Туда и обратно

— Ааа! — на этот раз под удар немёртвой твари попал Руперт. Парень бахнул по противнику чем-то из арсенала земли, напоминавшим разогнанное каменное веретено, и не успел увернуться от ответки. Часть силы чёрного сгустка вновь «съела» стационарная защита, часть поглотил выставленный щит, но что-то всё равно прошло, и этого хватило, чтобы вывести молодого мага из строя. Он как-то обречённо вскрикнул и без чувств повалился на каменные плиты.

И всё же, несмотря на всю кажущуюся ультимативную мощь твари, было видно, что ей тяжело. Вот уже заклинания магов начали пробивать её защиту: сначала уже виденные Александром когда-то в исполнении Ариена лучи-лазеры проткнули дымчатую защиту лича и буквально подожгли его плоть в районе правого плеча. Не то чтобы огонь сильно смутил тварь, но становилось очевидно, что она выдыхается. От очередной её контратаки Оливия тупо увернулась, а третий залп храмовников неожиданно возымел действие: на этот раз серебряные пули добрались до древней плоти и, взрываясь, вырывали прямо куски из тушки лича. Да и сам он как-то поскучнел, шипеть стал менее грозно, движения замедлились, крутиться прямо в гробу он стал медленнее, явно с трудом подбирая себе цель для новой атаки.

— Дожимаем! — натужно крикнул Серов, кое-как поднимаясь на ноги.

— Мне нужно десять секунд! — отозвался Ариен. Огневик выглядел так, будто его самого сейчас нужно будет собирать веником: лицо серое, губы в кровь искусаны, левая рука висит плетью — даже непонятно, когда он успел пострадать.

Лич, словно услышав, что его собираются добивать, наконец-то попытался выбраться из саркофага полностью. До этого он то ли не мог, то ли не считал нужным, действуя из своего каменного ящика как из укреплённой огневой точки. Теперь же высохшая тварь, видимо, решила, что мобильность важнее, а может, решила перейти в рукопашную — кто знает, что там за мысли в иссохших мозгах. Однако получилось это у неё не очень удачно: мертвяк резко дёрнулся вперёд, переломился как кукла и буквально выпал наружу, звякнув костями о каменный пол. Впрочем, эта оплошность опять же его не смутила, он сразу же вновь встал на ноги.

Почти. Потому что один из храмовников — видимо, дальше стрелять из своего пистоля ему показалось недостаточно героическим — успел подскочить и с размаху врубил ему по колену мечом. Удар вышел отличный, живому человеку этого бы сразу хватило для выведения из строя, а вот у лича нога просто подломилась неестественным углом, и тварь с трудом сохранила вертикальное положение, ухватившись обрубком правой руки за бортик саркофага.

— А вот получи! — заорал боец, явно сам удивившись собственной смелости.

Лич ответил ударом когтистой руки. Щит храмовника хрупнул и развалился на две половины, сам он отлетел назад, ударился о стену и сполз вниз без признаков жизни, но это позволило выиграть время и дало Ариену те самые драгоценные секунды.

Огневик выдернул из сумки какой-то артефакт: золотую пластину странной формы с выбитыми на ней надписями, зажал её между ладонями, поднёс к лицу, что-то прошептал и потом метнул по каменным плитам под ноги личу. Пластина остановилась как раз под тварью — причём мертвяк явно заметил опасность и попытался ретироваться, проявив невиданное ранее чувство самосохранения, но подрубленная нога его подвела, — после чего из неё вверх встали потоки света и заключили лича в своеобразную колбу из огня. И она начала постепенно уменьшаться, прижаривая тварь со всех сторон.

— Все назад! — закричал Ариен, и на этот раз желающих ослушаться не нашлось. Побитая команда приключенцев — те, кто ещё был способен передвигаться самостоятельно, — прыснула в стороны как тараканы из-под тапка.

Лич снова зашипел, теперь не угрожающе, а как-то обречённо.

Серов не стал ждать, пока магические спецэффекты закончатся — лучше всех сегодня себя показал его верный клинок, и он не нашёл ничего умнее, чем воспользоваться ситуацией и повторить атаку. Граф шагнул вперёд, прикрывая лицо от пышущего жара локтем, и врубил меч точно туда, где должна была быть лысая, обтянутая тонкой кожей черепушка лича. Первый удар добил остатки защиты, второй — наконец прошёл без сопротивления, развалив череп пополам до самой грудины.

— Сдохни уже, древнее ты недоразумение! — не понимая, достаточно ли этого для окончательной победы, Александр нанёс в максимальном темпе ещё несколько косых ударов справа и слева, фактически шинкуя лича на куски. Какой из ударов оказался фатальным, он не понял, но это было и не так важно.

Огненная колба потухла, тварь, больше теперь напоминавшая трёхмерный паззл из лавки ужасов, осела грудой палёного тряпья и костей. Причём сделала это как-то совсем буднично — никаких тебе дополнительных спецэффектов, собравшиеся даже не сразу поняли, что всё закончилось.

Некоторое время все молчали.

Потом Александр медленно опустился на одно колено и просто сел на пол, потому что стоять стало почему-то тяжело.

— Все живы? — спросил он.

— Сорик, кажется, всё, — сказал один из храмовников, указав на того самого первого бедолагу, который попал в фокус внимания восставшего из мёртвых лича. — Шандр, ты как?

Последнее было обращено ко второму пострадавшему бойцу, который отлетел к стене и только тяжело дышал, вообще не пытаясь шевелиться.

— Я тело не чувствую.

— Оливия, посмотри, что там с парнем, — Ариен тоже тяжело дышал, дал распоряжение помощнице, а сам, пошатываясь, направился к Руперту.

— Проверь сначала лича. Он точно всё? Не воскреснет ещё раз?

— Не воскреснет, — устало отмахнулся огневик. — Ядро разрушено. Мертвее уже просто некуда.

— С ним что? — спросил Серов, найдя в себе силы встать и подойти к Ариену, который колдовал над пострадавшим магом.

Ариен положил ладонь на грудь, задумчиво повёл ею вправо и влево, после чего грязно выругался.

— Ядро повреждено. И вся внутренняя энергетика в клочья.

— Что это значит?

— То, что час назад перспективный маг теперь может остаться навсегда инвалидом без таланта. А если очень повезёт — уйдут годы на восстановление. Его нужно на поверхность, срочно к целителям. Оливия, что у тебя?

— Я, конечно, парня подлатала как могла, — откликнулась девушка, — но тут тоже нужна помощь кого-то более сведущего. Куча переломов, сотрясение, внутреннее кровотечение.