Вопреки твоим обидам

- Я пыталась исправить это недоразумение. И уговаривала, и требовала, и убеждала. Да такую жену людям представить, как Хайдапову стыдно. Только без толку. Сын упёрся, моя жена и лучше я не найду и искать нечего. - Покачала головой, вспоминая то время Алтана. - Месяцев восемь они женаты были, я уже и надежду, что одумается потеряла. А тут перед новым годом, меня мать той девушки, что мы в невестки присмотрели, пригласила отдохнуть. А как я с чемоданом и одна? Я попросила сына сопровождать. Тем более, что я знала, что подруга моя с дочерью поедет. Нам скоро уже и уезжать, мы с подругой засиделись в ресторанчике. Приходим в номер. Она стучит, ей дочь не открывает. Пошли ко мне.

- Какой развод, просто по нотам, - засмеялась я. - Правильная девочка нашлась в койке вашего правильного сына? А потом?

- Потом он утверждал, что спал. Она плакала, что спал, но уже после, что затмение нашло, не устояла. Да и понятно. На Булада посмотри. Он конечно ростом выше отца, но лицо, как отражение в зеркале, - ответила Алтана. - Мы много времени это всё обсуждали. А через месяц... Я знала, что сын дома, а жена его только к вечеру вернётся от матери. И приехала к нему с девушкой. Передо мной он дверь не закрыл бы. Я хорошо его воспитала. И потребовала, чтобы он выслушал. Ситуация крайне некрасивая, и выглядит он в ней не как мужчина. Девушка обесчещена.

- А о том, что ваш сын женат, эта с позволения сказать девушка и вы решили не вспоминать? - про себя я удивлялась, как после такого, Жаргалсайхан бывшую свекровь в дом пускает.

- Я оставила их вдвоём, а сама ушла на улицу. - Продолжила не обратив внимания на мои слова Алтана. - Как чувствовала. Вскоре появилась и Жаргалсайхан. Идёт, сумку тащит, сама так улыбается, что летнее солнце меркнет. Так меня тогда это разозлило! Пристроилась, значит, к богатому мальчику, сидит у сына на шее. Встретила я её, говорю, пошла вон, только жизнь сыну портишь. От него скоро навозом вонять начнёт. Не ровня. Много я тогда наговорила. А она мне, мол, не вам, уважаемая Алтана Эдировна, это решать. Ну, я ей и выдала всё. Приукрасила конечно. Мол, сын отойти от Норзэн не мог, глаз не сводил. Да и как иначе, если дома вот такая жена, а перед глазами и красавица, и воспитанная, и умница. Сказала, что они и любят друг друга, и жили в одном номере. И что сын жалеет, но что поделать, если она ему мешает? И что сейчас они вместе. Она мне не поверила, поднялась в квартиру. Но увидев, что Норзэн действительно с сыном, спросила, правда ли то, что я ей рассказала. А сын, что именно я рассказала, не уточнил. Только кивнул. Жаргалсайхан тогда развернулась и ушла. Слушать ничего не стала, а мой сын тоже гордый. Да и Норзэн сказала, что беременна. Её родители давить стали, мол им такой позор не нужен. Жаргалсайхан сама подала на развод. Я так радовалась, что без проблем всё прошло.

- Действительно, - хмыкнула я.

- Проблемы начались потом. Телефон обрывался. Жаловалась невестка, жаловались её родители. Что-то они там попросили сына сделать, а он вместо этого наоборот, со всем вниманием к делу. Дома у него скандал за скандалом. Норзэн через день звонила, кричала. У неё постоянные истерики были. Я только успевала, что сыну напоминать о её положении. Он только огрызался, что вот пусть и сидит дома, а то просится то отдыхать, то куда-то ехать. Работать не хочет, да и рожать же, а в доме в темноте пройти страшно. Грязища. - Качала головой Алтана. - Я приезжала, когда он на работе, чтобы убраться и еды приготовить. В тот день мне квитанция попалась. Смотрю, а Жаргалсайхан до сих пор прописана. Ну я и полетела сюда. Здесь мать её была, Катя. Я визжать начала, чтобы мол велела своей девке...

- Я бы вас за космы оттаскала и пинком за порог вышвырнула, - перебила её я.

- Катерина так и сделала. Говорит, девке? Ну и как начала мне оплеух отвешивать. Она фигурой как дочь была. Невысокая, худенькая, всегда тихая, с улыбкой. А как вцепилась! Пару клоков волос она у меня выдрала. Говорит, убирайся сама, и кобелю своему передай, что подойдёт к дочери, я ему так вдоль спины перетяну, что хребет сломаю. - Смотрела в одну точку Алтана. - Я отдышаться не успела, иду, думаю про себя, ну я вам устрою. Выхожу, а тут уазик старый к воротам. Выходит из него Жаргалсайхан, курточка нараспашку, а светерок живот обтягивает. Я чуть не забыла как меня зовут. Она стоит такая, удивляется. Поздоровалась, чего не отнять, так того, что всегда вежлива была. Спрашивает меня, зачем я приехала, а я что сказать не знаю. Катя выручила, сказала, что я в баню напросилась, в городе же такой, настоящей, нет. Мол, вон, не отдышалась ещё даже. А я стою, не жива. Спрашиваю, знал ли Ардан, а она в ответ, что нет, что в тот день как раз от врача шла, с новостью. Говорит, вы не беспокойтесь, мне ни алиментов, ни помощи от вас не надо, знать вас не хочу и помнить, что о вас, что о вашем сыне тоже. Мол, можете не переживать, мой ребёнок, вас бабушкой называть не станет.

- Так чего переживать? У вас там правильная невестка на сносях должна была быть, - прикинула я по срокам.

- Я тогда домой приехала, хожу, места найти не могу, думаю как быть? А что будет, если Ардан сам узнает? И вдруг родители Норзэн приехали, без предупреждения. И такие... Лебезят, мол, ну они за счастье дочери боролись, им показалось. Не стоит теперь семью рушить, они вот молодым машину подарить хотели. - Вздохнула Алтана. - Я ничего не понимаю, звоню сыну. Оказалось, что не было никакой беременности. Сын в тот день пришёл, они с Норзэн начали скандалить. А у той женские дни начались на пару дней раньше, утаить в этот раз у неё не вышло. Сын же сразу в больницу, да в ближайшую, а не там, где знакомый родителей Норзэн врач был. Ну ему и выдали, что какая беременность? И рядом не было. А вот эрозию шейки матки нужно лечить. А сын мне заявил, что пальцем Норзэн не трогал, а она уже не невинная. Да и эрозия откуда? Но хуже всего... В той же больнице была Жаргалсайхан, когда узнавала о своём положении. Там же сразу на учёт и встала.

- Ему по требованию выдали заключение с её карты? По фамилии? - догадалась я. - Вот у мужика день новостей выдался!