Страница 132 из 144
– Вы не хотите проникнуться… А чего стоил ваша последняя встреча с Симоновой? Почти час записи на плёнке оперативной записи можно использовать на озвучивание порнографического фильма! Какой цинизм… Пара сотрудников 7‑го управления МВД и наша группа мёрзнут на морозе у подъезда, а вы развлекаетесь в постели с уголовницей!
– Боюсь, это вы не поняли. Объяснить? В прошлые века принцы женились на принцессах, ещё слишком юных для немедленного исполнения супружеского долга. Брак считался окончательно заключённым, консумированным, лишь когда они совершили половой акт.
– Какое отношение…
– Самое прямое. Для профессиональной преступницы, мошенницы со стажем, переход к сотрудничеству с правоохранителями означает куда больше, чем бракосочетание. Она могла переспать со мной, с любым прокурором, да и гебистом, не отрицайте, ради воровского дела. По меркантильным соображениям. Сожительствовать с ментом из каких‑то романтических или иных личных чувств – западло. Завербовать её удалось лишь благодаря достаточно душевному общению в Смоленске. Отдавшись в Москве не за деньги и не по поручению, она подвела черту – порывает с воровским миром и его законами. То есть консумировала свой союз с нашей и вашей конторой.
Чиновник КГБ смотрел на него со смесью недоверия и презрения. Но что‑то подсказывало: в их организации зреет проблема, которую они пока не в состоянии решить.
– Хотя бы понимаете, что дальнейшие контакты с Симоновой с вашей стороны исключены?
– Естественно. Будут другие задания.
– Вы намекаете, что и там прибегнете к тем же методам?
– В Мяделе, это райцентр Беларуси, бывшая любовница не разоблачённого на тот момент убийцы обронила единственную неосторожную фразу, за которую я уцепился, и мы размотали клубок, приговор к зиме вступил в законную силу. Почему потеряла бдительность? Наши головы лежали на одной подушке. Так что если Родина потребует, я выполню любое задание. Признаюсь – с удовольствием. Так что у вас за дело к нашей тройке?
– Для него столь сомнительных подходов не потребуется. Председатель дам нам срок до 2 января включительно. Если наше собственное расследование не сдвинется с места, будем вынуждены расширить круг поисков, привлекая вас и МВД. Кандидатуры сотрудников, кто будет допущен к тайне, отбираются уже сейчас. Генеральный прокурор рекомендовал вашу тройку… хоть меня гложут обоснованные сомнения.
– Ваше право. Обещаю до 2 января и в последующие дни ничего опрометчивого не совершать. Дать письменное обязательство?
– Просто сдержите обещание. Более не задерживаю. До свиданья.
На коридоре Леонид перевёл дух. Пронесло! Поверил или нет, комитетчик принял байку про «консумацию».
На самом деле всё сложнее, и на контакт с Симоновой не стоит идти ни при каких обстоятельствах по другой причине. Она врала, что сбежала из Смоленска из‑за нарождающихся чувств к объекту задания. Тут Леонид не строил иллюзий. Обвальный разгром на «Кристалле», который они учинили, моментально стал достоянием гласности, к полудню Маргарита осознала: поезд ушёл, пора рвать когти. Либо связалась с заказчиком и получила приказ на срочную эвакуацию. Чувствовала себя в безопасности, уверенная, что замела следы, и её точно не имело смысла ликвидировать, в отличие от толстого ОБХССного лейтенанта. Но как только Леонид переступил порог её квартиры – всё пропало. Она сама и её связи взяты под пристальное наблюдение, заказчик упрётся в необходимость зачистить ведущий к нему след. Просчитала в голове ходы как в шахматной партии и с готовностью устроила секс‑шоу, памятуя про внутреннюю установку Леонида спасать женщин, тем самым укрепила в мужчине стремление её уберечь… Даже согласившись на вербовку, продолжала манипулировать, в том числе используя постель. Он поддался и получил удовольствие, ничего не теряя, кроме жалоб комитетчиков, замёрзших в ожидании, пока отрабатывал саму приятную часть миссии.
Но больше так нельзя. Опытная мошенница слишком поднаторела в обмане, беспринципна абсолютно. Нет ни малейшего шанса, что она откажется от преступной деятельности, откопает трудовую книжку и устроиться на завод ради жизни на одну зарплату. То есть при любой встрече с Леонидом, даже случайной и ни к чему не обязывающей, непременно попытается использовать его в своих интересах.
До банкета оставалось ещё довольно много времени, текущих дел – мизер. Надо понимать, что КГБ зарезервировал тройку Громова на «особо важное задание» до 2 января, их никуда не отправят, и вообще Новый год можно встретить спокойно. Например, с кем‑то поделиться радостью, что в 1970‑м году прокурорский бомж обретёт собственную квартиру в Москве.
Курочкина пришла в восторг от его звонка.
– Лёнечка! Наконец‑то ты позвонил, мой зайчик! – зайчиком и прочими звериными словами его не называла, что‑то новое. – А у меня столько новостей! С бывшим, наконец, развелась. Получила две новые роли в кино. Все вечера заняты очень плотно, прости, спектакли, концерты… Хочешь, устрою пару билетов на 30‑е? Да, чуть не забыла, выхожу замуж!
– Поздравляю. Про билеты – отличная мысль, спасибо, возьму.
После чего набрал межгород, считая, что старшая Осипова не должна ещё вернуться с работы, а младшей с учёбы – самое время. После второго Смоленска звонил Леночке лишь раз и тоже кратко, сам не понимал зачем и что он хочет от бедной девочки. Сейчас предложение звучало вполне конкретно:
– Можешь приехать 30‑го в Москву? Мне обещали пару билетов на классный новогодний спектакль.
Ответом был вопль восторга.
– Лёня! А можно – я останусь и проведу с тобой Новый год?
К этому он не был вполне готов. Хотя очередной временный сосед по общаге съезжает к родным, комната свободна.
– … Пойми, со студентами не могу. Сам знаешь, почему. А сидеть за столом вдвоём с мамой и слушать её бесконечные ахи‑охи про «испорченную негодяями»? Она очень меня любит, но не понимает ничуть. Лёня! Одна такая встреча ничего не значит, не накладывает никаких обязательств. Но мы живём в разных городах. Просто посидеть и попить кофе 15 минут не выйдет. Я хочу тебя видеть и отбрасываю условности. Потом сам решишь, хочешь ли меня видеть в другой раз.
Даже так… Но почему бы и не… да?
– Приезжай!
Осталось договориться о времени и месте встречи.