Страница 6 из 26
— Аня, — повторил он с итальянским акцентом, и её имя прозвучало как мелодия. — Значит, Аня Попова. Вы русская, я угадал?
— Я юрист из Москвы, — мрачно сказала она, стараясь звучать серьёзно, но голос предательски дрожал. — У нас проливают только слёзы после судов.
— Тогда мы подружимся, — сказал Алессандро, и его глаза блеснули. — У меня есть целый список правил, которые можно нарушать. И вы сегодня нарушили уже два: ходить в служебную зону и проливать коктейли на капитана. Осталось только третье, самое страшное.
— Какое? — спросила Аня с замиранием сердца.
— Зайти завтра на капитанский мостик, — улыбнулся он. — Если, конечно, не боитесь, что я оболью вас шампанским в ответ. Я умею быть мстительным.
Аня выдавила улыбку, которая, скорее всего, выглядела как гримаса боли.
— Я подумаю, — сказала она.
— Я буду ждать, — сказал Алессандро. — Восемь утра, капитанский мостик. Вы увидите, какое море красивое с высоты. И, возможно, у меня уже будут сухие брюки.
Он поправил фуражку, подмигнул ей и пошёл по коридору, оставляя за собой голубые следы на полу. Официант с пустым подносом бросился за ним с извинениями.
Аня стояла, чувствуя, что её сердце бьётся где-то в районе горла. Она наконец-то нашла указатель на туалет, пошла в нужную сторону, но в голове у неё была лишь одна мысль: «Я только что облила коктейлем самого красивого мужчину на корабле, и он пригласил меня на мостик. Это нормально? Это вообще в какой вселенной нормально?».
Она зашла в туалет, посмотрела на себя в зеркало и увидела там женщину с пунцовым лицом, растрёпанными волосами и безумными глазами.
— Ты идиотка, — сказала она своему отражению. — Ты ещё большее чудовище, чем думала.
Она вышла через пять минут и вернулась в ресторан. Нонна уже заказала три блюда и бутылку вина, которую она открыла без помощи официанта, потому что «у него руки дрожат, видно, что новенький».
— Ну что, — спросила Нонна, наливая Ане полный бокал, — видела капитана? Хорош? Глаза как у моего четвёртого мужа, только тот был конокрадом.
Аня села на стул, закрыла лицо руками и простонала:
— Я облила его коктейлем.
Нонна замолчала на секунду, а потом захохотала так, что весь ресторан обернулся.
— И как он?
— Он смеялся, — пробормотала Аня из-под пальцев.
— Ну, значит, не всё потеряно, — сказала Нонна, успокаиваясь и вытирая слёзы салфеткой. — Если бы он орал, я бы тебя утешила. А раз он смеялся, значит, у него чувство юмора есть. А у итальянцев с чувством юмора всё в порядке — иначе бы они не придумали макароны с кабачками. Пей вино, а то ты бледная, как мой зять после пятницы.
Аня взяла бокал и сделала глоток. Вино было тёплым, сладким и таким, что у неё закружилась голова. Она подумала, что завтра у неё встреча с капитаном. На мостике. Восемь утра.
— Я никуда не пойду, — сказала она вслух.
— Ну, конечно, — кивнула Нонна. — Мы все так говорим. А потом просыпаешься и идёшь, потому что любопытство сильнее страха. Я бы тоже пошла, если бы у меня яйца были. Но у меня только варёные — для салата.
Аня снова уткнулась в вино. Она знала, что проиграла.