Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 39 из 75

39

Ксюша

Я как во сне. Я не могу поверить.

Квазимодо... Это Кирилл! Наш Кирюша! Которого я знаю с детства.

Да, мы давно не виделись. И никогда не были лучшими друзьями. Но все равно.. Как я могла его не узнать?

И как мог он... Он тоже не понял, что это я!

Он расклеил по всему городу билборды. Он искал меня!

А я думала, что больше никогда не увижу Квазимодо.. А он не Квазимодо. Он - Кирилл!

В голове полный сумбур.

Никак не могу во все это поверить..

Он держит меня за руку. Закрывает своим плечом. Ото всех.

Да, они все родные и близкие. И они не нападают. Во всяком случае, не на меня. Но их тут тридцать человек! И я не хочу при всех рассказывать про ту безумную ночь..

Кир правильно сказал. Это никого не касается.

Может, он произнес это слишком резко.. Все обалдели. Особенно Ваня. И мой отец.

А сейчас Кирилл ведет меня за руку. Прочь из дома.

Я иду за ним. Конечно, иду!

Как во сне...

Все расступаются. Я смущенно опускаю глаза в пол. Мне никогда не нравилось быть в центре внимания! Тем более, в такой ситуации.

Но.. я вдруг ловлю себя на том, что мне немного страшно оставаться с Кириллом наедине. Или это не страх, а волнение.

Я не знаю. Внутри все трепещёт. Я дрожу. Я на грани обморока..

Я и так почти потеряла сознание, когда поняла, кто пришел на кухню! Такого шока я не испытывала никогда в жизни..

— Квази... Кирилл! - шепчу я.

Мы останавливаемся у калитки.

— Я на машине, - говорит он. - Поедем ко мне, просто поговорим.

Просто поговорим?!

Кажется, я хотела услышать что-то другое..

— Подождите!

Нас догоняют. К счастью, не все тридцать человек. Всего четверо. Наши родители.

— Куда ты ее ведешь? - рычит мой отец.

— Я же сказал, мы поедем ко мне.

— Пап, успокойся. Все хорошо, - говорю я.

Но он на меня не смотрит. Он разговаривает с Кириллом.

— Я тебе за нее обе башки оторву.

— Может, не надо? Может, ещё пригодятся? Обе.

— Слушай, Михей, - влезает дядя Тимур. - С чего такой такой кипиш? Ну замутили наши дети. В чем проблема?

— В том, что он сделал ей ребенка и свалил.

— Ч-чего? - дядя Тимур начинает заикаться.

— О чем они говорят? - шокированным шепотом спрашивает тетя Кристина.

Мы встречаемся с ней взглядами. И я вижу, как ее накрывает понимание... Ее глаза округляются. Она прикрывает рот ладонью.

— Так вот почему тебе хочется эчпочмаков..

— Мам, ты просила - я сделал, - выдает Кирилл.

Я не понимаю, о чем он. Что она просила?

— Ксюша... Девочка моя.. Как же так..

Она бросается обнимать меня.

К ней присоединяется моя мама.

Я вижу, что наши отцы стоят напротив друг друга и чешут затылки. Мой-то уже привык к новости. А вот Тигра.. Его шикарная шевелюра, которой он всегда гордился, сейчас в большой опасности!

Интересно, полысеет или поседеет? - как-то отстраненно думаю я.

— В смысле - свалил? - до дяди Тимура доходит произнесенное моим отцом. - Что значит - свалил?

— Она месяц его не видела.

— Чего?! - рычит Тигра. - Да я сам ему сейчас шею намылю..

— Пап, успокойся. Я не свалил. Я ее потерял. Ясно?

— Нет.

— Ну и ладно. Главное, Ксюша все поняла.

Я поняла.

Я верю, что он меня искал.

— Ещё раз с днем рождения, - вежливо произносит Кирилл.

И снова берёт меня за руку, вытаскивая из объятий рыдающих мам.

— Эту днюху я никогда не забуду... - бурчит мой отец.

— Мы поедем, - произносит Кирилл.

— Подождите!

— Вы тут сами рыдайте и пейте валерьянку с шампанским. Нам надо поговорить.

Какой он строгий!

Калитка за нами закрывается.

Мы идём к машине. Моя рука в его ладони.

Не доходим. Останавливаемся.

— Эсмеральда... - шепчет он. - Наконец-то я тебя нашел..

— Наконец-то..

Я падаю в его объятия. В его сильные нежные руки. Которые гладят меня, сжимают, стискивают до боли..

— Ты настоящая, - шепчет он. - Я не могу поверить!

Я тоже не могу.

Он целует меня. Мой Квазимодо..

Я помню эти губы. Я грезила о них бессонными ночами. Я вспоминала все до мельчайших подробностей. Я мечтала, что мы встретимся снова и все будет ещё лучше. Но сама в это не верила.

А сейчас.. Это все так похоже на сон! На красивую нереальную сказку.

И меня накрывает страх. А вдруг я сейчас проснусь?