Страница 15 из 186
— Бунтарка, — грубо окликаю служанку. Она оборачивается, чтобы метнуть в меня — не взглядом, нет — шаровой молнией. Застрявшая в моем сердце щепка воспламеняется. Мгновение, и огонь охватывает всю мышцу. — Сюда. Быстро, — эту команду еще жестче, словно шавке выдаю.
Чтобы не только она, но и все присутствующие уяснили истину: она принадлежит мне.
Только я решаю, чем ей заниматься.
Пока стопорю все внутренние процессы, служанка фокусирует внимание вновь на Тохе.
— Заманчивое предложение, лось, — протягивает с фальшивой милотой. — Но я пришла к оленю, — выдав это, указывает в мою сторону.
Под свежий взрыв хохота пересекает гостиную, чтобы подойти к барной стойке, за которой мы с Жорой сидим.
— Ах ты сучка, — сиплю, сканируя наглую мартыху буйным взглядом. Смотрю на нее, а перед глазами порно-кадры с ее участием летят. Член гудит, мечтая приступить к расправе. — Сейчас поймаю тебя в зубы, шерсть полетит.
Поганка Шмидт улыбается.
— Хозяину снова нездоровится, — вздыхает с притворным сочувствием.
Ненавижу, когда она так делает. Тошнит от ее приторности. Выворачивает.
— О, значит, это ты та сумасшедшая, которая работает на Фильфиневича? — вопрошает одна из подруг Динары.
Зверушку этот вопрос не особо беспокоит. Скрещивая на груди руки, дальше лыбу тянет.
Сука, какой груди?! Не смотри туда!
— Я его сиделка, — выписывает эта сучка.
Девки замирают в оцепенении, не зная, как реагировать. Тоха, Чара и Жора разрывают гостиную хохотом.
— Сумасшедшая ли я? — продолжает стерва с усмешкой. — Если терплю его — вероятно, да. Димочку нянька в детстве уронила. Выросло — что выросло. Что уж теперь? Кому-то нужно о нем заботиться.
Мое сердце толкается в горло. Стучит там с такой дурью, что в глазах темнеет. От ярости, безусловно. Я прищуриваюсь. Мучительно сглатываю.
И встаю.
Ноги, руки, корпус.. Все, блядь, тело ощущается тяжелым и неповоротливым. Будто я реально без меры ужрался. Но я знаю, что это не так. Работает не бухло.
Я медленно приближаюсь к сучке. Толпа молчит.
— Ты бессмертная, — толкает Чара сквозь смех и прячет Шмидт за своей спиной. — Спокойно, Филя, спокойно. Не трожь девчонку. Убьешь, где еще такую найдешь?
Мне похрен, кто что говорит. Похрен в принципе на всех.
Поверх плеча Чарушина взгляд Дикобраза ловлю. Высовывается же любопытная зверушка.
— Уничтожу, — обещаю я ей.
— Облезешь.
В смотрящих на меня глазах все тот же огонь пылает. Черт знает, за что она меня ненавидит. Но я хочу, чтобы это чувство пробралось внутрь меня. В венах моих застыло. И в них же растворилось.
Тогда станет неважно, кто из нас разносчик этой заразы.
— Ты ведешь себя как мелочь. Прекращай прятаться за Чару. Я тебя все равно достану. Не сегодня, так завтра.
— Вовсе я не прячусь, Люцифер! — выпаливая это, Шмидт вышагивает в сторону.
Сгребая пальцы в кулаки, я заставляю себя оставаться на месте.
Сердце тарабанит с такой силой, что по всему телу вибрации идут. Каждый нерв в нем звенит.
Никогда прежде я такого не испытывал. Никогда.
— Почему твои волосы торчат? — обращаю внимание на этот факт, чтобы не пялиться на ее тело. — Ты не знаешь, что такое расческа? Похожа на ведьму, которой пугают детей.
— Вот и бойся, Димочка. Превращу тебя в козла. Характером соответствуешь!
Поджимая губы, выдерживаю гребаную паузу.
Прожигая ее взглядом, стираю зубы в пыль.
— Все на выход, — резко требую я. — Сейчас же! Пошли вон, сказал!
Фиалка вздрагивает.
Слабое удовлетворение для моего самолюбия. Но хоть что-то.
Чара, Тоха и Жора — три придурка, которым, конечно же, до звезды мои приказы. Тогда как вся толпа с возмущениями валит, на хрен, они самым борзым образом заявляют о том, что собираются в моем доме ночевать.
— Если ты убьешь Фиалку, я, как обычно, помогу закопать тело, — похлопывает меня по плечу Тоха. — Почву надо удобрять, — выдав это, прицеливается в побледневшую мартышку воображаемым пистолетом. — Прощай, восьмая жена Синей Бороды. Бэмс-бэмс.
«Выстрелив», лениво бредет к лестнице.
— Я организую лучших адвокатов, — подыгрывает Прокурор, оставляя на моем плече свою пятерню.
Чара крутит у виска пальцем и показывает, что следит за мной. Лишь после этого поднимается на второй этаж следом за парнями.
Наконец, мы со Шмидт остаемся вдвоем.
[1] Валерьянка — на местном сленге вечеринка.