Слабонервным не входить.

Глава 10

Еще чуть-чуть и мои ступни можно смело ампутировать. Пальцы на ногах от пробирающего холода я уже почти не чувствую минуть так пять. Хотя на остановке мы стоим всего десять. С руками дела обстоят получше. В варежках, которые дала мне Катя, пальцы ощущаются вполне жизнеспособными.

В который раз задаюсь вопросом: зачем я собираюсь в жопу мира к какой-то гадалке? И тут же получаю ответ, в очередной раз рассматривая чудо в каракулевой шубе и шапке.

Сказала одеться тепло – оделась. В принципе молодец, ей, в отличие от меня, не холодно. Проблема в том, что выполнит она не только то, что скажу я, но и то, что ляпнет очередная шарлатанка. Катя не глупа, несмотря на кажущуюся простоту, но наивна. Бросить такое чудо на произвол судьбы – слишком даже для такого циника, как я.

— Хочешь шапку дам? – мать моя матушка, этого мне еще не хватало.

— Зачем?

— Ну, согреешься.

— Не стоит. Мало ли помру. Не хотелось бы с каракулем на башке.

— Не поняла.

— И не надо. На золотом крыльце сидели мишки Гамми, Том и Джерри, дядя Скрудж и три утенка, выходи, ты будешь Понка.

— Это что еще такое? – возмущенно интересуется Катя. Ну да, произносить вслух детскую считалочку не к месту.

— Что?

— Что за непатриотические считалочки? Давай наши.

— А давай без считалочек и вызовем такси?

— Еще чего. Суббота – двойной тариф, да и в такую даль будет очень дорого. А на двух автобусах – очень экономно.

— Я потом цистит заколебаюсь лечить.

— Не ной, Натальюшка. Через две минутки придет наш автобус. А когда машину куплю, буду тебя на работу подвозить, нам как раз по пути. Хотя, твой начальник может и сам тебя возить, судя по тому какой он душка.

— Душка?

— Конечно. Кто ж еще будет отпускать свою помощницу раньше положенного на второй рабочий день на похороны какой-то там кошки?

— Твоей, между прочим.

— Типун тебе на язык.

Когда на остановке притормаживает уже знакомая машина, появляется какое-то нехорошее предчувствие. Что он здесь делает?

— Садитесь, девчонки. Подвезу вас, – этого еще не хватало.

Катя с сияющим лицом тянется к ручке двери, но я вовремя успеваю перехватить ее руку.

— Спасибо, Александр Владимирович. Мы сами доберемся. У нас сейчас автобус подъедет.

— Я соврала. Он подъедет через девять минут, так что садимся, – настойчиво произносит Катя, фактически запихивая меня на заднее сиденье.

Сама же неуклюже садится на переднее, пытаясь справиться со своей шубой. Не надо быть провидицей, равно как и знать сто лет Полуянова, чтобы понять – он еле сдерживает улыбку при виде Катиной шапки. Хотя и шуба его тоже впечатляет.

— Покажешь свою киску?

— Что, простите? – О, Боже..

— Киску покажешь? – вновь повторяет Полуянов и в этот момент каракуль в буквальном смысле оживает. Точнее прилетает с Катиной головы в морду «душки». Еще один замах, и в этот раз охреневший Полуянов перехватывает шапку.

— Не для тебя я Матильду растила, козел. Пошли отсюда, – ну, во-первых, пойдем, во-вторых, уже не хочу. Пальцы на ногах начали подавать признаки жизни, да и попе комфортно. – Только шапку верни.

Полуянов поворачивается ко мне явно в поисках ответов. А ведь он, скорее всего, ожидал, что отчебучу что-нибудь этакое именно я. Вероятнее всего, даже ждал этого, оттого и свинтил за мной, чтобы подвезти. Ан нет, сюрприз, у меня есть Катя.

— Что ты об этом думаешь, Наталья?

— Что каракуль вам к лицу. Можете смело носить такую шапку, а еще лучше сделать такую прическу. Главное сейчас, а не летом. Чтобы не дай Бог не попались кому-нибудь на глаза в Курбан-байрам. А то могут за барашка принять и кранты вашим курсам. А касательно ситуации: вы друг друга не поняли. Кать, он просил тебя показать кошку. Настоящую. Твою, а не то, что ты подумала.

— Кошку?

— Ее самую, – когда до нее доходит смысл сказанного, она принимается торопливо извиняться.

— Ой, простите, пожалуйста. Я просто подумала, что вы о другой киске. О которой все пишут в романах, – мне бы рот закрыть, но я зачем-то произношу:

— Не все пишут. Катя, подари Александру Владимировичу шапку в знак извинения и поедем. Мы стоим в запрещенном месте.

— А Александр Владимирович просил о таком подарке, Наталья Евгеньевна? – иронично произносит Полуянов, наматывая шапку на руку.

— У вас во взгляде все написано. Очень хотите, – протягиваю руку и выхватываю шапку, а затем ловко надеваю на голову Полуянова. – Ай, какой жених. Вах, вах, вах. Едем, Александр Владимирович.

— Катерина, не обижайся, но поменяйся местами с Натальей.

— Это из-за того, что я на вас шапкой замахнулась? Но я же извинилась.

— Нет. Я необидчивый. Просто у тебя шуба.

— Вам не нравится моя шуба?

— Нравится. Выглядишь великолепно, как жена генсека.

— Жена гомосека?

— Твою мать..все смешалось в доме Еблонских. Катя, он сказал жена генсека, а не гомосека.

— Жена генерального секретаря? Почему?

— А ты еще спрашиваешь, Наталья, почему я ее не рассматриваю. Ну вот о чем поговорить после секса?

— Ну, разумеется, о Брежневе и шапках.

— Катерина, я попросил тебя пересесть на заднее сиденье, потому что у тебя теплая, длинная шуба, а у Натальи нет. К сожалению, на заднем сиденье нет подогрева, а здесь есть. Тебе и так тепло, а ей не очень, – ох ты ж, нихрена себе какой заботушка.

— А-а-а. Конечно. Вы такой заботливый.

— Благодарю, но у меня все и так согрелось. Не надо, – решаю вмешаться я.

— Я настаиваю, Наталья Евгеньевна.

Минута на пересадку и вот мы молча трогаемся с места. Только я хочу сделать ему «комплимент» про шапку, как он вдруг снимает ее с себя и надевает на мою голову.

— Тебе идет, товарищ Невменько.

— Вам больше, товарищ Сталин.

— У меня даже усов нет. Чего Сталин-то сразу?

— Добавим усы и вылитый он, – возвращаю каракуля на голову Полуянова.

— А можно как-то сменить тему? – вдруг произносит Катя, наклонившись вперед между сиденьями. – Все эти малоприятные люди не в моем вкусе. Давайте лучше о вас, Александр. Вы женаты?

— Нет.

— Почему такой красивый, обеспеченный, харизматичный мужчина не женат?

— С таким каракулем мне не светит найти свою суженую.

— Ой, да достали уже. Короткие юбки не нравятся, шапки с шубами тоже. Уже бы определились. Не нравится, не носите, – обиженно произносит Катя, забирая шапку. – Вот нам сюда ехать.

Катя протягивает бумажку с адресом Полуянову, и на его лице тут же появляется выражение а-ля «во попал». Будет знать, как подвозить малознакомых баб.

— Что, Александр Владимирович, уже не хотите подвезти? Образовались срочные дела? – не скрывая сарказма выдаю я.