Страница 20 из 61
— Завтра в двенадцать. Кофейня на Ленина, 15, — сказала Полина. — Я буду ждать.
Она отключилась.
Я опустила телефон на стол и выдохнула.
— Кто это был? — спросил Олег.
— Полина, — ответила я. — Любовница моего мужа.
Он напрягся, но сдержался.
— Зачем звонила?
— Хочет встретиться. Сказала, что хочет извиниться и рассказать правду.
— Не ходи, — твердо сказал Олег. — Это может быть ловушкой. Твой муж мог её подослать.
— Возможно, — я покачала головой. — Но если нет? Если она правда хочет сказать что-то важное?
— Что может быть важного от женщины, которая спит с чужим мужем?
— Не знаю, — призналась я. — Но я хочу это узнать.
— Я поеду с тобой, — сказал Олег, не спрашивая разрешения.
— Это не обязательно.
— А я всё равно поеду. И не спорь.
Я не стала спорить.
Потому что спорить с этим мужчиной было бесполезно.
И потому что, если честно, я была рада, что он будет рядом.
В субботу утром я проснулась раньше обычного. Волнение не давало покоя — внутри все переворачивалось при мысли о предстоящей встрече.
Я оделась в одно из новых платьев — темно-синее, то самое, которое понравилось Олегу. Сделала легкий макияж, уложила волосы.
В зеркале отражалась женщина, которую я почти не узнавала. Не та уставшая, задерганная Светлана, которая приходила на работу с чемоданом и красными глазами. А кто-то другой. Собранная. Спокойная. Готовая к бою.
— Ты красивая, — сказал Олег, когда я вышла в гостиную.
— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как теплеют щеки.
Мы вышли из дома, сели в машину. Миша, как всегда, молча ждал у подъезда.
— На Ленина, 15, — сказал ему Олег.
Кофейня оказалась маленьким уютным заведением в центре города. Они сидели за столиком у окна — Олег за соседним столиком, с чашкой кофе и газетой, я — за тем, где меня ждала Полина.
Она пришла первой.
Когда я вошла, она встала, будто ученица перед учительницей. Молодая — лет двадцать пять — блондинка с большими глазами и испуганным лицом. Без яркого макияжа, в простых джинсах и свитере, она выглядела не любовницей-разлучницей, а напуганной девчонкой.
— Спасибо, что пришли, — сказала она дрожащим голосом. — Садитесь, пожалуйста.
Я села напротив. Заказала кофе.
— Говорите, — сказала я, глядя ей прямо в глаза.
Полина опустила взгляд. Замялась. Потом выдохнула и начала:
— Я не спала с вашим мужем.
Я усмехнулась.
— Я видела вас в туалете. Своими глазами.
— Видели, — кивнула она. — Но это был не наш поцелуй. Это он меня поцеловал. Я не хотела. Я пыталась оттолкнуть его, но у меня не получилось. Он сильнее.
— Зачем вы тогда пришли на мой юбилей? Зачем позволили ему пригласить вас?
— Потому что он шантажировал меня, — её голос сорвался. — Светлана Витальевна, я не знаю, как сказать.. У меня есть парень. Мы вместе уже три года. И ваш муж.. он узнал, что мой парень когда-то был судим. Это давно было, он отсидел, вышел, исправился, работает, никого не трогает. Но для вашего мужа это был козырь. Он сказал, что если я не соглашусь помогать ему — он расскажет всем на работе, и моего парня уволят. А кого с судимостью возьмут?
Я слушала, не веря своим ушам.
— Помогать? В чем?
— Якобы быть его любовницей, — Полина вытерла слезы, катившиеся по щекам. — Он хотел, чтобы вы узнали. Хотел развода, но не хотел терять деньги. Думал, если вы узнаете об измене, то сами уйдете, ничего не требуя. А он сможет оставить себе все — квартиру, дачу, сбережения.
— Зачем ему развод? — спросила я, чувствуя, как внутри все леденеет.
— У него есть другая женщина, — выдохнула Полина. — Не я. Другая. Моложе, богаче. Он хочет быть с ней, но она не будет с ним, пока он женат. Он хотел, чтобы вы подали на развод первыми, как инициатор, и чтобы виноватой были вы.
— А вы? — спросила я. — Почему вы согласились играть эту роль?
— Потому что боялась, — она всхлипнула. — Он говорил, что если я не соглашусь, он уничтожит моего парня. Говорил, что у него есть связи. И я поверила. Простите меня, пожалуйста. Я дура, я трусиха, я..
Она замолчала, закрыв лицо руками.
Я смотрела на нее и не знала, что чувствовать. Злость? Жалость? Омерзение?
Все вместе.
— Если вы говорите правду, — сказала я наконец, — почему вы решили рассказать мне сейчас?
— Потому что не могу больше, — Полина подняла на меня заплаканные глаза. — Ваш муж.. он вчера пришел ко мне пьяный. Говорил, что вы подали на развод, что юристы уже готовят документы, что он все потеряет. Он меня ударил. Сказал, что я плохо сыграла свою роль, что вы не ушли сразу, не бросили все и не приползли к нему с повинной. Что я — никчемная дрянь. И тогда я поняла: я не хочу больше быть его марионеткой. Пусть делает, что хочет. Пусть рассказывает про Витьку кому угодно. Мы уедем в другой город, найдем работу. Но я не хочу больше врать. Не хочу, чтобы вы страдали из-за меня.
Я молчала.
Кофе остыл. За окном моросил дождь, и по стеклу стекали серые капли.
— Спасибо, что сказали, — произнесла я наконец. — Спасибо, что нашли смелость.
— Простите меня, — повторила Полина. — Если бы я могла все вернуть..
— Не можете, — я встала. — Но вы хотя бы попытались исправить. Это уже много.
Я повернулась к выходу. Олег уже стоял у стойки, расплачиваясь за кофе. В его глазах был вопрос.
— Потом расскажу, — сказала я. — Поехали домой.
«Домой», — снова это слово.
Я поймала себя на мысли, что произнесла его не задумываясь.
Олег не поправил меня.
Только взял за локоть и вывел на улицу, под холодный дождь, который смывал с меня остатки прежней жизни.