Страница 26 из 134
— Значит, человек, который это сделал, ожидал их встречи.
— Или узнал о ней незадолго до начала. Но да, встреча не была для него случайностью.
— Лиара могла приготовить оба.
Я посмотрела на него.
— Могла.
— И потом сама выпить сонный корень, чтобы выглядеть жертвой.
— Могла.
— Вы не будете спорить?
— Не с возможностью. Только с вероятностью, если появятся причины.
Ариан оперся ладонью на перила.
Вблизи я впервые заметила, насколько он устал. Под глазами появились темные тени. Он не спал, вероятно, с момента смерти брата.
— Если вы действительно не Лиара, вам проще рассматривать ее виновной, чем мне кажется.
— Почему?
— Потому что обвиняют не вас.
Я задумалась.
— Телом — меня. Судить тоже будут меня. Так что практическая разница небольшая.
— Я не об этом.
Я поняла.
Он говорил не о суде.
— Я не знаю Лиару, — сказала я. — Поэтому не имею права заранее считать ее хорошим человеком только потому, что оказалась в ее теле. Но кое-что уже знаю.
— Что?
— Ее тоже отравили. Она работала с вашим братом над документами. Из ее записей вырваны страницы. Папка, которую она несла на встречу, исчезла. Кто-то очень быстро разнес по городу слух, что она была любовницей Кассиана. Это не делает ее невиновной. Но делает версию «она пришла из ревности и зарезала принца» слишком простой.
— Этой версии больше нет.
— Из-за яда.
— Да.
Он сказал это без колебаний.
Именно этого я добивалась с момента пробуждения.
Не того, чтобы Ариан поверил мне.
Того, чтобы факты заставили изменить официальную картину.
— Тогда с чего начинаем дальше? — спросила я.
— С последних часов Кассиана. Ужин, слуги, посетители, документы, напитки.
— И с Лиары.
— Да.
— Кто видел ее после выхода из дома.
— Уже ищут.
— Хорошо.
Он посмотрел на меня.
— Есть еще одно.
— Что?
— С сегодняшнего утра вы не просто подозреваемая в убийстве кинжалом.
— Обнадеживающее начало.
— Теперь следствию придется выяснить, не вы ли отравили Кассиана.
— Вот теперь звучит привычнее.
— Вам совсем не страшно?
Я подумала, прежде чем ответить.
— Страшно. Особенно потому, что я не знаю, что делала Лиара до того, как я очнулась. Если бы обвиняли меня в моем теле, я могла бы рассказать, где была, с кем говорила, что трогала. Здесь у меня этого нет.
— Тогда почему вы постоянно шутите?
— Потому что страх не отвечает на вопросы.
Он кивнул.
Не как человек, которому понравился красивый ответ.
Скорее как тот, кто его понял.
Стражник ждал меня ниже по лестнице.
Я уже сделала несколько шагов, когда Ариан позвал:
— Вера.
Я обернулась.
— Спасибо за то, что вчера не позволили считать рану очевидной.
Я не ожидала этого.
— Вы сами согласились проверить.
— Не все на моем месте согласились бы.
— Тогда хорошо, что расследование ведете вы.
Он задержал взгляд на мне, но ничего не ответил.
Я пошла дальше.
В комнате меня действительно ждал завтрак, давно остывший, но вполне съедобный.
Я села за стол и открыла свои записи.
Сверху написала:
Причина смерти Кассиана Вейра — вероятное отравление арканитовым соединением.
Под ним:
Кинжальная рана нанесена после резкого падения кровообращения, вероятно после смерти или непосредственно перед ней.
Дальше:
В бокале Кассиана — арканитовое соединение.
В бокале Лиары — сонный корень.
В графине нет ни одного вещества.
Я остановилась.
И добавила:
Значит, содержимое бокалов изменили отдельно.
Теперь нужно было выяснить, кто мог это сделать.
Кто подготовил напитки.
Кто знал о встрече.
Кто видел Кассиана после ужина.
Кто имел доступ к редкому веществу.
И почему человек, который уже почти наверняка убил наследного принца ядом, счел необходимым после смерти всадить ему в тело кинжал и оставить рядом Лиару Морвен.
Последний вопрос беспокоил меня больше остальных.
Яд мог остаться незамеченным.
Естественная смерть наследника, внезапно потерявшего сознание в собственном кабинете, вызвала бы вопросы, но не давала готового виновного.
Кинжал сделал другое.
Он создал историю.
Женщина.
Кровь.
Запертая дверь.
Оружие в руке.
Тайная связь.
Кто-то не просто хотел убить Кассиана.
Кто-то хотел, чтобы после его смерти все сразу посмотрели на Лиару.
И почти добился своего.