Страница 2 из 71
В другой жизни, в другом настроении, я бы, может, оценила прямоту. Но я опоздала на месяц, заблудилась, и меня за один день дважды записали в обслугу. Терпение закончилось ещё у шлагбаума.
— Впечатляет, — сказала я ровно.
Он чуть приподнял бровь, уже уверенный в победе.
— Что именно?
— Что можно вложить столько денег в человека и получить на выходе вот это. — Я кивнула на него — всего, целиком. — Видимо, манеры в пакет не входили. Доплачивать не пробовали?
Тишина.
Второй игрок на дальнем корте фыркнул — коротко, давясь смехом, — и тут же сделал вид, что закашлялся.
А мой собеседник не отвёл взгляд. Вот что было неожиданно. Любой другой на его месте либо разозлился бы, либо отступил.
Он —
склонил голову набок
и посмотрел на меня заново. Внимательнее. Так смотрят, когда вещь, которую ты записал в дешёвую, вдруг повела себя не по прейскуранту.
Его взгляд скользнул вниз — не туда, куда я ждала, а на чехол в моей руке.
— Хорошая ракетка, — сказал он медленно. — Очень хорошая. Таких в магазинах не бывает.
— Не бывает, — согласилась я.
— Откуда у тебя такая? Или это просто чехол такой сделала, чтобы выпендриться?
— А вот это, — я закинула чехол на плечо, — не твоё дело.
Я развернулась и пошла. Спиной чувствовала взгляд — он не отлепился, наоборот,
прилип
, и не так, как липнет скука. Так липнет интерес. Самое нежелательное, что могло со мной здесь случиться, и я это понимала уже тогда.
— Эй, — окликнул он, и в голосе впервые проскользнуло что-то живое. — Имя.
Я не обернулась.
— Найдёшь — обращайся. Хотя нет. Не обращайся.
Я ушла, не дав ему последнего слова, и это было приятно — секунд десять.
Потом я всё-таки спросила у первой встречной девушки, как пройти к резиденции «Д», и заодно, делая вид, что мне абсолютно всё равно, кивнула в сторону кортов:
— А там кто играл? Тёмный такой.
Девушка посмотрела на меня как на инопланетянку.
— Ты что, серьёзно не знаешь? — Она понизила голос, будто я спросила про члена правящей династии. В каком-то смысле так и было. — Это Марк. Его родители — попечители «Аксиомы». Тут половина корпусов стоит на их деньги.
— Понятно, — сказала я.
Понятно было одно: я нажила себе проблему в первый же день.
Большую, тёмноволосую, с идеальной подачей и нулевыми манерами.
Я перехватила чехол поудобнее и пошла искать свою кровать с розеткой.
Турнир начинался через две недели. Заявки ещё принимали.
И вот
это
— а вовсе не Марк, как мне тогда казалось, — должно было занимать все мои мысли.