Страница 37 из 61
Глава 10
Светлана..
Утро выходного дня началось с того, что я проснулась от аромата свежезаваренного кофе. Не того, который варят в турке на плите, а того, который капает из кофеварки, наполняя кухню густым, терпким запахом, от которого хочется жить и любить.
Я потянулась в постели — в _его_ постели, хотя этой ночью мы снова спали порознь: я здесь, он — на диване в гостиной. Уже вошло в привычку: он уступал мне спальню, а сам ложился там, где помягче. На мои протесты отвечал: «Ты гостья». А я каждый раз думала — когда я перестану быть гостьей?
Сегодня, видимо, ответа не будет.
Я накинула халат — тот самый, огромный, Олегов, пахнущий им и стиральным порошком, — и вышла на кухню.
Олег стоял у плиты, переворачивая блины. На нём были домашние штаны и старая футболка, волосы ещё влажные после душа. Он выглядел таким.. обычным. Не начальником, не бизнесменом, не хозяином жизни. Просто мужчиной, который жарит блины в субботу утром.
— Доброе утро, — сказала я, садясь за стол.
— Доброе, — он обернулся, улыбнувшись. — Будет готово через минуту. Садись, не стой.
— Я и сижу.
— Точно, — он засмеялся.
Блины были тонкими, кружевными — такими, как я любила в детстве. Мама пекла такие. Потом я пыталась повторить, но никогда не получалось идеально.
— Где научился? — спросила я, намазывая блин вареньем.
— Елена Федоровна показала, — ответил Олег, садясь напротив. — Говорит, мужик должен уметь готовить, чтобы женщину не потерять.
— Разве мужика держат блинами?
— Не блинами, — он покачал головой. — Вниманием. Заботой. Тем, что он не ленится встать пораньше и сделать приятное.
— Ты очень внимательный, — признала я. — Иногда мне становится неловко.
— Не надо, — он накрыл мою ладонь своей. — Я делаю это не из чувства долга. Мне самому приятно.
— Но ты не должен..
— Не должен, — согласился он. — Хочу. Это разные вещи.
Я замолчала. Спорить с ним было бесполезно — он всегда находил слова, чтобы доказать свою правоту. Но в этом его упрямстве было что-то тёплое, почти нежное. Он не демонстрировал заботу — он просто был заботливым. Естественно, как дышит.
— Сегодня к нам приедет Софа, — напомнила я. — Мы договорились с Аллой.
— Я помню, — кивнул Олег. — Я купил ей подарок.
— Подарок? — удивилась я. — Зачем?
— Потому что девочка идёт в гости, — он пожал плечами. — Это должно быть праздником.
— Олег, ты слишком много для меня делаешь, — я покачала головой. — Я не могу..
— Можешь, — перебил он. — Просто прими. Как данность. Как факт. Твоя внучка — хорошая девочка, она заслуживает радости. А я могу эту радость подарить. Что здесь плохого?
Ничего плохого.
Кроме того, что я начинала привыкать.
Привыкать к его заботе, к его близости, к тому, что рядом есть человек, который думает о тебе, помнит о тебе, старается для тебя.
Это пугало.
Потому что привычка — первый шаг к зависимости. А зависимость — к потере себя.
Я не хотела терять себя.
Не снова.
— Спасибо, — сказала я, пытаясь улыбнуться. — Ты прав. Софа будет рада.
— Вот и отлично, — он встал, убрал тарелки в раковину, повернулся ко мне. — У тебя всё нормально? Ты какая-то напряжённая.
— Всё хорошо, — солгала я. — Просто волнуюсь перед встречей.
— Понятно, — он не поверил, но не стал давить. — Хочешь, я оставлю вас вдвоём? В смысле, уеду куда-нибудь с Дашей, не буду мешать?
— Нет, — я покачала головой. — Оставайся. Софа должна привыкать к тебе.
— К чему? — он поднял бровь.
— К тому, что ты часть моей жизни, — тихо ответила я. — Если мы с тобой.. если у нас что-то получится.. она должна знать тебя. Доверять тебе.
— Ты говоришь о будущем, — заметил он.
— Я начинаю думать о будущем, — призналась я. — Это пугает, но я пытаюсь.
— Молодец, — он подошёл, приподнял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Ты справишься. Мы оба справимся.
— Обещаешь? — спросила я почти шёпотом.
— Обещаю, — ответил он серьёзно.
И в этот момент я почти поверила, что мы действительно сможем быть счастливы.
Почти.
Софа приехала с Аллой в двенадцать.
Я ждала их у подъезда, кутаясь в пальто — март обманывал: днём вроде бы солнце, а ветер всё ещё зимний. Увидев знакомую машину, я шагнула навстречу, чувствуя, как сердце ухает вниз, а потом взлетает куда-то к горлу.
— Бабуля! — Софа выскочила из машины, бросилась ко мне, обхватила за талию. Она была в новом пальто, розовом, с капюшоном в виде заячьих ушей, и в красных резиновых сапогах, несмотря на отсутствие луж.
— Софушка, — я присела на корточки, обняла её, прижала к себе, чувствуя, как пахнут её волосы — яблоком и чем-то детским, беззащитным. — Как я по тебе скучала!
— А я по тебе больше, — похвасталась внучка. — Я тебе подарок сделала. Сама!
— Правда? — я отстранилась, заглядывая в её сияющие глаза. — Покажешь?
— Потом! — она таинственно улыбнулась. — Это сюрприз.
Алла вышла из машины следом, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Светлана Витальевна, — начала она, — я..
— Проходите в дом, — пригласила я. — Холодно на улице. Олег нас ждёт.
— Олег? — Алла напряглась. — Это который.. начальник?
— Да, — кивнула я, не вдаваясь в подробности. — Он хороший человек. Вы не бойтесь.
— Я не боюсь, — Алла поправила волосы. — Просто..
— Не надо просто, — я взяла Софу за руку, повела к подъезду. — Идите за мной.
Олег встретил нас в прихожей. Он был в джинсах и свитере — просто, уютно, не официально. Даша стояла рядом, тоже нарядившись в платье, хотя обычно дома ходила в спортивном костюме.
— Здравствуйте, — Олег улыбнулся Софе. — Ты, наверное, Софья?
— Софа, — важно поправила внучка. — А вы кто?
— Я — Олег, — он протянул руку. — Друг твоей бабушки.
Софа с важным видом пожала его ладонь — свою маленькую, вложила в его большую, и от этого жеста у меня защемило сердце.
— А я — Даша, — Даша присела на корточки, чтобы быть одного роста с Софой. — Тётя Даша. Можно, я буду твоей подружкой?
— А у меня уже есть подружки, — настороженно сказала Софа.
— Лишняя не помешает, — рассмеялась Даша. — Пойдём, я покажу тебе мою комнату. Там есть мягкие игрушки и большая кукла, которая говорит «мама».
— Настоящая? — глаза Софы загорелись.
— Почти, — Даша взяла её за руку. — Идём?
Софа посмотрела на меня, спрашивая разрешения.
— Иди, — кивнула я. — Мы с Аллой пока чай попьём.
Девочки ушли, и в прихожей повисла тишина. Алла рассматривала квартиру — дорогую, больную, но не кричаще-роскошную, а уютную, со вкусом.