Великий Кузнец 5

Глава 25 Темная магия

Зелёный шар, выпущенный из посоха шамана, направился в сторону Ани. Он был размером с кулак, а цветом: густо-ядовито-болотный, с мутными переливами внутри, будто в нём клубилась гнилая вода и тина. Он летел не так быстро, как стрела, но целенаправленно, почти живой, слегка виляя в воздухе.

Аня, уловив движение, едва успела выпустить стрелу навскидку, затем сразу же рванула в сторону, спрыгнув с небольшого возвышения у коряги и пригнувшись. Это вынужденное уворачивание спасло её от попадания. Её же снаряд пролетел рядом с головой зеленокожего мага: так близко, что задел кончиком пера его спутанные волосы, но не задел кожу. Стрела вонзилась в ствол дерева позади шамана с глухим стуком.

Впрочем, и его магическая атака не настигла конечной цели. Зелёный шар, промахнувшись, врезался в массивную корягу, у которой мы только что прятались. Удар был не громким, а скорее влажным, чавкающим.

Однако это не было концом: кора и древесина коряги, куда попал шар, моментально потемнели, будто их облили чем-то тёмным. Затем по поверхности поползли чёрные, маслянистые прожилки, дерево начало шипеть, выпуская струйки едкого, кислого дыма с запахом прелой листвы и гнили. Прямо на глазах твёрдая древесина стала терять структуру: она размягчалась, проседала, превращаясь в чёрную, пузырящуюся кашу. Через несколько секунд от фрагмента ствола осталась лишь тёмная, дымящаяся яма в земле, заполненная темной жижей, и пара мягких щепок. Даже изначально было понятно, что это далеко не обычный огненный шар, что сейчас стало особо очевидно. Эта магия не жгла: она разлагала, ускоряла тление и распад до невероятных скоростей.

Однако тёмный волшебник был явно недоволен обстановкой. Его первоначальная ярость и шок сменилась холодной, расчётливой злобой. Он что-то прокричал на своём гортанном языке: короткую, отрывистую команду. И почти весь остаток ещё живых гоблинов (раненые носильщики, оставшийся копейщик) стянулся к нему, образовав подобие полукольца, прикрывая мага своими телами. Они сбились в кучу, дрожа от страха, но послушные приказу, видимо своего главаря они боялись больше.

Сам шаман, не теряя времени, сунул руку в один из мешочков у пояса, извлёк оттуда какой-то небольшой предмет (возможно, сушёный гриб, корешок, кусочек смолы, а скорее всего какую-то алхимическую гремучую смесь) и поспешно кинул его себе в рот, быстро проглотил. Его лицо на мгновение исказила гримаса отвращения или боли, но затем оно стало сосредоточенным. Он начал произносить уже новое заклинание: на сей раз более длинное, с низким, монотонным напевом. При этом колдун, медленно пятясь, отступал назад, к более густым зарослям, и старался держаться за стволами деревьев, укрываясь от предположительного расположения лучницы.

Копейщик, тот, что был ранен стрелой в плечо, бросил своё копьё на землю: оно было бесполезно в ближнем бою против нас и тем более против стрел. Вместо этого он схватил здоровой рукой свой примитивный деревянный щит (круглый, сплетённый из прутьев и обтянутый грубой шкурой) и встал чуть впереди шамана, взяв командование оставшимися карликами на себя. Его лицо было перекошено от боли, но в глазах горела решимость, смешанная с животным страхом.

Мы с Сергеем активизировались, ведь медлить было нельзя: пока шаман творил свою новую магию, нужно было прервать его. Мы быстро разобрались с ещё по одному гоблинсу, который оказались рядом. Мой был носильщиком, пытавшийся поднять с земли камень. Второго гоблина, у которого также не было ничего серьезнее, чем самодельный нож с каменным наконечником и который метался в панике, проткнул бронзовым ножом Сергей. Третий попытался отбиться от меня поднятой с земли толстой палкой, я парировал удар мечом, переломив палку пополам, и тут же рубанул по его шее.

И вот перед нами и перед отступающим шаманом, остался лишь безоружный копейщик с жалким щитом. Раненый и один. Ему никак не удастся выстоять даже против одного из нас.

Вжух!

Стрела Ани, выпущенная уже с новой позиции (она быстро переместилась левее, за большое дерево) просвистела в воздухе. Копейщику, однако, хватило прыти и инстинкта, чтобы подставить свой щит. Стрела с глухим стуком вонзилась в шкуру и деревянную основу, застряв там. Щит дернулся в руке гоблина, но устоял.

Гоблинс убрал щит от своего лица и тут же увидел летящее на него ужасное серое чудовище (в его глазах). Низкий, стремительный бег людоволка, его оскал, янтарные глаза, полные холодной ярости и отражающегося в его глазах гоблинской морды полной ужаса. Копейщик отпрянул назад, прижимаясь к стволу дерева, вновь в отчаянии поднимая свой примитивный щит, чтобы встретить роковую для него атаку противника.

В этот момент спину копейщика, да и всё пространство между деревьями позади него, озарил спасительный (для остроухого) болотно-ядовитый свет. Не яркий, а тусклый и глубокий, как свет гнилушки в тёмном лесу. Он исходил от шамана, от его посоха, стоявшего в десяти шагах позади. Заклинание было завершено.

Я с Сергеем, опасаясь последствий этого всполоха, резко отступили назад, готовясь к новой магической атаке: огненному шару, лучу, дыханию или ещё чему-то подобному. Однако никаких огненных шаров с эффектом разложения не последовало.

Вместо этого произошло нечто иное.

От шамана во все стороны, словно щупальца или корни, потянулись тонкие, едва видимые нити того же болотно-зелёного света. Они дрожали в воздухе и устремлялись не к нам, а к тем, кто уже лежал на земле. К павшим гоблинам: к тем, что мы только что умерщвлили. К брошенным тушам дичи: кроликам, птицам…

Там, где эти нити света касались мёртвых тел, начиналось движение.

Трупы гоблинов дёргались. Их конечности неестественно выворачивались, слышался тихий хруст костей. Их уже затуманенные, остекленевшие глаза вдруг раскрыли свои мутные, кровавые зрачки. В них не было жизни, лишь тупая, направленная воля и тот самый ядовито-зелёный отсвет глубоко внутри. Они начали медленно, неуклюже и с рывками подниматься, словно марионетки на невидимых нитях.

То же самое происходило и с дичью. Тушки кроликов зашевелились, их лапки дёрнулись. Птицы с перебитыми крыльями или пробитыми стрелами телами, заковыляли по земле, неестественно выворачивая шеи.