Страница 146 из 153
А вот ситуация с людскими потерями в ФРГ гораздо хуже — у Жириновского есть статистика от ГДР и она указывает, что из 63,1 миллиона человек войну, холод и голод пережили примерно 6 миллионов человек.
ФРГ, как страна, больше не существует, а выжившее население до сих пор продолжают переселять в ГДР, на незаражённые территории.
В Югославии войну пережили 6,8 миллиона человек из изначальных 12 миллионов населения, что позволяет Милошевичу ошибочно полагать, что он теперь «естественный лидер» на Балканах.
Он уже закидывал в беседах с Жириновским крючки на тему послевоенного устройства мира и, судя по всему, повторяет ошибку Тито, допущенную им в отношении Сталина — он думает, что «МЫ с Жириновским победили в этой войне и НАМ теперь решать, как всё будет устроено».
Это не последняя их напряжённая беседа, так как Милошевич ведёт какую-то свою политику: на территорию Румынии и Венгрии заходить было необязательно, потому что налётчики обретаются в приграничье, где их довольно-таки нетрудно уничтожить, но Слободану мало уничтожения бандформирований…
Судя по всему, он хочет оттяпать «ничейные» земли, чтобы построить новую Югославию, возможно, в масштабах всех Балкан, включая и Грецию. Но он, явно, не понимает, что сейчас не время завоёвывать территории — сейчас нужно сохранить то, что имеешь.
— Екатерина Георгиевна, вызовите ко мне министра Бессмертных и генерала армии Гаськова, — нажав на кнопку на селекторе, попросил Жириновский.
Министр внешних отношений и председатель КГБ явились в его кабинет спустя несколько минут — весь аппарат власти до сих пор живёт и работает в одном подземном комплексе, несмотря на существование официальной резиденции в Краснокамске. Связано это с тем, что из У-33 до сих пор гораздо удобнее управлять всеми процессами, поэтому Владимир решил, пока что, ничего не менять.
— Милошевич начинает вести свою игру, — заговорил он. — Эдуардыч, тебе нужно выяснить, как далеко он зашёл и на что готов пойти ради этого. А тебе, Александр Александрович, нужно побеседовать с послом Югославии и официально предупредить Милошевича, что надо вести более сдержанную политику.
Ему очень важно, чтобы всё стало тихо, потому что у него есть план — он хочет создать Мировое содружество наций, правопреемницу ООН, для чего необходимо выстроить миролюбивый образ страны-победительницы.
Через МСН можно будет более удобно организовать помощь населению пострадавших территорий, а это значит, что можно будет ослабить давление на экспортёров продовольствия, оказываемое сейчас СССР. Бизнесменов очень тяжело побудить делиться, поэтому Жириновскому приходится заставлять их — сейчас СССР перераспределяет продовольствие, благодаря чему убыль населения на планете замедляется, но не останавливается.
Согласно результатам компьютерного моделирования, если всё будет идти так, как идёт, а оно будет, население планеты сократится до 2,7–2,8 миллиардов человек, что катастрофично.
У СССР и почти всех стран Восточного блока дела будут идти значительно лучше, чем в среднем по миру, но они тоже переживают неестественную убыль населения, все, кроме Капской республики и НДР Коса, по которым никто не счёл нужным ударить ядерными боеголовками…
Правда, у этих двоих есть тревожная напряжённость с Оранжевой республикой, Трансваалем и Королевством зулусов — возможны конфликты.
«Капская республика и Коса — единственные страны, массово строившие бомбоубежища абсолютно напрасно», — подумал Жириновский.
Главный ресурс сейчас — это еда, которой, несмотря на экологические обстоятельства, на планете производят больше, чем нужно для прокорма имеющегося населения, но вся проблема в распределении.
Советский торговый флот, с момента начала ядерной войны, увеличился на 937%, за счёт реквизиции грузовых судов у других стран — ГКО СССР выстроил гибкую логистическую систему, которая развозит еду по всему миру, загружая её там, где её много, и выгружая её там, где её не хватает.
Но просто доставить еду в порт недостаточно, потому что во многих местах уже давно нет никакой власти, поэтому отгрузка продовольствия ведёт лишь к тому, что оно попадает в руки местных бандитов и большая часть населения его даже не видит.
В связи с этим, Жириновский задействовал Советскую армию и ВМФ, которые самостоятельно занимаются распределением продовольствия, что обходится Советскому Союзу дорого, но это единственный работающий способ распределения еды.
Зато есть положительный момент: в процессе распределения продовольствия набираются желающие переехать в Союз, поэтому в прошлом месяце был достигнут профицит населения, впервые с момента начала войны, но это не рождаемость превысила смертность, а прибывающие мигранты со всего мира.
— Мне нужно оказать давление? — уточнил Бессмертных.
— Нужно добиться, чтобы Милошевич прекратил буянить, — ответил Жириновский. — Нам всем очень сильно повезло, что на Ближнем Востоке всё прошло мимо внимания мировой общественности…
А на Ближнем Востоке объединённая армия Ирака и Сирии уничтожила Израиль, как государство. Советские ядерные боеголовки упали и на Израиль, из-за его союзнических отношений с США, но начатая ещё при Нетаньяху и завершённая при Шароне система бомбоубежищ позволила сохранить более половины населения и действующий режим.
Главная ошибка, допущенная Шароном — он инициировал ядерный удар по крупным городам Ирака и Сирии, что не возымело должного эффекта, то есть, режимы Басиля аль-Асада и Кусея Хусейна не рухнули, а в ответ было начато полномасштабное вторжение.
Сирийская и Иракская армии быстро расправились с ЦАХАЛ, за счёт качественного и количественного превосходства, установили в Израиле просоветский режим и на Ближнем Востоке всё вернулось на круги своя, то есть, к сверхсмертности от голода и политической нестабильности.
Всем было не до этого, поэтому пусть все и заметили, что Израиль теперь не совсем тот, что раньше, но политических последствий для СССР это не несёт — во всяком случае, никто не проявил серьёзную обеспокоенность, как в случае с Милошевичем.
«Проклятая постапокалиптическая политика…» — подумал Жириновский с ненавистью. — «Да успокойтесь вы все уже — мы в жопе и у нас есть только один путь наружу! Зачем вы упорно пытаетесь остаться в ней⁈»
— Я подготовлю ноту, — сказал Бессмертных.
— А если выяснится, что у Милошевича наполеоновские планы? — спросил Гаськов. — Что тогда делать?