Страница 55 из 186
— Значит.. У Димы есть младший брат? — я так потрясена, что даже не замечаю, как называю хозяина неподобающим образом.
— Да, есть. Елизар Эдуардович.
Судя по лицу Марии, это новость лишь для меня.
— Так, а где он сейчас?
— В частной клинике, — отвечает тетя Лида с едва уловимой грустью. — Там уход хороший. Поэтому он редко дома бывает.
Прижимаю ладонь к губам. Все, что хочу сказать сейчас — слишком уродливо по отношению к маленькому человеку, который мало того, что болеет, так еще и живет среди чужих людей.
Мы выгружаем грязную посуду, берем новые блюда и возвращаемся с ними к месту празднования. Пока накрываем на стол, Эдуард Дмитриевич, Катерина Ивановна, Дима и все их гости танцуют. А я смотрю на них и понять не могу, как в их ситуации можно веселиться.
Какое уж тут прославление древнего рода, если конкретно их семья развалена?
Расстраивают они меня. Больше, чем та же Динара.
— Девушка! Простите, не знаю, как вас зовут..
Не сразу понимаю, что этот окрик адресован мне.
В замешательстве на улыбающегося Марка Дмитриевича смотрю.
— Амелия, — выдаю на автомате.
— Амелия, — повторяет мужчина. Тон его голоса мне омерзителен. Но я, естественно, молчу. Однако, судя по растерянности в глазах самого неприятного из Фильфиневичей, выражение моего лица говорит за меня. — Могу я получить новый бокал?
— Конечно, — реагирую без какой-либо вербальной доброжелательности.
Забираю у Дон Жуана грязную тару и ставлю перед ним чистый фужер. Ухожу, прежде чем он успевает закончить свое «Спасибо!».
— Праздник жизни, — выдыхает Маша, зачарованно наблюдая за танцующими.
«Или смерти..» — мрачно думаю я.
Слишком тяжелая энергетика на этом торжестве царит. Чересчур она мистическая. Чрезвычайно затягивающая.
Следующие несколько часов вместе с остальной прислугой сбиваем ноги до кровавых мозолей. Ну а я лично окончательно перестаю беситься. Мой мозг слишком устал, уходит в энергосберегающий режим. Глаза закрываются. С трудом подавляю зевки. Каждый мускул в теле болит.
В какой-то момент стартует очередной древний ритуал. Катерина Ивановна берет вышитый золотистыми нитями мешочек и подходит с ним к каждому члену семьи. Один за другим они запускают в него руку и вытягивают по одному предмету.
— Снова вещи умерших? — шепчу я Марии.
— Ага.
Дима вытаскивает женское кольцо. С центром в виде цветка фиалки.
После этого в атмосфере праздника что-то неуловимо меняется.
Люцифер бросает в мою сторону один взгляд. За ним второй. Снова. И снова. Забывая про свои недавние слова, заставляет меня пылать от требовательного внимания.
«Что тебе надо? Нас поймают, дурак!» — транслирую всеми доступными мне способами.
Вспоминаю все, что рассказала тетя Лида. И понимаю, что Дима поступает не лучше своего дядюшки. Он ведь овладел мной. И пытался это сделать снова.
Зачем? Почему именно я?
Что с нами происходит?
Боже.. Как страшно!
Но.. Когда выдается свободная минутка, я не иду на кухню, чтобы отдохнуть перед финальной уборкой, а направляюсь вглубь сада.
Что-то манит именно туда.. Сопротивляться нет сил.
В сознании крайне мало здравых мыслей. Двигаюсь, словно в бреду.
Ветки шумят, звякают подвешенные на деревьях вещи.. К некоторым я прикасаюсь. Перебираю руками. Дальше иду. Пока на глаза не попадаются карманные часы. Те самые карманные часы, которые изображены на тревожащей меня картине.
Их достать не могу.
О том, что и не должна — не думаю.
Подпрыгиваю. Раз, второй, третий, четвертый.. На пятый срываю.
Черный ворон наблюдает за мной. Осуждающе каркает.
Сошла с ума? Однозначно.
— Они принадлежат мне, — заявляю ни с того ни с сего.
И прячу ворованную вещь в глубокий карман юбки.
Шагаю вперед. Все делаю бессознательно. Но вместе с тем.. Я будто знаю, куда иду. Останавливаюсь у определенного дерева. Привалившись спиной к стволу, со вздохом прикрываю глаза. А когда спустя мгновение открываю, встречаюсь взглядом с Люцифером.
Шумно втягиваю воздух. Сипло выдыхаю.
Удивлена ли я, что он здесь? Нет.
Знала, что он придет. И он понимал, зачем за мной шел.
Его глаза сверкают. Никакая темнота неспособна скрыть этот голодный блеск.
— От тебя пахнет одержимостью, — предъявляю не своим голосом.
— От тебя тоже, служанка, — хрипит Фильфиневич в ответ.
— Лия.. — поправляю задушенно.
— Фиалка.. — перекрывает он.
Гости продолжают веселиться. До нас долетают музыка, выкрики, смех и даже часть разговоров. Но на это плевать.
Прямо сейчас в этом саду действует темная магия.
Боюсь ли я? Да я ужасе. Снова. И Дима, я думаю, тоже.
Но противоборствовать этому колдовству мы неспособны.
Смотрим друг другу в глаза и погибаем. Без контакта задыхаемся.
— Фиалка.. — голос из души в душу.
Электричество по венам. Горячие вибрации по мышцам. Огонь по нервным волокнам.
Он наклоняется. Я тянусь ему навстречу.
Надрывные двусторонние вздохи, и наши губы соединяются, чтобы дать нам шанс выжить.