Страница 33 из 186
— Да ты.. Ты специально это сделал! — ору я в ярости. На фоне эмоций в очередной раз меркнет то, что гребаный мудак — хозяйский сын, что я завишу от его семьи финансово, и что для меня жизненно важно открыть тайны династии Фильфиневич. — Урод! Понял меня?! Урод!
Урод остается исключительно спокойным. Словно только и ждал моего взрыва. Ну, конечно! Любыми путями меня доводит!
— Га-а-ад!
Губы Фильфиневича расползаются в улыбке.
Он очень доволен. Очень!
А я все сильнее злюсь!
— Прекрати долбаную истерику, Шмидт, и делай, черт возьми, свою работу.
Сцепляя зубы, шумно втягиваю носом кислород. Он ощущается горячим, зараженным какой-то непереносимой химией.
— Я уже говорила, что ты ведешь себя как подонок? — меняю нервный тон на едкую тягучку, которая его так раздражает.
— А ты, блядь, лучше, что ли? Звезданутая дракониха! Ты шикарно мне подыгрываешь!
Выставляю перед его лицом средний палец.
— На! Видел? Ненавижу тебя!
— А мне похуй! Ясно?!
— Так заткнись, наконец!
— Сама заткнись!
Забывая о нем, переключаюсь на более важное дело. Наоравшись, опускаю взгляд и издаю какое-то дурацкое всхлипывание. А за ним — монотонное мычание. Встряхиваю руками — раз, второй, третий, четвертый.. Настраиваюсь на отвратительное задание.
— Я сейчас уберу, — цежу сквозь зубы. — Но предупреждаю, еще раз так сделаешь, я не только оставлю, как есть, еще и измажу твою постель говном! Уедешь в больницу с приступом, мистер Чистюля!
— Да ты совсем охренела, принцесса какашек! Забыла, кто тут босс?!
О, Боже! Сколько пафоса!
Я прям ржу.
— Явно не ты, идиот! Я на тебя не работаю!
— Да что ты?! С чего это ты так решила, а? Нет, я, блядь, пожалуй, прямо сейчас научу тебя уважению!
Психопат застает меня врасплох. Хватает за руку в районе локтя и тащит к стене. Толкнув между лопаток, принуждает вжаться в нее лицом. Фиксирует положение моего тела своей гребаной лапищей так, что не пошевелиться, и вдруг.. Чертов маньяк задирает юбку моей униформы.
Я визжу. Забившись в отчаянии, до хрипа кричу.
Такой гнев меня охватывает, что кажется, дай Бог шанс добраться до Фильфиневича, голыми руками разорву.
Но.. У меня не получается! Я не могу освободиться, как ни бьюсь.
А Люцифер.. Он, блин, сечет мои ягодицы какой-то плеткой!
Это больно. Это оскорбительно. Это, мать вашу, адски злит.
Я вне себя от ярости.
Хочу проорать, что после такого точно его убью, и никакие последствия меня не остановят. Но ни слова вымолвить не могу. Задыхаюсь, всхлипываю и кричу.
Пока он, набесившись, сам не отпускает.
Обернувшись, в приступе беспрецедентного безумия набрасываюсь на демона. Он, к моему удивлению, почти не сопротивляется. Словно чувствует, что я не успокоюсь, пока не пущу ему кровь. Расцарапываю ненавистную рожу. И едва алые капли падают на безупречную белизну рубашки, меня начинает мутить. Шумно втянув воздух, стремительно отворачиваюсь.
— Уходи! Дай мне убраться!
— Шмидт, я..
— Уйди, прошу!
И.. Как ни странно, проклятый мучитель покидает спальню.
Правда, напоследок, сволочь, оставляет послание:
— То-то же. Знай свое место, служанка.
Столько в его голосе самодовольства, высокомерия и злости, что сердце болью отзывается.
Я ничего не отвечаю. Неспособна.
Меня колотит так сильно, аж губы дрожат. Внутри будто что-то рушится. Я теряю опору и не понимаю, почему так происходит. Все, что осознаю — страх и гнев.
Ненавижу Фильфиневича сильнее, чем когда-либо.
Больше не думаю о том, в чем испачкано постельное белье. Без каких-либо эмоций сдираю и заменяю новым. Навожу в комнате идеальный порядок. А под самый финал, свирепея от доносящихся с первого этажа звуков счастливого девчачьего смеха, выкидываю вопиющую пакость.
Лезу в минихолодильник, достаю оттуда глазированный протеиновый батончик, разогреваю на утюге и пристраиваю плывущий кусок между подушками барина. На простыню выливаю пиво. Прикрываю все это одеялом и выбегаю из комнаты.
«Надеюсь, дама сердца демона примет это желтое пятно за мочу, а батончик — за какаху», — уповаю меж разобравшим грешную душу смехом.
Когда спускаюсь вниз, босс-кровосос со своей крысой перебираются на террасу. Только их спины провожаю взглядом. При виде Фильфиневича меня захлестывает жаром ярости. Едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него в новой атаке.
Из-за плохого настроения девка меня злит не меньше. Закипаю каждый раз, когда она хихикает.
Спешно заканчиваю с уборкой в гостиной, прячу инвентарь и по-тихому ухожу.
Люцифер догоняет эсэмэской.
Твой Идол: Рабыня! Ты покойница!
Твой Идол: Надень вечером все самое лучшее. Ночью по твою душу приду!
Я вздрагиваю от жути, которой меня накрывает.
Сорвавшись, как дурочка до дома прислуги рысью несусь.
Лишь добравшись до своей комнаты и закрывшись на все замки, пишу ответ.
Твоя Богиня: О-о-о, я надеюсь, что свидание моего Владыки и леди Давалки на подготовленном мной ложе любви прошло фантастически!
Твой Идол: Феерически, блядь.