Страница 47 из 127
Глава 30
Вздрагиваю, словно меня поймали на месте преступления. Сначала хочется шагнуть назад, в темноту дома, но я, наоборот, спускаюсь с крыльца, чуть плотнее запахивая одеяло.
— Это твой третий вопрос? — спрашиваю я.
Бьерн издает тихий смешок, медленно опускает клинки и оборачивается. Да, не только он умеет подловить.
— Нет, — с ухмылкой отвечает Бьерн.
— Тогда нравится, да. Луна. Она сегодня красивая, — говорю я.
И гляжу прямо в его золотые глаза. Свет серебрит капли пота на его торсе, и мне приходится напрячься, чтобы не опускать взгляд.
— Красивая, — соглашается Бьерн, делая шаг ко мне. — Но ты, кажется, смотрела не на луну. Решила оценить представление? Билеты, между прочим, платные.
— Ты был ко мне спиной, тебе просто показалось! — фыркаю я и все же отступаю к ступенькам. — Придумываешь.
— Придумываю? — он в два шага сокращает расстояние между нами и оказывается прямо передо мной. — Я, по крайней мере, не прячусь в темноте, подглядывая.
От Бьерна пахнет походным костром и летним лесом, веет жаром и опасностью, и я не могу заставить себя расслабиться, пока он находится так близко ко мне. Он протягивает руку и легким движением касается края ткани у меня на плече, позволяя своим пальцам соскользнуть к локтю. Следит за этим движение.
— Что бы ты делала, если бы это был не я? А кто-то из тех, кто вчера гнался за тобой?
Вопрос кажется странным, словно в клочки раздирающим напряженность момента.
— Я бы… — я поджимаю губы и отступаю еще на шаг.
Одеяло выскальзывает из пальцев, падая на землю. Лопатками чувствую прохладу шершавой стены дома, вжимаюсь в нее.
— Что? Что бы ты сделала? — Бьерн наклоняется ближе.
— Закричала? — неуверенно отвечаю я.
Он резко, но не больно, хватает меня за запястье.
— Пока твой крик услышат, будет поздно, Элиз.
Я инстинктивно пытаюсь вырвать руку, но он держит крепко.
— Пусти!
— Нет, — коротко отвечает он. — Это твоя первая ошибка. Ты паникуешь и тратишь силы. Что будешь делать?
— Ударю тебя второй рукой! — сквозь зубы цежу я.
— Попробуй, — ухмыляясь, произносит Бьерн.
Я успеваю только замахнуться, как он с легкостью перехватывает и второе запястье и прижимает к стене. Я в ловушке, беспомощная и злая.
— Кажется, у кого-то проблемы? — ирония в его голосе бесит, я не могу найти выхода из этой ситуации.
Я когда-то много дралась с мальчишками из деревни, куда уезжала на коне. А потом даже пару раз просила позволить мне поучаствовать в тренировке офицеров, когда недалеко от нашего дома располагался их лагерь. Конечно, когда отец узнал, он дал мне хорошую взбучку и запретил туда ездить.
Но это все было так давно, что сейчас ни тело, ни голова не хотят вспоминать, как это было.
— А у тебя, кажется, избыток уверенности в себе! — шиплю я.
— Возможно. Но сейчас я твой учитель. Урок первый: уязвимость, — он чуть ослабляет хватку на моем правом запястье. — Видишь большой палец? Он всегда против остальных. Вся сила захвата здесь. Не пытайся вырвать руку силой, у меня ее больше. Поворачивай ладонь вниз, а локоть поворачивай так, чтобы твое запястье выскользнуло из моих пальцев.
Я с силой распрямляю кисть и резко двигаю локтем вперед, как он и сказал. Рука высвобождается из его хватки, и Бьерн издает довольное «хм». Не дожидаясь другой его реакции, я провожу ту же манипуляцию с другой рукой.
— Уже неплохо. Но медленно. А если так?
Прежде чем я успеваю насладиться маленькой победой, Бьерн оказывается у меня за спиной. Одна его рука обхватывает меня поперек талии, прижимая к горячему торсу, а вторая ладонь ложится на шею. Я испуганно дергаюсь, но понимаю, что хватка слишком крепкая.
— Снова паника, — его шепот обжигает ухо. — И снова бесполезная трата сил. Думай. У тебя есть локти. Затылок. Каблуки.
Я изо всех сил бью пяткой по его голени. Он даже не дергается. Резко откидываю голову назад, целясь в лицо. Он успевает увернуться, но хватка на талии ослабевает.
— Лучше! — одобрительно выдыхает Бьерн мне в волосы. — Теперь локоть. В ребра.
Злит. Сам напросился! В этот удар я вкладываю всю свою злость, смущение и обиду на Франца, Лидию и весь мир.
Бьерн резко выдыхает и разжимает руки, в тот же момент разворачивая меня к себе лицом. И снова я оказываюсь в ловушке между стеной и телом Бьерна.
Мы оба тяжело дышим. Его руки лежали по обе стороны от моей головы, а мои ладони упираются в его напряженные плечи. Между нами нет и сантиметра свободного пространства.
— Способная ученица, — хрипло произносит он, глядя не в глаза, а на мои губы. — Так ты хотя бы выторгуешь себе несколько секунд.
— А… а что потом? — голос отказывается мне подчиняться, срываясь и выдавая мое волнение. Сердце колотится где-то в горле.
— Потом… — Бьерн медленно наклоняется, его дыхание смешивается с моим. — Потом бежать. И надеяться, что появлюсь я.
Я не могу отвести взгляд. Мир сужается до его золотых глаз и губ, которые были так близко…
Тут в его наручах что-то щелкает. Бьерн замирает и резко делает шаг назад, будто обжегшись.
— Иди спать, Элиз, — отворачиваясь, говорит он. — Если захочешь — мы продолжим. Но не сегодня.
Он поднимает с земли свои клинки и, не оборачиваясь, скрывается в конюшне. Как будто бежит от меня. Или не от меня, а от себя?
Утром я просыпаюсь от манящего запаха кофе с корицей, который щекочет ноздри и буквально поднимает меня из постели. Бьерн сидит на кухне, полностью одетый, с мрачным видом и темным взглядом.
Кажется, что он не спал ночью совсем. Хотя это вполне возможно, потому что после того, как я практически сбежала к себе в комнату, он ушел со двора. А куда отправился — понятия не имею, но, кажется, дома его не было.
— Доброго утра. Садись, — кивает он на стул напротив и придвигая ко мне уже заботливо наполненную кофе чашку. — Нам нужно поговорить.
Я сажусь и обхватываю кружку ладонями.
— Полагаю, мне не стоит спрашивать, где ты был ночью? — говорю я. — Ты что-то узнал?
— Элиз. Я могу отшучиваться, стараюсь не вдаваться в подробности, потому что мне не хочется тебя пугать, — начинает он. — Но ситуация на самом деле очень серьезная. Девушек не просто убивают. Из них… словно вытягивают душу. И ты сама знаешь, что это происходит только с теми, у кого есть искра.
— Зачем?
— Это как-то связано с драконами. Потому что только связь с драконами делает девушку с искрой особенной, — говорит Бьерн.