Мрачный вайб

— Это было закрытое мероприятие на заводе недалеко от Питлохри, презентовали новый сорт джина. Я поговорил с двумя коллегами, которые были там от прессы. Их показания независимо друг от друга совпадают. Вечеринка закончилась около половины первого, и МакРэйвены все вместе уехали домой. Все, кроме двоих: Хэмиша и Малкольма. Якобы им нужно было что-то обсудить, и они оба остались.

Значит, Эван солгал? Или просто забыл упомянуть эту маленькую деталь, когда рассказывал мне о празднике?

— Мне удалось разыскать уборщицу, которая регулярно убирает офисы «МакРэйвен Джин», — продолжает Эйден. — По ее словам, Малкольм и Хэмиш были в своих кабинетах и работали. Когда она уходила домой около трех часов ночи, у обоих еще горел свет.

Джейк специально поехал в объезд, чтобы миновать Питлохри. Знал ли он, что его дяди будут там?

— Они провели в офисе всю ночь?

— Сомневаюсь. На следующее утро в девять в поместье МакРэйвен была запланирована большая фотосессия и интервью. Вся семья должна была в них участвовать.

Я недоверчиво смотрю на него.

— Откуда ты это знаешь?

В свете планшета я отчетливо вижу, как дергаются уголки его губ.

— Тщательный сбор информации — часть моей работы. Я разыскал фотографа, которая отвечала за съемку, и поговорил с ее ассистенткой. Они были в замке, когда приехала полиция и сообщила МакРэйвенам о смерти Джейка.

— И как они отреагировали?

— Шок. Оцепенение. Ужас. По ее словам, никто не выглядел так, будто уже знал об этом. Его мать, Рона, якобы была в таком состоянии, что пришлось вызывать скорую.

В этой суматохе из родственников, прессы, прислуги и медиков что-то легко могло остаться незамеченным. К настоящему моменту я просмотрела почти все записи с камер видеонаблюдения Джейка. Камеру в вестибюле, похоже, демонтировали первой. Жаль. Увидеть реакцию каждого своими глазами нам бы очень помогло.

— И все же у Малкольма и Хэмиша была возможность и подходящее временное окно, чтобы столкнуть Джейка с дороги.

Но зачем? Я не нашла в его бумагах или в пятом томе «Джентльмена-убийцы» ничего, что могло бы скомпрометировать кого-то из них или их обоих. Это нелогично. Как и то, что Малкольм устроил в доме Джейка. Единственное, что я могу себе представить — Малкольм уже удалил компрометирующие файлы с ноутбука Джейка. Поскольку ноутбук и компьютер связаны через облако, где все сохраняется, я бы даже не заметила, если бы чего-то не хватало. С другой стороны, Малкольму тогда пришлось бы раздобыть данные для входа раньше меня, что трудно представить, ведь даже для меня, как официальной наследницы, это было безумно сложно и долго.

Тем не менее, Малкольм и Хэмиш остаются под подозрением. И они не одни.

— Что насчет Бонни?

— А вот здесь начинается самое интересное, — Эйден внимательно изучает мое лицо, будто хочет в деталях уловить мою реакцию. — Ее вообще не было на той вечеринке.

— Ты уверен?

Он коротко кивает.

— Никто из прессы ее не видел. И официанты, с которыми я говорил, тоже. Бонни нет ни на одном фото, потому что она там так и не появилась.

Эван утверждал, что присутствовала вся семья, но, возможно, он даже не заметил отсутствия Бонни. Или не посчитал ее, так как она никогда не работала на «МакРэйвен Джин». Похоже, она и впрямь невидимка для своих родственников.

— Если ее не было на вечеринке… — рассуждаю я вслух, — то, где она была?

— Это главный вопрос.

— Бонни была в замке, когда на следующее утро приехала полиция?

— Этого я не знаю. Ассистентка фотографа не смогла вспомнить конкретно, но и не исключила, что та там была.

Я мысленно матерюсь.

Наверное, сейчас самое время рассказать Эйдену о Бонни и сожженном блокноте, но я молчу. Я больше никому по-настоящему не доверяю, даже самой себе.

Вместо этого я рассказываю Эйдену о видеозаписи из кабинета Джейка. О том как Бонни что-то искала, о ее срыве и о том, как она в одиночку прикончила любимый виски Джейка. Это далеко не прямое доказательство убийства. Но это показывает, какие сильные негативные чувства она к нему питала.

Эйден задумчиво кладет планшет позади себя на капот. Его взгляд устремлен на черную гладь озера.

— Думаешь, это она? Она его убила?

— Думаю, что она в отчаянии и жаждет любви и признания. А люди в состоянии отчаяния способны на ужасные поступки.

Какое-то время мы молчим, каждый погруженный в свои мысли и теории. Его рука задевает мою, и я ловлю себя на мысли, что зря надела куртку.

— Есть что-то еще, что ты хочешь мне сказать? — внезапно спрашивает он, поворачиваясь ко мне.

С тех пор как переехала в поместье МакРэйвен, я избегала Эйдена. Старалась не обсуждать с ним ничего, кроме самого необходимого — того дела, что нас связывает. Той сделки, которую мы заключили, кажется, целую вечность назад.

Он стал мне слишком дорог, и я не хочу причинять ему боль. Но и обманывать его я не могу. В моей жизни и так слишком много лжи и тайн.

— Я переспала с Эваном.

Его глаза округляются, но он не впадает в ярость, не осыпает меня упреками. Если бы не яркая луна над нами, я бы и не заметила, как ходят желваки на его скулах от того, что он стиснул зубы.

— Ладно, — Эйден шумно выдыхает. — Ты и я — мы не пара. Ты дала это понять более чем доходчиво. — Он выпрямляется, внезапно оказывается прямо передо мной, и мне приходится запрокинуть голову, чтобы продолжать смотреть на него. — Но и я должен кое-что прояснить.

Эйден приподнимает мой подбородок, удерживая мой взгляд, и прижимает свои губы к моим.

***

Губы все еще покалывает от этого поцелуя, когда я подъезжаю к воротам поместья МакРэйвен, ввожу код и гашу фары. Я до сих пор чувствую вкус Эйдена, чувствую его теплые руки на своем теле, хотя он почти не касался меня. Хотя этот поцелуй был слишком коротким.

Я возвращаюсь в замок так же незаметно, как и уехала. Никто не встречается мне ни в вестибюле, ни в длинных коридорах. Тиканье часов — единственный звук, помимо моих приглушенных шагов. Тем не менее, меня не покидает ощущение, что за мной наблюдают.

Только добравшись до своих апартаментов, включив свет и заперев дверь на засов, я решаюсь вздохнуть с облегчением и прислоняюсь к ней спиной. Но мысли в голове все еще кружатся, как торнадо.