Страница 48 из 134
— Значит, человек, который готовил инсценировку, мог заранее знать, какой именно кинжал окажется в кабинете.
— Он обычно лежал в ящике письменного стола, если Кассиан был во дворце.
— Доступ к ящику был свободный?
— Нет.
— Запирался?
— Да.
— Ключ?
— У Кассиана.
Я нахмурилась.
— Где нашли ключ после смерти?
Ариан задумался.
— В кармане его жилета.
— Значит, убийца либо открыл ящик ключом после того, как Кассиан уже не мог помешать, либо знал другой способ.
— Возможно.
— Кто первым сообщил, что кинжал принадлежит Кассиану?
— Верен узнал герб.
— А кто сказал, что оружие обычно хранилось в столе?
— Ремис.
— Тогда нужно проверить сам ящик.
— Его осматривали.
— На предмет взлома?
— Да. Следов нет.
— Значит, вероятнее всего, его открыли ключом.
— Который был у Кассиана.
Я кивнула.
Еще одна небольшая деталь.
Кто-то после смерти спокойно обыскал его одежду, открыл стол, достал личный кинжал, подготовил сцену и потом вернул ключ в карман.
Для этого требовалось время.
Не несколько секунд.
И уверенность, что никто не войдет.
— Убийца чувствовал себя в кабинете достаточно спокойно, — сказала я.
— Или точно знал, сколько времени у него есть.
— Это тоже нужно учесть.
Ариан посмотрел на меня.
— Завтра архив.
— Завтра архив.
Он ушел в сторону Совета.
Я поднялась к своим комнатам.
У двери меня ждал поднос с ужином и новая книга из дома Лиары, которую прислала Инес.
На этот раз я действительно поела прежде, чем села за записи.
Остаточный след Лиары на кинжале больше нельзя было считать безусловным доказательством.
На оружии обнаружили частицы использованного материала, похожего на зеркальную соль.
Похожий материал находился в кабинете Кассиана и в запертом ящике Лиары.
Эксперимент показал, что личный рисунок можно хотя бы частично переносить искусственно.
Для качественной подделки преступнику, вероятно, требовались:
исходный след Лиары;
биологический материал;
зеркальная соль;
знание обработки металлов;
доступ к кинжалу после смерти Кассиана.
Я перечитала последнюю строку и зачеркнула слово «преступнику».
Написала вместо него:
«человеку, создавшему след».
Потому что оставался вопрос, который мне совсем не нравился.
Если зеркальная соль действительно была частью тайной работы Лиары с Кассианом, она могла быть еще одной жертвой.
Но если соль принадлежала самой Лиаре и использовалась ею раньше, мы пока не знали для чего.
И впервые с начала расследования у меня появилось доказательство, которое одновременно помогало мне и делало прошлое хозяйки этого тела еще менее понятным.
Завтра нам предстояло идти туда, где Лиара провела последние четыре года своей жизни.
В Королевский архив.
Если она действительно нашла поддельные документы, следы должны были остаться не только в ее тетради.