Страница 126 из 134
— Кто подписал уничтожение? — спросила я.
Хранитель прочитал.
— Тогдашний начальник административного контроля.
— Жив?
— Умер шесть лет назад.
— Кто подтверждал прием акта об уничтожении в канцелярии?
Он посмотрел на вторую строку.
Ответа я уже почти ожидала.
— Канцлер Леонар Грейс.
Ариан стоял в дверях.
На руке теперь была маленькая повязка.
Он услышал.
— Значит, девять лет.
Я кивнула.
— Самый старый фальшивый документ тоже девятилетний.
Олден сказал:
— Это может быть исходная матрица.
— Или одна из ранних.
— По степени износа очень старая. Поздние оттиски имеют дополнительные повреждения, которых здесь нет.
— Значит, потом ее копировали.
— Скорее всего.
— Через зеркальную соль.
— Возможно.
Я посмотрела на него.
— Здесь это слово действительно нужно.
— Я учусь у вас.
К вечеру лаборатория дала больше.
Состав сургучного остатка в углублениях матрицы совпадал с материалом на шести из поздних поддельных распоряжений.
Не просто обычный красный воск.
Там была редкая смесь с определенным минеральным наполнителем, которую несколько лет использовала конкретная канцелярская мастерская.
Еще важнее оказались микроповреждения.
Три небольшие точки на короне.
Царапина возле нижнего символа.
Разрыв внешнего кольца.
На документах они повторялись в зеркальном виде.
Не приблизительно.
По форме.
По положению.
По расстоянию.
Олден положил увеличенные схемы рядом.
— Вот теперь скажу.
— Что?
— Это одна из матриц, которой ставили ложные оттиски.
Не «похожа».
Не «вероятно».
Именно она.
Я почувствовала облегчение.
Не радость.
Слишком много людей уже заплатили за эту вещь.
Но наконец у нас появился предмет, который связывал многолетнюю систему подделок с человеком, обязанным был проконтролировать его уничтожение девять лет назад.
А люди этого человека сегодня пытались уничтожить матрицу второй раз.
Совет снова собрался вечером.
Не полный.
Только король, председатель, Маэр, Ариан и несколько членов комиссии.
Леонара привели под охраной.
Он увидел матрицу.
И впервые с начала расследования полностью потерял спокойствие.
Не надолго.
Но я заметила.
Его взгляд задержался на металле.
Потом на Олдене.
Потом на мне.
— Где нашли? — спросил он.
Маэр не ответила.
— В Зале Короны, — сказала я.
Леонар посмотрел на меня.
— Тогда Гарен оказался еще глупее, чем я считал.
Ариан резко поднял голову.
Маэр тоже.
Это была еще одна фраза, которую канцлер не должен был произносить настолько легко.
— Вы знали, что матрица там? — спросила Маэр.
Леонар понял.
Поздно.
— Все старые матрицы хранятся там.
— Но вы сразу поняли, о какой именно мы говорим.
— Передо мной лежит предмет.
— Не лежал, когда вы спросили, где нашли.
Он замолчал.
Я не стала давить.
У нас уже было лучше.
Олден изложил сравнение.
Леонар слушал.
Потом сказал:
— Эта матрица должна была быть уничтожена девять лет назад. Если этого не сделали, ответственность лежит на мастерской.
Маэр положила перед ним реестр.
— Вы подтверждали акт уничтожения.
— Административно. Я не стоял возле печи.
— Но после этого именно документы с дефектом этой матрицы начали появляться в государственной системе.
— Совпадение дат.
— Девять лет совпадений? — спросил Ариан.
Леонар посмотрел на него.
— Если хотите суда, научитесь не заменять доказательства гневом.
Ариан встал.
Я коснулась его рукава.
Не удерживала.
Просто напомнила.
Он посмотрел на мою руку.
Сел обратно.
Леонар заметил.
Ничего не сказал.
Маэр продолжила:
— Сегодня люди, связанные с вашей канцелярией, захватили принцессу Элину и пытались попасть в Зал Короны.
— Я уже был задержан.
— Поэтому вы хотите сказать, что не могли отдать приказ.
— Именно.
— Гарен Лот утверждает обратное.
Теперь Леонар впервые усмехнулся.
— Гарен скажет все, что спасет ему жизнь.
— Его показание нам не нужно для матрицы.
— Тогда зачем упоминать?
— Потому что человек, задержанный возле этой матрицы, получил приказ уничтожить ее.
— От Гарена.
— Который действовал по заранее оставленному распоряжению.
— Моему?
— Это еще устанавливается.
Я смотрела на Леонара.
Он снова восстановил контроль.
Даже теперь.
С матрицей.
С приказом Дарену.
С Тирном.
С ключом.
С окном времени.
Он все еще искал возможность разбить доказательства по отдельности.
И по отдельности почти каждое действительно можно было оспаривать.
Я решила не спорить о девяти годах.
Вернулась к одному вечеру.
— Леонар.
Он посмотрел.
— В ночь смерти Кассиана вы вошли в его кабинет через служебный проход после того, как Тирн сообщил, что Лиара пришла.
— Нет.
— Кассиан уже выпил отравленное вино.
— Ваше предположение.
— Медицинский факт, что яд был в его бокале.
— Но не факт, что его подал я.
— Верно.
Я говорила спокойно.
— Лиара к этому моменту тоже выпила из своего бокала. Сонный корень начал действовать. Она потеряла сознание у письменного стола.
Леонар ничего не сказал.
— Вы нашли Кассиана уже на полу возле кресла.
— Я там не был.
— Ударили кинжалом после смерти.
— Нет.
— Перенесли кровь на платье Лиары.
— Нет.
— Вложили кинжал в ее правую руку.
— Нет.
— Забрали зеленую папку со стола.
Леонар усмехнулся.
— Она лежала не на столе.
Тишина была мгновенной.
Я не двигалась.
Никто не двигался.
Даже Ариан.
Леонар понял сразу.
Очень медленно закрыл рот.
Маэр спросила:
— Где она лежала?
Он не ответил.
Я смотрела на него.
— Мы никогда не знали, где именно Кассиан оставил зеленую папку после того, как Лиара вошла.
Леонар молчал.