Страница 2 из 186
Ясмин тем временем продолжает смотреть расклад.
— Сильный, харизматичный, с мощнейшей энергетикой, — описывает торопливо, с хрустящим шорохом раскидывая по столу карту за картой. Я бы спросила, что плохого в выданной ею характеристике, но тон Ясмин не позволяет и рта открыть. — Глаза черные-черные.. Эбонитовые. Смоль. Ты их узнаешь! — прерываясь, смотрит на меня безумным взглядом, которого раньше никогда у нее не замечала.
По моему телу вторая волна дрожи несется.
— Ба.. — осмеливаюсь выдохнуть.
Касаясь плеча Ясмин, легонько встряхиваю, будто разбудить надеюсь. Но, увы, это, равно, как и мое обращения, никакого эффекта не производит.
Опустив взгляд, бабуля возвращается к раскладу.
— Слишком самоуверенный, ставит высокие цели.. Эгоистичный. Бессердечный. Нарцисс! Много переживаний принес! Много! — акцентирует, одурело тарабаня по одной из карт ногтем.
— Когда успел?
Разводя руками, заставляю себя рассмеяться.
— Ты из-за него погибала, — припечатывает Ясмин, пуская по моему телу третью волну мурашек. — И снова погибнешь, если впустишь в свою жизнь! Ах.. — выдыхает с неведомой ей ранее дрожью. А потом вдруг бросает оставшиеся карты на уже открытые, резким движением смешивает все и сгребает в колоду. Не глядя в мою сторону, жестко чеканит: — Никуда не ходи сегодня. Я запрещаю.
Яша, вероятно, поддерживая решение своей одаренной правнучки, важно мяукает.
Меня же эта ситуация необъяснимым образом раззадоривает.
— Нет уж, пойду посмотрю на этого Люцифера, — заявляю со смехом и подрываюсь с места.
— Это рогатый тебя подбивает! — пытается остудить Ясмин.
Но я уже не слушаю.
Выскакивая в прихожую, натягиваю кеды. Хватаю сумку и вылетаю на улицу. Во дворе ныряю под чье-то свежеразвешанное, все еще влажное и ароматное белье, и пускаюсь на бег.
Несусь со всех ног до самой остановки.
Ранее утро. Приятная прохлада. И тишина. Город только-только просыпается. На улицах еще совсем мало людей. Нет толкучки, возмущений и недовольных взглядов. Я бегу, прижимая к груди сумку. Ловлю лицом ветер и смеюсь.
Не знаю, что так испугало бабушку. А у меня предчувствие, заставляющее воспарить от счастья. Кажется, будто вот-вот случится нечто хорошее. То, чего я давно ждала.
Этим я в тот момент, переполненная энергией, и руководствуюсь.
— А-а-а-а-а! Я живу! Живу!
Притихаю, когда приходится заскочить в троллейбус. Тут-то главные старожилы нашего славного города уже в сборе и лишнего шума не потерпят.
Или я ошибаюсь?
Поднявшись через среднюю дверь, продвигаюсь в переднюю часть транспортного средства, как вдруг меня настигает мужской смех.
«Он», — дзынькает в моем мозгу осознание.
Звук его смеха влетает в мое сердце, словно стрела.
И Вселенная сотрясается, словно все мы угодили в зону сильнейшей турбулентности.
В попытке сохранить равновесие, вцепляюсь рукой в нижний поручень. До верхнего попросту не дотянусь. Замираю, пригвожденная к месту не только своими ощущениями, но и чьим-то столь же острым, как та самая стрела, взглядом.
«Глаза черные-черные.. Эбонитовые. Смоль. Ты их узнаешь!»
Вдох. Выдох. Задушенно.
Тяжело опадает грудь.
Волоски по всему телу поднимаются. Кожа покрывается крупными, словно сыпь крапивницы, мурашками. Сумасшедший озноб. Я будто резко на Северном полюсе очутилась. Организм старается справиться — через мгновение усердной работы меня бросает в жар. Да с таким градусом, что на висках мгновенно проступают капельки пота.
Это какое-то безумие!
Вдох. Выдох.
Наклоняю голову. Убедившись в целостности своей груди, отстраненно замечаю, что соски, после сотрясшей тело дрожи, решили заявить о себе социуму.
— Черт.. — шепчу едва слышно.
И быстро возвращаю на место съехавшую с плеча сумку, которой обычно оборону от всего мира держу.
Шаг, второй..
— Эй, Фиалка.
Он не окрикивает. Это обращение глухое и даже вкрадчивое. Вероятно, парень владеет какими-то техниками. Иначе как объяснить то, что его голос звучит так, словно прошел аппаратную обработку. Тягучий, густой, наполненный, хрипловатый и едва заметно вибрирующий. Но клинит меня не из-за уникальности этого тембра. А из-за стойкого ощущения, будто я с этим человеком жизнь провела.
Фиалка?.. Фиалка..
Током по темечку шарахает. Бьет как молния, которая проносится через весь мой организм. Расходятся по клеткам горячие импульсы.
— Ты, придурок, че завис? Воды передай. Выдул все? Нормальный вообще?! Бегемот, твою мать. Или ты намывал свои кроссовочки, пока мы транспорт ждали? — тарабанит кто-то из той же компании.
Но он не волнует.
Как и прыснувший смехом второй парень.
— Ля-я-ядь.. Стопудово. Было.
— Было, было. Очко.
— Три очка, Тох.
— Да завалитесь, — бросает налегке тот, от которого мурашки по коже.
Боже..
Что происходит?
— Молодые люди! Сейчас же угомонитесь, иначе я попрошу водителя вас высадить, — вычитывает парней какая-то женщина.
— Сорри, мадам. Мы постараемся не шуметь.
Троллейбус в этот момент дергается, и я с трудом удерживаюсь на ногах. Сумка падает на пол. Без всякой задней мысли наклоняюсь, чтобы подобрать.
В этот момент с задней площадки раздается новый взрыв хохота. И в спину мне прилетает нахальный свист вкупе с комментарием:
— Зачетная задница.
И знаете.. В ту же секунду окутавшая меня магия развеивается.
Выпрямившись, решительно разворачиваюсь. Прохожусь по троице оценивающим взглядом и сцепляюсь в контакте с теми самыми черными глазами, от которых, вопреки всем жизненным установкам, по телу несется мороз.
«Ах.. Люцифер!»
Дыхание сбивается. Пульс частит. Все показатели зашкаливают.
А сердце в каждом беспощадном ударе ноет. Ноет так сильно, что мне его, черт возьми, хочется выблевать.
___________
Буду рада вашей поддержке