Страница 4 из 75
4
Ксюша
“Забирай меня скорей, увози за сто морей, и целуй меня везде, восемнадцать мне уже..”
Кто это включил?
Точно не мама. И не папа. И не Ваня. Им бы такое в голову не пришло.
Остается один вариант - мой младший брат Никита. Ему пятнадцать, и он абсолютный балбес.
Выхожу из комнаты.
— С днюхой, систер!
Никита вручает мне подарок - букет оранжевых лилий и диск с компьютерной игрой.
— Спасибо, брателло! - целую его в макушку. - Ты в курсе, что мне девятнадцать?
— Да? Ну ты и старушка...
Я даю ему легкий подзатыльник.
Из своей комнаты появляется сонный Ваня. Смотрит на нас.
Песня заканчивается и начинается заново. Похоже, стоит не репите.
— Выключи это дерьмо, - командует он.
— Это же супер хит.
— Леща хочешь?
— Нет.
Никитка выключает музыку. Классные у моего старшего брата методы воспитания!
— Эй, а поздравить меня?
— Зубы почищу и поздравлю.
* * *
Мы все собрались на кухне. У нас такая традиция - праздничный завтрак в кругу семьи.
Меня все поздравили и завалили подарками.
Мама всплакнула, папа сердито пыхтел. Пытался не расчувствоваться.
Но не смог. Выдал очень трогательную поздравительную речь.
— Когда родился Ваня, я был капец как горд, что у меня сын.
— Интересное начало, - хмыкаю я.
— Подожди, не перебивай, я сам собьюсь. Так вот, я был горд. А когда появилась на свет ты, такая крошечная, розовенькая, с голубыми глазами, с тремя волосинками на макушке..
— Вся в тебя, - влезаю я.
— Да! Вся в меня. Красивая. В общем, когда появилась ты, я понял, что такое отцовская нежность.
— Ура!
Мы чокаемся чашками с кофе.
— А меня кто-нибудь вообще хотел? - раздается обиженный голос Никитки. - Нафиг вам сдался третий ребенок? Сын есть, дочка есть.. Вы кого ждали вообще?
— Квадробера, - выдает Ваня.
И мы все хохочем.
Да, Никитка в детстве очень хотел быть собакой. Выпросил на новый год костюм щенка и потом ходил в нем и зимой, и весной, и летом. Лаял и требовал, чтобы его кормили из миски на полу.
— А что? Я был в тренде, когда это ещё было немодно, - гордо заявляет мой младший брат.
* * *
— Эй, именинница, можно к тебе? - в мою комнату входит Ваня.
— Можно, только быстро. Чего?
— Хочу тебе кое-что рассказать.
А лицо у моего брата такое серьёзное, что мне становится не по себе.
— Что-то случилось?
— Ещё нет.
— А что... собирается случиться?
— Это ты мне скажи.
— Хватит говорить загадками! Есть что сказать - говори. Нет - проваливай. У меня сегодня маникюр и брови. Нет времени на всякую ерунду.
Ваня закатывает глаза.
— Да-а-а-а.. это капец какие серьёзные дела..
— Да, серьёзные! А тебе чего надо?
Пытаюсь вытолкать его из своей комнаты.
У меня ещё и эпиляция на сегодня намечена. Но ему об этом знать совсем не обязательно.
— Ладно, слушай, - начинает он таким голосом, как будто рассказывает сказку. - Где-то на заре полового созревания у меня начался активный стояк.
— Что? Фу-у-у! Зачем ты мне это говоришь?
— И дальше я жил с ощущением, что у меня в штанах граната с вырванной чекой.
— Я не хочу это слушать!
— Слушай, - жёстко произносит Ваня. - Потому что твой Платон такой же.
Платон? При чем тут Платон?
— У нас, парней, дела обстоят примерно так. Как бы тебе объяснить.. Всегда стоит. Всегда хочется. Возбуждает всё..
— Прям все?
— Идешь по лесу, видишь дерево с раздвоенным стволом - у тебя встал. Видишь дупло - у тебя встал. Видишь белку в дупле..
— Я поняла!
— И это только в лесу. Среди девчонок вообще существовать невозможно. Хочешь до судорог. Любую. А тебе никто не дает, потому что ты прыщавый озабоченный задрот. И вот ты сидишь, как дебил... Знаешь, почему сидишь?
— Догадываюсь, - бурчу я. - Мне обязательно это все знать?
— Да! - рявкает Ваня. - Ладно. Потом ты немного отдупляешь, что к чему. Но напряжение не спадает. Ты хочешь все, что движется, а что не движется..
— Я поняла!
— Он тебе пообещает все. Абсолютно все. Скажет все, что ты хочешь услышать. Люблю, трамвай куплю.. Женюсь, все дела.
— Кто скажет?
— Платон твой, кто же ещё! Но ты не слушай, что он говорит. Это вообще не он.
— В смысле, не он?
— С тобой говорит его член. Готовый на все, чтобы залезть тебе в трусы.
— Я не хочу это слышать!
Демонстративно затыкаю уши. Но все равно слышу.
— Помнишь, на втором курсе мне нравилась Алиса?
Очень хорошо помню. Ваня так страдал, что аж похудел.
— Знаешь, почему у нас с ней ничего не вышло?
— Не знаю.
— Она увидела, как я целуюсь с Машкой.
— Зачем? - поражаюсь я. - Зачем ты это сделал?
— Выпил пива с пацанами, тормоза отключились. Алиса мне не давала. А Машка дала. А мне было прям надо.
— Фу... Ты мерзкий.
— Да. Наутро чувствовал себя дерьмом. А Машка эта потом за мной месяц таскалась. Алиса, естественно, послала нахер. И правильно сделала.
Мы пару минут молчим.
Я в шоке.
Мы с братом никогда не вели таких откровенных разговоров! Ну, то есть, у нас довольно близкие отношения. Но об интимном мы никогда не говорили.
А тут он признался в таком..
— Но в одном я молодец, - продолжает Ваня. - Какой бы ни был стояк, как бы ни срывало крышу, я никогда не забывал о резинках.
— О чем? - не сразу понимаю я.
— Тебе рассказать, что куда надевается?
— Я в курсе!
Уже сообразила.
— Прикинь, она бы залетела. Машка, которая мне нахер не нужна. Кроме как для разового перепихона.
— И что бы ты сделал? - спрашиваю я.
— Всю жизнь бы расплачивался за тупую ошибку!
Мы снова молчим.
Ощущение, что на меня вылили ведро помоев.
Да уж... Умеет брать поддержать! Да ещё и в день рождения.
— Короче, систер. Пошли его нахер. Но.. Если ты меня не услышала, и он тебя всё же разведет.. помни о контрацепции. Всегда помни, что бы ни случилось.
— Иди на фиг!
Помни о контрацепции... Не пойду же я покупать презервативы. Платон об этом позаботится.
Но, честно говоря, Ваня заронил в мою душу сомнения. Так драматично все это рассказал..
Всю жизнь расплачиваться.. Звучит ужасно!