Страница 58 из 63
Медленно отхожу в сторону. Я только сегодня дала согласие стать девушкой этого человека — буквально только что. И тут же окунулась в эпицентр какой-то жести.
Пытаюсь прощупать в себе неприятие своего решения. Убеждаю себя, что надо собрать вещи и вернуться к маме... Почему-то ни в какую. Не могу я оставить Семёна — ни сейчас, в такой ситуации, ни... вообще.
Он чуть не принял пулю за меня.
Не успеваю сообразить, что делать, как этот самый Всеволод снова хватает меня, на этот раз приставляя мне к горлу нож. И откуда его взял вообще? Захват сзади такой жёсткий, что мне трудно дышать.
— Ну что ты теперь скажешь, а? — всё-таки заговаривает Всеволод дрожащим от ярости голосом. — Думал, подставил всех и выйдешь сухим из воды? Тебе это копы обещали, да?
Семён медленно поднимается с травы, где ещё недавно они катались, избивая друг друга. Напряжённый такой... Взгляд как у хищника перед прыжком. Хотя я никогда не видела хищников перед прыжком, но прям уверена, что смотрят они примерно так же.
Не представляю, как подмечаю всё это так отстранённо, будто это не к моему горлу прижимается лезвие ножа.
— Я изначально работал с ними. Я внедрился в вашу банду, а не сдал вас, — зачем-то отвечает Семён, как будто разговоры тут могут что-то решить.
Тем более, такие... Но, кажется, Всеволод всё-таки ошарашенно замирает. И этого хватает для того, чтобы Семён резко направил пистолет в его сторону.
Неожиданно... Я и не заметила, как умудрился подобрать валяющееся где-то в траве оружие. Застываю, закрыв глаза. Два оружия сразу вокруг меня — это уже слишком.
— Внедрился, значит, — Всеволод как будто и не замечает, что ему там пистолетом угрожают. — А тебе доверяли, плечо подставляли. Те самые люди, которые теперь из-за тебя в тюрьме сгнивают.
Боже, я даже не знаю, что хуже: то, что они разговаривают в такой ситуации, делая её ещё более напряжённой. Или что если прекратят разговор, приступят к делу, и тогда не обойдётся без крови.
Возможно, моей...
— Они подставляют плечо исключительно ради выгоды. Я достаточно тёрся среди вас, чтобы осознать, что вы из себя представляете, — застываю, просто по звукам уловив, что Семён прицеливается лучше. Курок вроде бы уже снят из предохранителя. — И чего на самом деле стоит ваша жизнь. А вот жизнь этой девушки ценна. Ради неё я могу договориться, чтобы всю твою компашку выпустили. Но ты её отпускаешь, и сейчас же.
— Думаешь, я поверю на слово предателю?
Сердце бешено колотится в груди. А вот эти все разговоры явно не ведут ни к чему хорошему!
— Тебе же хуже, — чеканит Семён. — Потому что я не собираюсь рисковать. Только не ей.
Его голос звучит настолько жёстко и решительно, что мне даже жутко. И становится только хуже, когда раздаётся выстрел.
Громкий, оглушающий.
Прямо возле меня. Совсем-совсем рядом. А через секунду я чувствую, как Всеволод падает сзади, отпуская меня.
Медленно открываю глаза, чтобы столкнуться взглядами с напряжённо обеспокоенным Семёном. Кажется, ему и самому не по себе оттого, что выстрелил. Ведь не смог это сделать, чтобы спасти отца... Потому что почувствовал тогда, что это не его. Рука не поднялась даже на откровенного ублюдка.
— Семён! — слышу чужой голос и копошения словно по всему лесу.
Он отмирает. Переводит взгляд на окликнувшего. Я тоже не сразу, но смотрю... Мужчина средних лет. Чем-то похожий на Семёна. И группа явно оперативников, или как там называются те, кто приезжает обвалу устраивать. Вооружённые, в специальных костюмах...
Снова смотрю на того мужчину. Это что же, тот самый дядя Семёна?
А ведь есть общие черты... Сейчас, когда я вглядываюсь, понимаю это наверняка. Мужчина тоже бросает на меня быстрый, но внимательный взгляд.
— Опоздали, — чеканит Семён. — Много чего успело произойти.
— Я вижу, — напряжённо откликается его дядя, пока у меня за спиной группа захвата возится с, по всей видимости, всё же раненным Всеволодом. Хорошо, что не убитым.
Хотя мне всё равно не по себе оттого, что Семён всё-таки выстрелил. Никак от этого не отойду. А он уже смог?
Всё-таки закончится это всё могло чем угодно вообще. На его руках могла бы быть кровь. И не так важно, чья. Жутко даже думать об этом...
— Моё упущение, — говорит дядя Семёну. — Я должен был приставить к тебе защиту сразу, как узнал, что он сбежал из тюрьмы. Не стал, потому что думал, что в первую очередь он захочет скрываться, а не мстить.
— Откуда он вообще знал, где я живу? — чеканит Семён, которого всё ещё не узнаю.
Но даже таким он меня не пугает. Да, мне жутко от всей этой ситуации, но... Я больше беспокоюсь за его моральное состояние, чем за тот факт, что Семён смог выстрелить в человека.
— Понятия не имею. Я как раз думал, что это ты где-то допустил прокол.
— Исключено.
— Ну, значит, ты ездил и в свою квартиру, а её вычислить проще, чем этот дом. И оттуда он мог проследить за тобой. Теряешь квалификацию, раз не заметил это. Зря ушёл из служб.
Кажется, воздух между ними заряжается напряжением. Потихоньку направляюсь к машине. Пожалуй, не стоит мне всё это слышать.
— Я не вернусь. У меня теперь новая жизнь, — слышу твёрдое решительное заявление Семёна.
— Ага, я вижу, — его дядя, кажется, бросает взгляд на меня.
Не разворачиваюсь. Пытаюсь не обращать внимания. Суровый он у Семёна, конечно... Буквально только что стал свидетелем жёстких событий, которые коснулись и меня, но ни слова мне не сказал. Не то чтобы я ждала от него утешений, но можно же как-то войти в моё положение, а не вести себя так, словно у нас обыденная ситуация.
— Она больше никогда не должна пострадать, — доносится до меня чуть ли не суровое утверждение Семёна. — И это не обсуждается. Я не вернусь на твою службу. А ты больше не допускай проколов. Как он вообще смог сбежать?..
Семён продолжает напирать на дядю, обсуждая с ним самые разные нюансы ситуации. А у меня в груди тепло разливается. Чувствую, насколько ему не всё равно... А ещё приятно, что ради меня готов перестроить привычную жизнь.
Хотя надеюсь, ещё и потому, что самому осточертело это всё. Хватит рисков, крови, криминала.
Сажусь в машину, где ещё недавно мы с Семёном занимались сексом. Больше не пытаюсь вслушаться в происходящее вокруг — суть и так понятна... И мне больше не страшно. Сомневаюсь, что из кустов снова кто-то выскочит. И даже вооружённые люди, всё ещё шагающие недалеко, меня не напрягают.
Я просто перевариваю весь этот день. А ещё мне безумно хочется поскорее уехать отсюда. И да... С Семёном.