Страница 12 из 69
Окно вспыхнуло оранжевым. Я бросилась к нему. Из комнаты Элиры был виден внутренний двор.
Арвен стоял у ворот поместья.
В человеческом облике.
Один.
Чёрный плащ, меч в руке, лицо белое от перенесённой боли. За ним — два гвардейца Рейс, дальше пустая дорога. Он не привёл войско. Не вошёл в дом. Он стоял за границей родового двора Саан, потому что Калиста поставила условие: без дракона. Он обошёл его так, как умел.
Не пришёл за мной.
Вызвал отца Элиры наружу.
Лорд Саан стоял напротив, в светлом плаще. Между ними горела линия старого права.
Я не слышала слов, но видела лица. Арвен говорил спокойно. Саан отвечал резче. Потом Арвен поднял руку, и в воздухе вспыхнула родовая грамота расторжения брака.
Он показывал, что я больше не жена Рейс.
Значит, Саан не может требовать меня через брачный договор.
Саан побледнел.
Калиста появилась у входа во двор. В руках у неё был больничный браслет.
Я прижалась к окну.
Нет.
Она подняла браслет к губам и сказала что-то.
В комнате Элиры, в чаше на маленьком туалетном столике, вдруг проступила картинка палаты.
Мама всё ещё лежала на полу.
Виктор стоял у кровати.
И держал в руках шприц.
— Нет, — прошептала я.
Самуил подскочил к чаше.
— Это не связь Калисты. Это зеркало комнаты. Элира, ты пользовалась им?
— Оно было для вызова отца.
— Теперь через него идёт мост!
Я схватила край стола.
— Можно говорить?
— Если войдёшь в отражение голосом. Опасно. Они услышат тебя с той стороны и здесь.
— Делайте.
— Лина…
— Делайте!
Самуил ударил посохом по полу. Чаша вспыхнула синим. Картинка стала яснее.
— Мама! — сказала я.
В палате мама пошевелилась. Слабо. Виктор резко обернулся.
— Ты опять, — сказал он.
— Отойди от кровати.
Он улыбнулся.
— А то что? Пришлёшь своего дракона?
Странно, но от этого стало легче.
Потому что Виктор боялся. Не мира, не магии, не последствий. Мужчины, которого не мог контролировать.
— Нет, — сказала я. — Я сама с тобой говорю.
— Ты лежишь передо мной.
— И всё равно ты дрожишь.
Его улыбка исчезла.
Мама застонала на полу.
— Мам, слушай, — сказала я быстро. — Нажми кнопку вызова. Справа от кровати. Красная кнопка. Ползи к ней.
Виктор резко повернулся к ней.
— Не смей.
В комнате Элиры Тирн поднял голову.
— Я могу бросить нож в отражение?
Самуил ответил сразу:
— Только если хочешь оставить нож в нашем зеркале.
Виктор шагнул к маме.
Я смотрела на него и понимала: я не могу дотянуться. Не могу ударить. Не могу вырвать шприц. Но могу сделать то, что он всегда ненавидел.
Позвать свидетелей.
— Доктор! — крикнула я так громко, что горло обожгло. — Помогите! В палате посторонний! Он угрожает пациентке!
Виктор побледнел.
Голос прошёл через чашу, и где-то в больничном коридоре послышались шаги.
Мама дотянулась до кнопки.
Нажала.
Сигнал тревоги завыл.
Виктор бросился к двери, но на пороге уже появились люди в медицинских халатах. Один врач, медсестра, охранник. Они не видели меня, но видели маму на полу и Виктора со шприцем.
— Что здесь происходит? — резко спросил врач.
Виктор поднял руки.
— Она упала. Я хотел помочь.
Мама, лежа на полу, прошептала:
— Он хотел отключить Лину.
Охранник схватил Виктора за руку.
Картинка дрогнула.
Калиста ударила по связи со своей стороны. Вода в чаше почернела.
Я отпрянула.
— Мама?
Ответа не было.
Но я успела увидеть главное: Виктора вывели из палаты.
Живую маму подняли с пола.
Моё тело всё ещё дышало.
Я схватилась за стол, потому что ноги не держали.
Мара обняла меня за плечи.
— Получилось. Лина, получилось.
Нет. Ещё не получилось. Но впервые угроза стала меньше. Не исчезла. Меньше.
Во дворе внизу Калиста резко повернулась к окну комнаты Элиры.
Она поняла.
Наши взгляды встретились через стекло.
И тогда она улыбнулась.
Очень медленно.
Внутри метки полыхнула боль.
Арвен внизу тоже поднял голову. Он увидел меня в окне.
На один удар сердца всё остановилось: двор, Саан, Калиста, старая комната, чужое тело, мой мир в тёмной чаше.
Арвен не двинулся ко мне.
Только поднял руку и коснулся места над сердцем.
Без красивого жеста. Без права владения.
Знак: жив.
Я ответила так же.
Калиста смотрела на нас.
Потом приложила больничный браслет к своей ладони, полоснула кожу тонким лезвием и сказала:
— Раз мать пока недоступна, возьмём то, что ближе.
Душник в руках Мары вспыхнул красным.
Элира закричала.
А из зеркала на туалетном столике раздался голос Орвина:
— Вторая душа готова к вселению. Держите тело. Сейчас прежняя хозяйка вернётся силой.