Страница 24 из 75
24
Ксюша
— Что такое?
— Кофе невкусный.
— Нормальный кофе.
— У него какой-то странный привкус.
— Ну, не знаю. Я его в турке сварила, как всегда варю, - ворчливо произносит бабушка.
— Мы тут латте-шмате на огуречном молоке не пьем, - вставляет дед.
— На огуречном никто не пьет, - меланхолично замечаю я.
— А чего? Давайте надоим огурцов!
Я улыбаюсь. Дед, как обычно, жжёт.
— Может, тебе какао сделать? - спрашивает моя заботливая бабушка.
— Да я просто чаю выпью.
Встаю, наливаю себе обычный черный чай. Добавляю лимон. Нормально.
Желудок успокоился.
А я почему-то вспоминаю коктейль “Соленая собака”. Горько-соленый грейпфрут.. Мне бы сейчас зашло!
А тогда лучше бы не заходило...
Я у бабушки с дедушкой. Они на старости лет купили домик в деревне, что-то вроде дачи. Мама с папой решали-решали, как мне проводить лето, а я взяла и уехала.
Психанула. Достало все. Особенно достало ждать, что Квазимодо внезапно объявится. Позвонит. Напишет..
Хотел бы - давно бы написал!
К черту Квазимодо.
И нет, бездельничать не собираюсь. Буду работать удаленно. Нашла себе подработку сразу на нескольких сайтах. Буду админить и модерировать. Это несложно. И, какой-никакой, а собственный заработок.
Что там говорил папа: найдешь себе хорошего мужа?
Да хрен там!
Не нужен мне муж. Мне вообще мужики больше не нужны. От них одни слёзы..
Мне и одной хорошо.
Очень!
Мама абсолютно права. Надо уметь зарабатывать самой. И с трудностями справляться самой. И все делать самой. Чтобы быть сильной и независимой.
* * *
— А у вас грейпфруты есть? - спрашиваю я в местном магазине.
— Только апельсины. И грейпфрутовый сок.
— Давайте сок.
Прихожу домой. Наливаю сок в стакан. Пробую. Неплохо.. Но не то.
Лезу в морозильник в поисках льда - а его нет. Понятно. Никто не замораживает, никому не нужен.
Ладно. Зато есть замороженные ягоды. Клубника, малина, вишня.. Нет. Это все не подходит.
О. В дальнем углу морозильника завалялся надорванный пакетик с замороженной рябиной. Бабушка ее заваривает и пьет то ли от давления, то ли от желудка. Я раз попробовала - жуткая горечь.
То, что нужно!
Я бросаю пригоршню ягод замороженной рябины в грейпфрутовый сок. Достаю солонку, посыпаю все это солью. Перемешиваю. Пробую.
М-м-м-м..
Выпиваю весь стакан залпом. Поднимаю глаза. И натыкаюсь на внимательный взгляд бабушки.
Интересно, давно она стоит в дверях?
— Ксюш, ты что такое делаешь?
— Это... Это такой модный коктейль.
— Вкусный?
— На любителя.
Бабушка качает головой. И разглядывает меня ещё внимательнее.
— Там дед беседку красит, - говорит она.
— Ну... хорошо.
— Пойдем, посмотрим.
Я не понимаю, зачем мне на это смотреть. Но иду.
Мы выходим в сад. Ну точно, красит. Запах такой.. интересный.
Подходим ближе. Ух ты!
— Как цвет? Нормально? - спрашивает дед.
— Как вкусно пахнет...
Я даже прикрываю глаза от удовольствия. Поэтому про цвет ничего сказать не могу.
Когда открываю, снова натыкаюсь на какой-то странный взгляд бабушки.
— А кофе тебе, значит, невкусный.. - говорит она.
— При чем тут кофе? - не понимаю я.
* * *
— Там к тебе какой-то парень приехал.
Я вскакиваю, чуть не уронив и не разбив ноутбук.
Сердце ухает в пятки. Я хватаюсь за стол - потому что голова внезапно закружилась.
Квазимодо... он нашел меня!
В этот момент мне не приходит в голову, что он никак не мог меня найти..
— Где? Кто?
— В калитку ломится, - говорит бабушка.
Я несусь к калитке. Распахиваю ее. И слышу:
— Ксюш, я соскучился.
Платон...
От разочарования у меня подгибаются колени. Я падаю на скамейку у калитки.
Платон садится рядом. У дороги стоит его машина.
Я ожидаю, что он сразу начнет оправдываться, извиняться, вываливать на меня кучу доказательств того, что я все неправильно поняла.
Но он молчит. Минуты две. А потом выдает:
— Ксюш, я такой дурак..
Абсолютно согласна. Разубеждать даже не собираюсь.
— Я всё время о тебе думаю. С той самой вечеринки. Я не.. Я больше не виделся с Катькой.
— Мне всё равно.
— А мне нет! Я совершил ужасную ошибку. И жестоко поплатился за нее..
Поплатился?
— Что, ошпаренный писюн отвалился? - с надеждой спрашиваю я.
— Ксю..
— Не отвалился?
Платон пытается взять меня за руку. Я не даю ему свою ладонь.
Вскакиваю со скамейки.
— Тебе пора.
Платон нехотя поднимается.
— Не приезжай больше.
Я быстро иду к калитке. И... налетаю на деда.
— Эй, малой! - обращается он к Платону. - Постой-ка.