Страница 55 из 82
Наконец, настала очередь Владислава Серых Гор, прошлогоднего победителя в зачарованной категории. Он был старым дварфом, ещё более коренастым и морщинистым, чем Родрик. Его лицо, изрезанное глубокими складками, напоминало древний, выветренный камень, а глаза, тёмные и глубоко посаженные, смотрели на мир с тем спокойным, всезнающим прищуром, что свойственен лишь тем, кто перевидал столетия. Его борода, совершенно седая, была столь длинна, что он затыкал её за широкий кожаный пояс, инкрустированный медными заклёпками, чтобы не мешалась при ходьбе. Сама борода была заплетена не в косы, а в сотни тонких, тугих жгутов, каждый из которых заканчивался крошечной серебряной бусиной. Одет он был в простой, почти аскетичный наряд: грубую шерстяную тунику цвета небелёного холста, подпоясанную вышеупомянутым поясом, и такие же простые штаны, заправленные в высокие, потёртые сапоги из дублёной кожи. Никаких вышивок, никаких украшений. Но контраст между этой нарочитой простотой и его руками был разителен. На его пальцах, узловатых и толстых, как корни старого дуба, сияло с десяток массивных перстней с крупными драгоценными камнями, каждый из которых, без сомнения, был магическим. Там были и глубокий, как ночное небо, сапфир, и кроваво-красный рубин, и переливающийся всеми цветами радуги опал, и дымчатый топаз, и молочно-белый лунный камень. Каждый перстень был заключён в сложную, витую оправу из серебра, покрытую мельчайшей гравировкой. Казалось, он носит на себе целую сокровищницу или, вернее, арсенал. Он не стал снимать ткань со стойки, как делали другие. Он даже не подошёл к ней сразу. Вместо этого он медленно, шаркающей походкой, опираясь на массивную, из тёмного дерева трость с навершием в виде головы барсука, приблизился к столу и просто положил на него раскрытую ладонь. В центре его широкой, мозолистой, но в то же время ухоженной ладони лежало кольцо. Обычное на вид серебряное кольцо, даже, можно сказать, скромное, особенно по сравнению с перстнями. Никаких гравировок, никаких завитушек. Простой, гладкий, чуть потёртый ободок. И в него был вставлен небольшой, тусклый, почти чёрный камень овальной формы. На первый взгляд он казался невзрачным, но, приглядевшись, я заметил, что в самой его глубине, если поймать нужный угол, пробегают едва заметные бурые искры. Толпа замерла. Даже вездесущие птицы в кронах яблонь, казалось, притихли. Все взгляды были прикованы к этому маленькому, неказистому предмету в ладони мастера.
— В прошлом году я показал вам щит с тройным наложением, — проскрипел Владислав, и его голос был похож на шорох осыпающихся камней где-то глубоко в горах, — сложную конструкцию из стали, магии и рунной вязи. Многие тогда сказали: «Это вершина!». — Он обвёл собравшихся медленным, тяжёлым взглядом. — Но я подумал: а что, если вершина — это не самое сложное, а самое… понятное? В этом году я покажу вам кое-что иное. Кольцо «Нить Понимания».
Он поднял кольцо двумя пальцами, и камень, поймав луч света, пробивающийся сквозь листву, на мгновение вспыхнул глубоким, винным цветом. Архимаг Тереза, до этого стоявшая неподвижно, чуть подалась вперёд, и её глаза, серые, как грозовое небо, сузились.
— С ним не нужно быть великим воином или могучим магом, — продолжал Владислав, и его скрипучий голос обрёл странную, убаюкивающую ритмичность. — Зачем воевать, когда можно просто поговорить? Зачем тратить годы на изучение боевых искусств, если можно понять, что у твоего врага, возможно, просто болит зуб или он не ел три дня? — По толпе пробежал лёгкий, удивлённый смешок. — Этот камень, несмотря на свою тусклость, является уникальным проводником тонких энергий. Он не читает мысли, нет. Это было бы слишком грубо. Он позволяет владельцу чувствовать… контекст.
Он сделал паузу, наслаждаясь всеобщим вниманием, и погладил кольцо кончиком пальца. Камень на мгновение потеплел, испуская едва заметное сияние.
— Владелец может чувствовать эмоции других людей, их скрытые мотивы и истинные намерения, — произнёс он, и его голос зазвучал почти интимно, будто он делился с каждым личным секретом. — Это не чтение мыслей, а скорее… «ощущение» эмоционального состояния. Представьте: вы говорите с купцом, и вдруг чувствуете лёгкий холодок — он что-то недоговаривает. Или вы утешаете друга, и кольцо подсказывает вам, что ваши слова, наконец, достигли цели, потому что от него исходит тепло. Оно помогает находить нужные слова, избегать недопонимания и строить более крепкие связи с окружающими.
Верховный жрец Агнбера, сложив руки на груди, хмыкнул, но в его глазах читался живой интерес. Король Эдмунд, напротив, сидел абсолютно неподвижно, лишь его пальцы, унизанные королевскими перстнями, слегка постукивали по подлокотнику трона.
— Но это ещё не всё, — продолжал Владислав, и его голос зазвучал громче. — «Нить Понимания» даёт интуитивное понимание настроения и потребностей животных. Вы сможете понять, рычит ли на вас пёс от злобы или от страха. Вы сможете успокоить испуганную лошадь одним лишь прикосновением, потому что будете знать, что именно её пугает. — Он вытянул руку с кольцом в сторону ближайшей яблони, на ветке которой сидела маленькая, ярко-жёлтая пичужка. Птица, вместо того чтобы испугаться, склонила головку набок и издала короткую, мелодичную трель. — Также владелец может чувствовать более глубокую связь с природой, понимать её «язык». Например, предчувствовать погоду не по приметам, а по тому, как «дышит» земля, или ощущать состояние растений: жаждут ли они воды, больны ли, или, напротив, полны сил.
Он опустил руку и, сделав шаг вперёд, обратился уже непосредственно к судьям. Его голос стал тише, но каждое слово чеканилось с особой силой.
— Магия работает постоянно, как тихий, ненавязчивый советчик. Но она может быть усилена, когда владелец активно пытается понять кого-то или что-то. И, — он сделал драматическую паузу, — при определённом усилии воли, кольцо позволяет не только чувствовать, но и передавать свои намерения цели. Человеку ли, животному ли. Не слова, а чистый посыл: «я друг», «я не причиню вреда», «уйди», «доверься мне». Это не контроль, не подчинение. Это… предложение, которое трудно неверно истолковать.