Страница 32 из 777
Клац! Звонкий лязг металла о металл, который было попросту невозможно заглушить, разорвал тишину, однако со стороны он подозрительно напоминал хлесткий удар шквального ветра по оконному стеклу.
Прекрасно осознавая, что этот грохот вот-вот вырвет троицу из объятий сна, Клейн не стал испытывать судьбу и бесстрашно сиганул вниз, прямиком на улицу.
Для него нынешнего высота второго этажа не представляла ни малейшей угрозы. Вот только приземлиться абсолютно бесшумно было уже за гранью возможного, отчего ботинки всё же издали глухой, пусть и не слишком приметный стук о брусчатку.
Клейн стремительным шагом покинул окрестности и свернул с Длинной улицы Роз, однако ловить наемный экипаж до родной улицы Минск в районе Джовуд не спешил.
Сделав пару резких поворотов и петляя по переулкам, он взял курс на примыкающий к этим кварталам Восточный район.
Стылый, пронизывающий до самых костей ночной сквозняк заставил парня поежиться от ледяного озноба. Твердо решив впредь накидывать под плащ теплый свитер, он заодно постановил в ближайшие же дни закупиться древесным углем, дабы наконец-то заставить камин выполнять свою прямую обязанность.
Одному богу известно, сколько времени он проплутал во мраке. Не имея при себе карты, юноша всецело доверился интуиции и вскоре пересек незримую границу Восточного района Баклунда.
Газовые фонари здесь встречались до унылого редко — их тусклые желтоватые ореолы маячили где-то вдалеке, по одному-два на всю улицу. Не смилуйся над ним природа, не позволив тучам скрыть багряный лик луны, Клейн был уверен: львиная доля здешних закоулков тонула бы в такой кромешной тьме, где не разглядишь и собственных пальцев.
Шагая по брусчатке, он внезапно заметил, как впереди, из густого, вязкого мрака, на него уставились десятки глаз, а следом одна за другой начали проступать сгорбленные, изможденные тени.
Раскачиваясь из стороны в сторону, эти силуэты выплывали из туманной дали в абсолютном, пугающем и мертвом безмолвии.
«Живые мертвецы?» — Клейн резко замер как вкопанный. Рука молниеносно нырнула в карман, намертво стиснув «Амулет Упокоения» вкупе с картами Таро, а сам он привычным усилием воли тут же активировал духовное зрение.
Взору предстали тусклые, кричащие о крайнем истощении и болезнях цвета аур, а следом прояснились и сами бредущие во тьме фигуры.
Это были живые люди. Самые обычные живые мужчины и женщины. Вот только их лица застыли масками глухого оцепенения, взгляды зияли пугающей пустотой, а движения казались донельзя вялыми и бессильными.
«Время давно перевалило за полночь, какого черта они всё еще бродят по улицам?..» — недоумевая и не ослабляя бдительности, юноша прижался к обочине, пропуская жуткую процессию мимо себя. Однако не успел он пройти и пары кварталов, как наткнулся на вторую, а затем и на третью волну таких же оборванцев, в чьем оцепенении сквозила немая, разрывающая душу мука.
Парень хмуро сдвинул брови. Он уже было вознамерился подойти и расспросить их, как вдруг из темноты впереди донеслась грубая, злобная ругань:
— А ну, подрывайтесь! Кому сказал, живо встали!
— Ах вы ж ублюдки, сукины дети!
— Улицы и скверы — это вам не ночлежки, нечего тут дрыхнуть!
…Клейн оторопел. В памяти молниеносно всплыли сухие строчки «Закона о бедных», и он мигом осознал, что именно здесь происходит.
Как-никак, ему и самому уже доводилось оказываться в их шкуре, спасаясь от облав стражей порядка.
Фух… С шумом выдохнув спертый воздух, Клейн прибавил шагу, устремившись к своей тайной берлоге — той самой снятой им крошечной каморке на улице Черной Пальмы в Восточном районе.
Оказавшись в спасительном укрытии, он позволил себе пару часов сна, худо-бедно восстановив истощенную духовность. Вновь шагнув за порог, юноша отломил с ближайшего дерева сухую ветку, намереваясь пустить ее в ход в качестве лозы.
«Точное местонахождение трупа Зерила».
«Точное местонахождение трупа Зерила».
……
Раз за разом обращаясь к лозоходству и используя в качестве маяка те самые желтовато-бурые волосы, Клейн долго плутал по мрачным кварталам. Наконец, поиски привели его в глухой закоулок Восточного района, прямо к зияющему входу в канализацию.
— После той великой чумы, разразившейся двенадцать лет назад, Королевство Лоэн шаг за шагом выстроило в столице передовую систему канализации, одним махом превзойдя хваленое «Наследие Рассела» Республики Интис.
Сдвинув тяжелую чугунную крышку и задержав дыхание, Клейн начал осторожно спускаться по вертикальным металлическим скобам в зловонную бездну.
Поскольку его нынешний наряд отнюдь не предназначался для подобных вылазок и не мог похвастаться обилием карманов, взять с собой много вещей было попросту невозможно. Из-за этого юноша пожертвовал «Маслом Крагга» — тем самым средством, о котором он узнал от Фрая, бодрящим рассудок и безупречно перебивающим любую вонь. И сейчас, погружаясь в это зловоние, он жалел о своем решении как никогда.
Спустя добрый десяток секунд ботинки наконец-то коснулись дна, тут же ощутив под подошвами мерзкую, вязкую жижу.
От этого чувства омерзительной, всепоглощающей грязи его руки и спина мгновенно покрылись гусиной кожей. Однако парню оставалось лишь стиснуть зубы и, превозмогая отвращение, брести дальше по пустынному, пугающе тихому туннелю стоков.
Вскоре впереди показалась развилка. Одно из ответвлений казалось куда более укромным, и именно оттуда тянуло таким густым, выворачивающим наизнанку смрадом, что остальные запахи канализации меркли на его фоне.
Клейн свернул туда и, добравшись до самого тупика, тут же выхватил взглядом плотное, копошащееся скопление духовных искр и переливов аур.
Ему даже не пришлось зажигать свечу: обостренное духовное зрение безошибочно выхватило из кромешного мрака сырой угол и тот самый разлагающийся, изодранный в клочья, обглоданный труп.
Жуткая картина ни на йоту не отличалась от того, что предстало ему в недавнем «гадании во сне».
Писк!
Полчища серых крыс, в панике вереща, брызнули в разные стороны, однако некоторые, самые наглые и голодные твари, так и остались кружить на месте, наотрез отказываясь бросать столь лакомую добычу.
Окончательно убедившись, что перед ним действительно останки Зерила, Клейн помедлил лишь долю секунды, после чего сноровисто принялся обустраивать алтарь для спиритического сеанса.