Страница 81 из 153
— По ряду оценок, от 5,5 до 7,5 миллионов человек, если считать с мобилизованными и Народной вооружённой милицией, — ответил Гаськов. — Но большая часть мобилизованных в НОАК, пока что, небоеспособна — аналитики считают, что к бою готовы около полутора миллионов мобилизованных, а остальным требуется до двух месяцев подготовки.
У НОАК есть достаточные мощности, чтобы осуществлять одновременную подготовку миллионов солдат — инфраструктура строилась с учётом возможности глобального противостояния против Запада.
«Но жизнь повернула всё так, что теперь Китай готовится идти на нас войной», — подумал Жириновский с сожалением. — «Всего этого бы не произошло, не обосрись Хрущёв когда-то…»
Пусть проблемы в советско-китайских отношениях имеют структурный характер, поэтому не ухудшиться они просто не могли, но политика Хрущёва всё существенно усугубила и ускорила, поэтому КНР практически бросилась в объятия США, что и сформировало нынешнюю ситуацию.
Это долгосрочные последствия политических решений, принятых почти пятьдесят лет назад — до 1,4 миллиона солдат НОАК стоят на советско-китайской границе, с подготовленным стратегическим планом по отсечению Дальнего Востока от СССР, что Жириновский считает виной Хрущёва и его функционеров.
Веди он сталинскую модель советско-китайских отношений, трудные и прохладные отношения с КНР могли бы сохраняться в течение хотя бы десяти-пятнадцати лет, а может и дольше, что сильно замедлило бы налаживание американо-китайских отношений. В таком случае, в конце 80-х, американцам и европейцам было бы гораздо сложнее заключить все те сделки об инвестициях, так как КПК точно не рискнула бы так быстро выходить на контакт с США…
— У меня есть нехорошее предчувствие по поводу КНР, — произнёс Жириновский. — Я хочу, чтобы на Маньчжурию было направлено больше спутников-разведчиков. Каждый шаг НОАК должен отслеживаться и анализироваться — мы не можем прошляпить возможное вторжение.
*ГДР, округ Эрфурт, район Хайлигенштадт, ПВД 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, 15 октября 2003 года*
— Николаич, угощайся, — сказал гвардии старший сержант Бакенов и протянул пачку сигарет.
Это отечественная «Прима» — местные сигареты покупать, принимать в дар или брать трофеем запрещено, так как возможна диверсия.
— Благодарствую, Ринатыч, — ответил гвардии лейтенант Богатиков и прикурил сигарету.
Дивизия окопалась по фронту, так как её, действительно, собираются использовать в оборонительных целях, а не по прямому назначению.
Богатикова сильно расстраивает это обстоятельство, так как ему хочется в боевой прыжок, чтобы исполнить собственное предназначение — он же, всё-таки, десантник.
Но в Польше, которую полностью оккупировал Советский Союз, прыгнуть так и не довелось, а в ГДР их отправили в поддержку ГСВГ.
Говорят, что ГСВГ — это самые лучшие подразделения Советской армии, гвардия среди гвардии, но командование решило, что нужно направить им в поддержку дополнительные силы, так как противник накапливает в ФРГ и Чехословакии очень большой ударный кулак.
В Интерсети, на форумах военной тематики, общественность уверена, что ГСВГ и всем силам, направленным ей на усиление, неизбежно настанет карачун, так как НАТО собрала огромную группировку, которая просто пройдёт ГДР насквозь.
Но командование уверено, что имеющихся сил вполне достаточно и ходит слух, что эта уверенность основана на том, что есть некое сверхсекретное оружие, которое изменит современную войну так, что её не узнает даже мать.
Богатиков, как идейный оппозиционер, сомневается, в глубине души, что вообще может быть такое оружие, способное изменить и без того уродливую современную войну, но время покажет, причём очень скоро…
Докурив сигарету, он потушил бычок и бросил его в пластиковую урну, врытую в землю у палатки.
Пункт временной дислокации построен по новым стандартам, которые начали внедряться сразу после окончания Иракской войны: копаются землянки, в которых размещаются палатки, внутренняя поверхность которых облицовывается пакетами СВМПЭ, что должно обеспечить защиту от малых и средних осколков.
Снаружи всё тщательно маскируется маскировочными сетями и пересаженными кустами, чтобы затруднить обнаружение с воздуха.
Их ещё не обстреливали на территории ГДР, но вот в Польше Николай уже пережил три бомбардировки — палатки с СВМПЭ, действительно, сокращают потери, поэтому люди гибнут только при прямом попадании бомбы в палатку или при близком разрыве.
— Пойду пожру, — сказал Николай и направился в палатку своего взвода.
Питаться им положено сухими пайками, которых отгрузили из запасов ГСВГ, но обещали, что скоро будут налажены поставки через Польшу. Готовить что-то на месте запрещено, так как это демаскирует позиции.
И шастать по местности тоже запрещено, вообще по любым надобностям, так как с той стороны внимательно наблюдают за территорией ГДР и считают личный состав, а также бронетехнику.
Прибыли они сюда ночью, четверо суток назад, с тех пор и кукуют в этом лесу, ожидая нападения НАТО.
Оборонительную линию никто не роет, контроль территории не обозначает, что очень странно, так как так нельзя — это против правил ведения войны.
Николай знает эти правила как в теории, так и на практике — в Ираке он понял, как именно ведётся стратегическая игра.
Например, линии обороны нужны не только непосредственно для обороны, но и для того, чтобы противник узнал о них и планировал наступление или оборону с учётом их наличия на этом участке.
А их тут спрятали и наказали, чтобы они выглядели как можно незаметнее — если всё удастся, то это будет значить, что противник посчитает этот участок ослабленным и атакует именно здесь, а у них тут нет никакой обороны…
«Если не считать этих ВБСовцев», — вспомнил Богатиков, зайдя в палатку. — «Но они возятся со своими БЛА и о чём-то переговариваются».
Он вытащил из-под своей кровати упаковку сухого пайка и сел за столик. Быстро разогрев тушёнку с говядиной и жаркое из курицы, а также размешав порошковый апельсиновый сок, Николай приступил к обеду и начал размышлять о том, что задумало командование.