Страница 126 из 153
Учитывая, что Наум и до этого очень любил поесть, судя по фотографии в его водительском удостоверении, эта прибавка особенно заметна — раньше он был наголо бритым амбалом, а теперь он жирный наголо бритый амбал…
— После поболтаете, товарищи банкиры, — сказала Анна. — Надеваем костюмы и выходим. Нужно выкопать нашу «заначку» и выходить на связь с центром.
А вот Анна, как известно Ардалину, тщательно следит за своей фигурой и, в бытность адвокатом, три раза в неделю посещала спортзал, питалась по особой диете, с обязательным приёмом витаминов.
В убежище она себя не запустила, поэтому её часто можно было увидеть в спортзале, а также на кухне, где она сама готовила для себя правильное питание.
— Может, завтра? — спросил Наум, не желающий выходить на мороз.
— Вчера было слишком рано, а завтра будет слишком поздно, — сказала на это Анна. — Надо сейчас — мы и так взяли пять дополнительных дней. А ещё мне не терпится связаться с центром и узнать, как сейчас дела в Америке и дома.
— Ну… — начал Наум.
— Давай-давай, идём, — позвал его Даниил. — Быстро выкопаем «заначку», установим тарелку и вернёмся внутрь.
— Ладно… — ответил Наум. — Только пиццу доем — я быстро!
— П-ф-ф-ф… — закатив глаза, выдохнул Ардалин.
*СССР, РСФСР, Пермская область, Главный Уральский Хребет, У-33, 31 декабря 2003 года*
— Дорогие товарищи, дорогие сограждане, — заговорил Жириновский. — Через десять минут настанет новый, 2004-й год, который войдёт в историю человечества совсем не так, как все мы желали и надеялись. Десятки миллионов советских граждан уже не встретят этот Новый год, и для многих миллионов наших соотечественников этот новый год станет тяжелейшим испытанием в их жизнях.
Трансляция его новогоднего обращения ведётся по спутниковому телевидению, которое уцелело и доступно на всей территории Советского Союза.
— Я не буду говорить красивых слов о том, что это была не такая уж большая цена — это была огромная цена, — продолжил Владимир. — И заплатили её не мы, советское руководство, а наши с вами матери, отцы, дети, соседи, коллеги и сослуживцы. Заплатить эту цену нам всем пришлось не потому, что мы хотели этой войны. Мы её не хотели и я предпринимал все меры, чтобы избежать её. Мы строили, учили, лечили, мы штурмовали космос, мы растили хлеб, пока за океаном считали, сколько десятков миллиардов долларов может стоить и сколько сотен миллиардов долларов может принести наше уничтожение.
Вчера крылатая ракета «Томагавк», с ядерной боевой частью, сумела пролететь через заслоны ПВО и ударила в третий энергоблок Сибирской АЭС, вероятно, с целью вызвать катастрофу.
Но, к счастью, работа всех АЭС временно приостановлена с момента объявления ядерной угрозы, что была объявлена перед вводом войск в Польшу, поэтому реакторы остановили и эвакуировали успевший остыть радиоактивный материал.
Отработанное топливо же уже несколько лет вывозят в спецхранилища, располагающиеся глубоко под землёй — сценарий ядерных ударов по АЭС предвиделся, поэтому удалось избежать катастрофических последствий.
А последствия могли быть просто жуткими, гораздо более жуткими, чем просто ядерные удары: отработанное ядерное топливо было бы поднято в воздух взрывами и разнесено на огромные пространства вокруг. По оценкам специалистов, одна Чернобыльская АЭС, подвергнись она ядерному удару, заразила бы радиацией не менее 15–20 тысяч квадратных километров.
Все советские АЭС и подверглись ядерным ударам, но заблаговременно налаженная логистика ядерных отходов сделала их относительно безопасными в контексте ядерных ударов, потому что отходы удалены от станций и американцы не смогли бы добраться до них при всём желании.
Из-за остановки всех АЭС, нагрузку по выработке электроэнергии взяли на себя резервные ТЭЦ и прочие классические средства производства энергии, поэтому, когда упали ракеты, в том числе по энергоблокам АЭС, произошло только разрушение конструкций.
Это труд целых поколений советских граждан насмарку, но зато без ядерного заражения огромных площадей на сотни лет вперёд.
— Я знаю, что это будет слабым утешением, но подонки и мерзавцы, развязавшие эту войну, уже наказаны, — продолжил Жириновский. — Мы нанесли ответный удар: я лично передал управление нашими ядерными силами автоматической системе «Периметр-Л», которая зафиксировала массированный запуск, подтвердила его из целого ряда объективных источников, а затем произвела ответный запуск. Дик Чейни, ответственный за начало ядерной войны, собственноручно подписал смертный приговор американским гражданам, так сильно верившим в него — как все вы давно знаете, наша ядерная доктрина с 15 мая 1982 года, не предусматривает превентивного ядерного удара. У нас даже уже давно нет такого механизма, позволяющего инициировать ядерный удар первыми. 15 мая 1982 года, напоминаю для тех, кто успел это забыть: Леонид Ильич Брежнев, в одностороннем порядке, заявил о том, что СССР никогда не нанесёт ядерный удар первым, а будет действовать исключительно в ответ. И я, и президент Орлов, строго придерживались этого обязательства.
У него в руках нет фужера с шампанским, на фоне не панорама Кремля, как обычно, а вид на зимний Байкал.
— Я снимаю с себя ответственность за последствия нашего ядерного ответа, так как вся ответственность лежит на президенте Дике Чейни, инициировавшем удар по Советскому Союзу и союзным нам странам, — заявил Жириновский. — Кровь наших граждан и граждан других стран на его руках. Я бесчисленное количество раз предлагал мирные переговоры, предлагал уступки с нашей стороны, но все мои мирные инициативы были проигнорированы. И все вы видите, к чему всё это привело: Советский Союз в руинах, Европа пылает в ядерном пламени, а Соединённых Штатов уже нет, как государства. Это не победа, но виновники уже наказаны. Я не считаю, что это должно кого-то утешить, но у меня есть убеждённость, что мы всё преодолеем, мы потушим все пожары, мы вновь засеем поля, мы отстроим нашу страну, и вновь продолжим штурмовать космос. Я вижу наше будущее, дорогие товарищи и сограждане: нам нужно стойко перенести тяготы следующих двух лет, сохранить то, что осталось, и начать отстраивать страну, делая её лучше, чем она была прежде. С Новым годом, товарищи.
Трансляция завершилась, и он сразу же встал из-за стола.
— Захар, ты собрал данные? — спросил он у ассистента.
— Да, Владимир Вольфович — все данные у вас на компьютере, — ответил тот.