Страница 105 из 134
Глава 17. Человек за печатью
Глава 17. Человек за печатью
Комнату для работы с государственными печатями в Королевской канцелярии закрыли еще до рассвета.
Когда я вошла, на двери стояли две печати комиссии Маэр, а возле стены в коридоре дежурили четверо охранников. Служащих перевели в соседнее помещение и запретили возвращаться до окончания осмотра.
Олден уже был внутри.
Он поднял голову от пола.
— Не наступайте на светлые участки между досками.
— Почему?
— Потому что там больше всего порошка, который мы нашли на брюках Рейда.
Я остановилась у порога.
Комната оказалась небольшой. Два рабочих стола, шкафы с матрицами, тяжелый металлический пресс и низкая лавка возле стены. Никакого богатства. Если бы не охрана, я бы решила, что это обычная мастерская.
На полу действительно оставался серо-голубой состав.
Не везде.
В основном вдоль стен и возле стола с прессом.
— Здесь обрабатывали пол тем же составом? — спросила я.
Олден кивнул.
— Точно тем же. Я сравнил не только основные компоненты, но и примесь синего сланца. Партия одна.
— Значит, частицы на домашних брюках Рейда пришли отсюда.
— С очень высокой вероятностью.
— Хорошо.
Леди Маэр стояла возле шкафа с документами.
— А раздражение на его руке?
Олден показал маленький флакон на верхней полке.
— Раствор для очистки матриц. Состав совпадает.
Я подошла ближе.
— Он мог получить его случайно, если работал здесь.
— Да.
— Черная металлическая пыль под его плечом?
— Тоже отсюда.
Он открыл один из ящиков.
Внутри лежали старые металлические заготовки.
— При зачистке поврежденных матриц образуется пыль из железа и медного сплава почти в тех же пропорциях.
Я посмотрела на пол.
Рейд точно был в этой комнате.
Не просто прошел по канцелярскому коридору.
Он работал здесь или оказался достаточно близко к столу, чтобы получить на кожу раствор и металлическую пыль.
— Кто видел его здесь вечером?
Маэр протянула мне лист.
— Теперь есть один человек.
Свидетелем оказался младший регистратор канцелярии по имени Фелд Марн.
Он дежурил до половины девятого и видел Рейда возле задней лестницы.
Это мы уже знали.
Новым было то, что ночью он вспомнил еще одну деталь.
Рейд спросил, свободна ли комната печатей.
— Почему Фелд не сказал сразу? — спросила я.
— Потому что никто не задавал вопрос о комнате печатей. На первом допросе его спрашивали только, видел ли он Рейда в здании.
Я закрыла глаза на секунду.
Снова.
Не человек скрывал.
Вопрос был плохим.
— Кто ответил Рейду?
— Тирн. Фелд слышал разговор из соседней приемной.
— Что именно?
Маэр прочитала по показанию:
— Рейд спросил: «Мне нужно сравнить старую регистрацию с матрицей. Комната свободна?» Тирн ответил, что после восьми там никого не будет и он может взять ключ у него.
— Тирн лично впустил?
— Фелд видел, как они пошли в сторону комнаты вместе.
— А потом?
— В восемь десять Фелд ушел домой.
— Рейда после этого не видел.
— Нет.
Я посмотрела на Маэр.
— Тирн вчера отрицал, что встречался с ним вне обычного рабочего разговора.
— Именно.
Вот теперь было основание для нового допроса.
Не ощущение, что человек слишком юридически точно отвечает.
Конкретное противоречие.
Маэр вызвала Тирна в девять.
До его прибытия мы продолжили осмотр.
Олден снял несколько следов со стола.
Большинство принадлежало обычным сотрудникам канцелярии.
На металлическом прессе было слишком много наложений, чтобы делать вывод.
В небольшом сливе под рабочим столом обнаружили остаток воды с тем же раствором, который раздражал кожу Рейда.
Ничего необычного.
Пока я не заметила кресло возле дальней стены.
Не рабочий стул.
Кресло для человека, который ждет.
На обивке возле правого подлокотника была едва заметная светлая полоска.
— Олден.
Он подошел.
— Что?
— Здесь что-то проливали.
Эксперт наклонился.
— Возможно.
— Можно взять образец?
— Уже беру.
Через несколько минут тест показал следы вина.
Я посмотрела на маленький шкафчик возле двери.
— Здесь держат напитки?
Маэр спросила служащего, которого ненадолго впустили для объяснений.
— Воду. Иногда чай. Вино приносит секретарь, если работа идет допоздна.
— Вчера приносили?
Служащий пожал плечами.
— Не знаю. Я ушел до семи.
Мы зафиксировали.
Само по себе вино на кресле ничего не означало.
Но Рейда убили ядом, который находился в его стакане.
Бутылка дома была чистой.
Если он получил первую дозу здесь, а домашний стакан подготовили позднее для инсценировки, это могло объяснить часть странностей.
Только пока мы не знали, был ли состав в старом пятне.
Олден забрал образец.
— Результат не раньше вечера.
— Хорошо.
Маэр посмотрела на меня.
— Вы не требуете быстрее?
— Я исправляюсь.
— Это временно.
— Скорее всего.
Тирн вошел через несколько минут.
Увидев, где именно мы находимся, он понял, что разговор будет отличаться от вчерашнего.
Маэр не предложила ему садиться в той самой комнате.
Мы перешли в соседний кабинет.
Я присутствовала официально как эксперт комиссии.
Не наблюдатель.
Маэр положила перед Тирном показание Фелда.
— Вчера вы сказали, что говорили с Рейдом днем и больше его не видели.
— Да.
— Это неправда.
Тирн прочитал первые строки.
Лицо почти не изменилось.
— Фелд ошибается.
— В чем?
— Во времени.
— То есть встреча была.
Он понял собственную ошибку.
Сделал паузу.
— Да. Но раньше.
Маэр не позволила ему уйти в сторону.
— Вчера вы сказали, что не встречались с Рейдом после рабочего разговора. Сейчас признаете, что привели его к комнате печатей.
— Я не считал это отдельной встречей.
— Господин Тирн, не играйте словами.
Он сжал губы.
— Хорошо. Он вернулся вечером.
— Во сколько?
— Около восьми.
— Зачем?
— Хотел проверить старые регистрационные отметки.
— Зачем ему понадобилась комната печатей?