Страница 11 из 2750
Способность видеть в темноте в любой момент могла исчезнуть так же неожиданно, как появилась. Следовательно, далеко уходить опасно. С другой стороны, стало ясно, что понятие полезности и бесполезности у нас с тенью разные, и она вполне могла не посчитать важным то, что могло пригодиться мне. К тому же, и это главное — простота пройденного пути позволяла вернуться обратно даже в абсолютной тьме, главное не потерять ориентир в виде стены, и останется сущая мелочь — добраться до главного коридора, где на другом конце хорошо виден свет, льющийся из дверного проема.
Решено, пройдем еще чуть дальше, без фанатизма, только чтобы оглядеться получше.
Засунув монетки в карман шорт, я двинулся вперед, заглядывая в каждое встречающее на пути помещение. Когда-то в них располагались казармы для части гарнизона, размещенного внизу, но теперь здесь даже не осталось топчанов, на которых спали солдаты. За прошедшие века сгнило все, превратилось в пыль и труху.
В черно-белом зрении заброшенное каменное подземелье выглядело сюрреалистично, вызывая ассоциации с компьютерной игрой. Казалось, сижу дома перед монитором, но стоило вдохнуть затхлый воздух, как наваждение спадало, возвращая к суровой реальности, где тени обладали собственным разумом, умели проникать в тела, завладевая сознанием, и где можно умереть от заражения крови, напоровшись на ржавый гвоздь.
Представив, как буду умирать в катакомбах, я передернул плечами. Жуткая перспектива сдохнуть в подобно рода местах. Как бы потом тоже не превратиться в призрака.
Наконец коридор вывел в небольшой зал вытянутой формы, одна половина имела вид полукруга, вторая заканчивалась глухим тупичком. Все, конец дороги, дальше пути нет. И что обидно, внутри тоже ничего стоящего… стоп, а это что такое?
В дальнем углу стоял то ли стол, то ли лежанка из камня. Благодаря этому он не разделил судьбу остальной мебели, сделанной из древесины, и даже спустя века выглядел вполне сносно.
Но самое главное, на нем лежало несколько книг. Да-да, книг, я глазам своим не поверил, когда рассмотрел находку поближе. Массивные фолианты размером с альбомный лист и толщиной в кулак взрослого человека спокойно лежали на каменной поверхности, словно не прошла уйма времени.
— Какого черта? — я подошел ближе и ошарашено уставился на три тома, лежащих стопкой с краю стола. На них был невероятно толстый слой пыли, с правого края заросли паутиной, но если отбросить эти мелочи, книги выглядели целыми и невредимыми.
Не прикасаясь, обошел стол и заглянул вниз. Пусто. Ничего кроме привычной пыли и грязи. Перевел задумчивый взгляд на книги. Интуиция подсказывала — если что-то выбивается из привычного порядка вещей, к этому стоит отнестись с настороженностью.
Может, они как-то защищены? Например, магией. Возьмешь в руки, и шарахнет электрическим разрядом в пару десятков тысяч вольт. Будешь лежать, дергаться, как от падучей.
С другой стороны, на книгах лежала пыль, это могло говорить о снятии первоначального контура оберегающего заклятья…
«Первоначальный контур оберегающего заклятья»… хмм… ладно…
Я подошел ближе, визуально изучая тома. Толстые, внушительные обложки из плотной кожи, запираются на застежку, на углах металлические уголки. Сами книги довольно большие из разряда «такой легко и убить». На обложке лежащей сверху книги никаких надписей, только символ из овалов и прямых линий, формирующий подобие треугольника. Стоп, нет, чем-то это напоминало пентаграмму, не совсем обычную, но все же похоже. Две другие рассмотреть не удалось.
Еще несколько секунд я стоял, не решаясь прикоснуться, в первую очередь прислушиваясь к чутью на опасность. Вроде пусто. Быстро дотронулся кончиком пальца до верхней книги и резко отдернул назад. Ничего.
— Смешно, если окажется забытый журнал квартирмейстера по припасам для форта, — хмыкнул я, уверенно толкая первую книгу. Фолиант упал на столешницу, в воздух взметнулось облачко пыли. Ничего не произошло, не завыли магические системы защиты, не ударило током.
Второй том последовала за первым, теперь все три лежали на столе, выстроившись в беспорядке в подобие линии. Я наклонился, изучая обложки первых двух книг.
Оформление похоже, та же плотная кожа, жесткий переплет, застежки, металлические уголки по краям, но рисунок другой. У первой заключенный в круг многоугольник (тоже похоже на тип пентаграммы), у другой — витиеватая надпись. Она и привлекла основное внимание.
Буквы-символы походили на помесь арабского и иероглифов. Какой-то совершенно незнакомый язык. Значки располагались близко друг к другу, почти впритык, иногда наползая один на другой.
Я глядел на короткую строчку, чувствуя, как начинает кружиться голова. Чем дольше смотрел, тем больше странные буковки что-то напоминали. Я будто старался вспомнить давно позабытый язык. Ощущение было необычным, в какой-то момент дамбу в разуме словно прорвало, из горла вырвалось:
— «Основы и противодействия».
Нет, не так, не противодействия, а угрозы… тоже нет… предупреждение? Опять не то. Вторую часть фразы можно было перевести по-разному, в зависимости от контекста передаваемого смысла. Само слово вроде означало опасность. Автор предупреждал об опасности? Но при чем здесь тогда основы? Основы чего? Я задумался, все еще не беря книги в руки. Это подождет, сначала надо разобраться, что здесь написано. Похоже, это что-то вроде учебника, где читателю говорят, что следует соблюдать осторожность.
Любопытный подход. Прямо в названии инструкция — осторожно, убьет! Точнее, если не будешь осторожен при изучении содержимого, то можешь остаться без башки.
Способность прочитать написанное на странном языке после ночного зрения не удивила, способность читать на языке времен жизни призрака воспринималась как нечто само собой разумеющееся. Если призрак передал часть своей памяти, то почему бы среди прочего не оказаться способности читать на староимперском?
Старая Империя… по впечатлениям призрака, она существовала около пятисот лет назад, но это было сугубо его личное восприятие. На самом деле могло пройти намного больше, тень часто погружалась в сон, выпадая из реальности. Сколько в действительности прошло, она просто не знала. И все это время книги лежали здесь, почти не тронутые временем, за исключением толстого слоя пыли.
Могло быть такое? Только при одном условии — фолианты оберегала магия. Скорее всего, воздействующая на сами книги, придавая материалу долговечность.