Сломленная

— Вот видишь, что получается? Вчера я сознательно решила не быть сталкером. Я ведь могла просидеть прошлой ночью у вашего домика с миской попкорна, но дала вам уединение и личное пространство. И вот так ты мне отплачиваешь? Некрасиво, подруга, совсем некрасиво.

Раздалось жужжание, и она подняла вверх один палец.

— Подождите секундочку. Это папочка моего ребёнка.

Я посмотрела на Финна, который изо всех сил старался не рассмеяться.

— Это не смешно, — сказала я ему.

Он поднял обе руки.

— Это твоя подруга.

Реми прочистила горло.

— Да, Эзра? Ты звонишь поговорить о просроченной выплате алиментов? — Она постучала ногой по полу и несколько раз выразительно фыркнула, прежде чем сказать: — Я тебя услышала и ценю твои чувства. Надеюсь, теперь ты чувствуешь, что тебя поняли. — После этого она сбросила вызов.

— Что это было?

— О, он злится, потому что я вынесла из его ванной все полотенца. Сегодня утром ему пришлось идти мимо моей комнаты, прикрываясь только мочалками. — Она мечтательно вздохнула. — Кажется, я снова с ним сойдусь.

Несколько мгновений мы молчали. Реми витала в своих мыслях, вероятно, вспоминая сегодняшнее утреннее шествие Эзры, а мы с Финном понятия не имели, что на это сказать. Наконец Реми хлопнула в ладоши.

— Ладно, нам нужно убивать демонов и найти Пылающий Меч.

Финн кивнул.

— Собери всех и скажи, чтобы встретились с нами в библиотеке.

— Будет сделано, босс. — Она отсалютовала ему, а затем пробормотала что-то о том, что нужно конфисковать все мочалки.

Финн взял меня за руку — ту самую, на которой теперь красовалось прекрасное изумрудное кольцо, — и поцеловал её тыльную сторону.

— Реми — та ещё личность.

— Ага. Без её странного и извращённого чувства юмора я даже не знаю, смогли бы мы пережить хотя бы половину того, что видели, как демоны делают с людьми.

Он кивнул.

— Юмор способен осветить даже самую тёмную душу, но я всё же переживаю за Эзру.

Я рассмеялась, когда мы вышли из домика.

— Да ну перестань. Ему это нравится. Более того, он дуется, когда она шутит с кем-то другим.

Финн покачал головой, словно ему было трудно это представить.

Остаток пути до кампуса мы прошли в уютном молчании. Я не знала, как долго продлится это ощущение совершенства, но собиралась впитать каждую секунду того, насколько правильным сейчас казался мой мир. Про себя я молилась, чтобы это длилось дольше, чем можно было ожидать.