед семьей. Ну конечно.

Когда разрабатывала план по свержению братьев МакРэйвен, я допустила серьезную ошибку: недооценила преданность Эвана. Сейчас он уже не тот мужчина, который страстно целовал меня, изливал мне душу во время прогулок, соблазнял в сауне и вместе с Эйденом заставлял забыть обо всем на свете.

Теперь он снова МакРэйвен.

— Хорошо, — я выдавливаю улыбку, но удачи пожелать не могу. Это было бы слишком явной ложью. — Увидимся позже.

Он кивает мне и выходит из комнаты. Остальные члены семьи следуют за ним или расходятся по своим комнатам, пока я не остаюсь в столовой одна. Одна с кровавыми стейками на тарелках.

Рядом со мной возникает Айви.