Пленница разбойников

— Отлично, — отзывается Джон. — Так и знал, что на тебя можно положиться и все пройдет как по маслу.

Шериф посмеивается. Раздается звон стекла — должно быть, он делает глоток бурбона.

— Ну, такие дела нельзя оставлять дилетантам, — заявляет он. — Слишком уж большие деньги для девчонки. Особенно для той, у которой, сам понимаешь, не все дома.

Теперь настает черед Джона посмеиваться. Я просто каменею.

Они говорят обо мне. Обо мне, моих деньгах и моей якобы ментальной неполноценности, что за бред собачий! Да, у меня случаются редкие обмороки. Но это вовсе не значит, что я не способна сама распоряжаться собственной жизнью.

— Это для ее же блага, — поддакивает Джон. — Я лишь пекусь о ее интересах — об интересах каждого из нас. Не хотелось бы, чтобы она вляпалась в те же самые, кхм, дела, которые сжили со свету ее мамочку с папочкой.

— Это уж точно, — соглашается шериф. — Тут ты прав, ни в коем случае.

Он смеется густым мужланским смехом, от которого меня, что уж говорить, выворачивает наизнанку.

Слышится скрип стула по полу и шаги.

— Пора мне, — говорит шериф. — Надо еще сделать вечерний обход. Сам знаешь, надо ж очистить улицы от всякого сброда.

Они снова оба посмеиваются, а я вздрагиваю, словно меня шарахнуло током от пусковых проводов.

В три огромных прыжка я пересекаю мастерскую, и к тому времени, как дверь конторы распахивается, я уже вовсю перебираю торцевые ключи, делая вид, что жутко занята, и пытаясь выровнять дыхание.

— Всегда рад, шериф, — чуть громче произносит Джон, явно работая на публику, то есть на меня.

— Взаимно, — отзывается шериф.

Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда они жмут друг другу руки.

— Мисс, — бросает шериф, притрагиваясь к полям шляпы. — Смотри не вляпайся в неприятности. В лесу сейчас шатается полно сомнительного люда, сама знаешь. Так что лучше сиди тихо-мирно прямо здесь.

— Конечно, — выдавливаю я.

Господи, пожалуйста, просто уйди.

— Я за тобой присматриваю.

Он ухмыляется, словно это должно быть смешно, а не жутко, и шагает к выходу, зловеще цокая каблуками ботинок по бетонному полу.

Джон замечает меня и хмурится.

— Что с тобой такое? Выглядишь так, будто черта лысого увидела.

Я тут же выпрямляюсь по струнке.

— Ничего. Абсолютно ничего. Просто тяжелый рабочий день. Сами знаете, как это бывает.

Он-то как раз не знает. Он тяжелого рабочего дня в глаза не видел, даже если бы тот прилетел ему наотмашь по физиономии.

Но Джон лишь улыбается.

— Вот это правильные слова. Трудолюбивая девочка. — Он бренчит ключами. — Я сам тут все закрою. Надо кое-что доделать, а потом у меня важная встреча в городе.

Встреча? Скорее уж будет глушить вискарь в «Клубе охотников на лис», думаю я. Потому что да, округ Шервуд настолько старорежимный, что настоящая охота на лис здесь до сих пор считается приличным развлечением для джентльменов. Но вслух я говорю лишь:

— Конечно.

Голос звучит как чужой, будто доносится откуда-то со стороны.

В голове бешено колотится мысль: нужно все разузнать, расспросить, выяснить, что они задумали. Но посмею ли я? Пальцы крепко сжимают торцевой ключ.

— С шерифом все в порядке?

— А? — Джон поднимает взгляд от бумаг в руках, которые он тут же поспешно прячет под мышку, заметив, что я на них уставилась. — О, да. Все путем. Все в полном ажуре.

Я провожаю взглядом стопку документов, и все становится предельно ясно. Мне позарез нужно до них добраться. Нужно увидеть, что он затеял. Если мое будущее под угрозой — если моя свобода под угрозой, — то я, черт возьми, хочу знать об этом, и как можно скорее.

Не знаю, что именно он задумал, но ничего хорошего от него ждать не приходится.

Джон прокашливается.

— Ну, давай, не задерживайся, — говорит он. — Сверхурочные я никому платить не нанимался.

Он смеется собственной шутке и с этими словами разворачивается и исчезает в недрах конторы.

Я за секунды заканчиваю смену и вешаю ключи от «Бьюика» мисс Донован на гвоздик, чтобы она забрала их по дороге на работу — платы не надо. В висках стучит пульс, язык прилип к гортани.

А ведь еще пару минут назад я думала, что самой большой проблемой за весь день станет общение с мистером Янки и его дурацким «Порше».

Как бы не так. Теперь мне предстоит пойти на взлом.