Страница 52 из 82
— А я, — Иван хитро прищурился, — я взял и начал с ним разговаривать. Ну, как разговаривать… Просто начал рассказывать ему, что я с ним сделаю. Что я его очищу. Что он станет оружием света, а не тьмы. Бред, скажешь? Может, и бред. Но после этого свечение прекратилось. А потом началась работа. Мы с Тимкой вымачивали его в ванне с раствором из толчёного серебра, святой воды (её мне один знакомый жрец Легилиуса продал, дорого, зараза!) и экстракта корня мандрагоры. Держали по шесть часов в день, потом сушили на свете во дворе, потом снова вымачивали. И так месяц. А потом ещё месяц полировали, придавали форму, наносили гравировку: те самые три пересекающихся круга в квадрате. И только потом вставили камни и шипы.
Он замолчал, переводя дух, и посмотрел на пернач в своей руке. «Гроза Нечисти» в лучах (кристалл на вершине пирамиды уже начинал тускнеть, окрашивая небо в слегка оранжевые тона) выглядел по-настоящему грозно. Тёмное дерево, отполированное до блеска, казалось, поглощало свет. Серебряные шипы тускло мерцали. Чёрные камни, вставленные в узор, напоминали глаза какого-то хищного существа из глубин.
— И вот результат, — тихо, почти благоговейно произнёс Иван. — Первое место. Король Эдмунд II сам пожал мне руку. Сказал, что это оружие достойно королевской сокровищницы. Но я его не продам. По крайней мере, пока. Оно должно послужить делу. Я хочу, чтобы его опробовали в реальном бою. Может, отдам его в гильдию/группу охотников на нежить, что базируется в Тёмных Пустошах или другим, что устраивают рейды в тех же топях. Они давно просили что-то подобное. Естественно, не за просто так.
Я слушал его и чувствовал глубокое уважение. Передо мной сидел не просто ремесленник, а настоящий мастер, который вкладывал в работу не только руки, но и душу. Его подход к древню, его разговоры с проклятым материалом — это было сродни шаманству, но шаманству, подкреплённому точным расчётом и знанием.
— Иван, — сказал я, допивая квас и ставя кружку на скамейку, — я хочу задать вам один вопрос. Возможно, несколько неожиданный.
— Валяй, — он откинулся назад, прислонившись спиной к стволу яблони.
— Вы упомянули Барнибия Галла. Вы читали его «Трактат о нестабильных и забытых минералах»?
Иван удивлённо поднял бровь.
— Читал, конечно. Правда, не всё. А что? У тебя есть интерес к таким штукам?
— Возможно, — уклончиво ответил я. — Мне просто интересно ваше мнение как практика. Насколько применимы эти знания в реальной работе? Например, как можно применять то же черный адулярий бездны?
— Хех, — Иван снова хмыкнул. — Знаешь, я так скажу: любое знание применимо, если у тебя есть голова на плечах и руки из нужного места. Но с этими нестабильными минералами нужно быть осторожным. Тот же адуларий, говорят, разрушается при обработке. Я бы не рискнул с ним работать без специального артефакта-стабилизатора. А где такой взять? Разве что в Академии Арканума, королевской сокровищнице или Королевской Гильдии Артефактов, да и то вряд ли. Это ж реликвии древних.
Тимка, всё это время стоявший молча, вдруг подал голос:
— А я читал, что чёрный адуларий можно закрепить, если поместить его в оправу из лунного серебра и залить эссенцией ночной фиалки. Но это только теория, в наше время никто не проверял.
Мы оба уставились на парня. Иван — с гордостью, я — с удивлением.
— Ты откуда знаешь? — спросил я.
— Я… я просто интересуюсь, — засмущался Тимка. — В библиотеке, тут около висячих садов есть несколько книг по минералогии. Я их все прочитал.
— Вот, — Иван хлопнул парня по плечу так, что тот пошатнулся, — растёт смена. Если не передумает, через пару лет получит право называться кузнецом.
Кристалл на вершине пирамиды теперь излучал мягкий оранжевый свет, и весь яблоневый сад погрузился в медь. Зажглись магические фонари — шары тёплого оранжевого света, стоявшие на стальных ножках между деревьями. Где-то заиграла музыка, и несколько пар закружились в танце прямо на траве. Фестиваль продолжался, близиться второй этап.
— Ну что ж, — я поднялся со скамейки, — спасибо за беседу, мастер Молот. И вам, Тимка, спасибо. Было очень познавательно.
— Заходи в кузню, — Иван тоже встал, протягивая мне руку на прощание. — Покажу ещё кое-что. Есть у меня одна задумка — хочу выковать меч с сердцевиной из особого железа. Говорят, оно впитывает магию, как губка. Может, вместе чего придумаем.
Я крепко пожал его руку, чувствуя тепло и силу, исходящие от этого человека. А ведь раньше он казался мне очень холодным и отстранённым человеком. Тимка также кивнул.
— Обязательно зайду, — пообещал я.
И, развернувшись, направился обратно к трибунам, где меня ждали Гракх и Ург Варг. В голове роились мысли. Барнибий Галл, чёрный адуларий, артефакт-стабилизатор древних: всё это было звеньями одной цепи, и я чувствовал, что стою на пороге какого-то важного открытия. Но пока что нужно было принять участие в зачарованной категории и, возможно, ещё немного насладиться праздником.