Сломленная

Когда я повернулась к Финну, его грудь тяжело вздымалась, а ноздри раздувались. Даже не взглянув на последнего оставшегося в живых демона, он с размаху пробил кулаком его грудную клетку насквозь. Затем так и остался стоять посреди улицы, с сердцем в руке.

Я поняла, когда прежний Финн начал возвращаться. В его глазах появились зелёные вкрапления, пока он быстро осматривался по сторонам, оценивая происходящее вокруг. Наконец он посмотрел на меня.

— Мне показалось, я видел, как он ударил тебя, — низким голосом сказал он.

Прежде чем я успела ответить, он исчез.

Рыдая, я рухнула на асфальт рядом с Тревом. Как такое могло случиться?

Не обращая внимания на крики Эзры, я оттолкнула Ханну и Луну в сторону, сосредоточившись на своём Даре Рафаэля. Я обхватила рукой сухожилия, которые ещё удерживали голову Трева, не давая ей полностью отделиться. Не знаю, сколько времени я так просидела, но не переставала исцелять его, пока у меня перед глазами не поплыли звёзды.

Реми начала трясти меня.

— Ты должна остановиться.

Я покачала головой.

— Ещё совсем немного.

Она оттащила меня от тела Трева, а я была слишком измучена, чтобы сопротивляться ей.

— Нет. Всё, хватит.

Эзра поднял брата на руки и улетел с ним. Луна подхватила Ханну, и они в отчаянной спешке отправились проверить парня, который относился к ней как к родной.

Я осталась стоять посреди ухоженной пригородной улицы, пытаясь не поддаться панике. Вокруг стояла жуткая тишина, словно люди всё ещё слишком боялись выходить из своих домов.

Реми взяла меня за руку.

— Пойдём.

— Пожалуйста, скажи, что ты уничтожила трансляцию.

Она прикусила губу, потом покачала головой.

— Мне так жаль. Их было две. После того как я уничтожила первую, наткнулась на нескольких демонов. Потом поняла, что должна быть ещё одна трансляция, потому что всё прошло слишком легко. Я уничтожила её сразу после того, как ты исцелила Трева.

— Значит, теперь она знает о Финне.

Реми кивнула.

— И о том, что ты можешь полностью себя истощить, если пытаешься исцелить кого-то. — По красивому лицу Реми скатилась слеза. — Чёрт, мне так жаль. Если бы только я нашла её раньше…

— В этом нет твоей вины. Моё видение показало мне, что должно произойти, потому что я увидела, что случится после того, как попытаюсь изменить будущее. Если бы только я не позвала Финна…

— Это был не Финн.

Мои алые крылья подняли меня в небо. Я больше не могла разговаривать с Реми, потому что это было неправдой. Это был Финн. Он всё ещё был где-то там, внутри, но был безвозвратно потерян для меня, а без него мне было уже всё равно, выиграем мы эту войну или нет.