Страница 14 из 105
Тихо. Низко. Утробно. Звук прокатился по комнате и ухнул куда-то в район моего живота.
Я замерла. И пискнула. Это был не страшный рык. Не агрессивный. Это было что-то другое. Что-то, отчего по спине побежали мурашки, а коленки стали ватными.
— Хороший лис, — прошептала я, всё ещё прижимая руки к груди. — Хороший мальчик. Иди на кухню. Там… там ещё яйцо есть. Хочешь яйцо? Сварю тебе целых два. Три! Три яйца! Только выйди, пожалуйста.
Лис не шевелился. Смотрел. В янтарных глазах плясали золотые искры. И мне совершенно не нравилось то, что я в них видела. Потому что это был не голод. Во всяком случае — не тот голод, который утоляют яйцами.
Он встал на лапы и направился ко мне.
Я сжалась в комок на полу, колени подтянула к груди, руками изо всех сил прикрывалась. Сердце колотилось где-то в горле. Футболка валялась в другом углу комнаты. Лифчик — на кровати. Между мной и спасением — белый лис, который приближался медленно, плавно, бесшумно. Он подошёл сбоку, я зажмурилась, ожидая чего угодно — укуса, рыка, атаки.
Вместо этого он начал меня обнюхивать.
Горячее дыхание коснулось плеча. Я почувствовала, как он ведёт носом по шее — медленно, тщательно, будто запоминает запах. По плечам. По рукам, которыми я всё ещё прикрывала грудь. Влажный нос скользнул по моему предплечью.
Я сидела и не дышала.
Он лизнул мою руку. Один раз. Шершавый язык прошёлся по коже — горячий, осторожный, совсем не такой, как у собаки. Я вздрогнула, но не пошевелилась. Он снова повёл носом — теперь у виска. У волос. У уха. Дыхание было тёплым, размеренным, и от него пахло не зверем. Пахло лесом.
Я распахнула глаза. Лис стоял прямо надо мной, заслоняя свет из окна. Янтарные глаза были так близко, что я видела в них своё отражение — сжавшаяся, полуголая, с безумным взглядом. А потом он отступил. Просто развернулся и вышел из спальни. Хвост мелькнул в дверном проёме и исчез.
Я выдохнула. Сердце колотилось. Кожу на руке, там где он лизнул, всё ещё покалывало. В коридоре послышался звук — он улёгся на диван.
Я сидела на полу спальни, голая по пояс, босая, с красными пятнами на щеках, и пыталась понять, что это вообще сейчас было. Потому что лисы так себя не ведут. Дикие животные так себя не ведут.
Надо позвонить в питомник. Надо сказать, что у меня белая лиса. Надо, чтобы её забрали. Прямо сейчас. Срочно. Пока она не съела меня.
Я быстро натянула лифчик. Руки дрожали, крючки не попадали в петли, я тихо ругалась сквозь зубы, поглядывая на дверь. Лис в гостиной затих. Это настораживало ещё больше. Футболка. Штаны. Всё. Я одета. Я человек. Я контролирую ситуацию.
Схватила телефон, экран цел — уже чудо. Открыла браузер, вбила дрожащими пальцами: «питомник лис Киото». Высветилось несколько номеров. Первый же — «Питомник Киото, дикие животные, консультация».
Нажала вызов.
Гудки. Один. Два. Три.
— Добрый день, питомник Киото, — раздался в трубке бодрый женский голос. — Чем могу помочь?
Я открыла рот, чтобы ответить.
В гостиной что-то грохнуло. Что-то тяжёлое. Кажется, моя тумбочка. Или стол.
— Алло? — переспросила девушка. — Вы меня слышите?
Телефон выпал из рук. Грохот стих. Тишина. Я выглянула в гостиную. Осторожно, одним глазом, из-за дверного косяка.
Никого.
Ни лиса. Ни голоса. Ничего.
Диван пустой. Плед, которым я укрывалась, скомкан и сброшен на пол. Подушка на месте. Табуретка, которую я хватала для обороны, сиротливо стоит посреди комнаты. На столе — тарелка из-под яйца. Всё как обычно. Всё как всегда.
Я вышла из спальни. Медленно. Огляделась. Заглянула на кухню. Пусто. В ванную. Пусто. Входная дверь заперта. Окна закрыты. Никаких следов белого меха. Никаких признаков того, что последние сутки в моей квартире жил огромный белый лис.
Я встала посреди гостиной и закрыла лицо руками.
Ну всё. Приплыли. Я схожу с ума.
Сначала сны, которые не отпускают. Потом странный поезд на станции. Потом лисёнок на тропинке. Потом белый лис на диване, который ест мои яйца, спит на моей кровати, заходит в спальню без стука, обнюхивает мою шею и облизывается на меня. А теперь ещё и голос. Голос, который назвал меня по имени. Голос, который я слышала только во сне.
Всё. Точка. Диагноз ясен.
Я работаю на износ. Я не сплю нормально уже несколько недель. Я пью слишком много кофе и слишком мало ем. Мой мозг перегрелся, как старый ноутбук, и начал выдавать галлюцинации. Завтра же запишусь к врачу. Или к психотерапевту. Или к храмовому священнику — пусть проведёт обряд очищения. А может, ко всем сразу.
Я села на диван. Тот самый, где спал лис. Потрогала подушку. Холодная. Никакой шерсти. Никакого тепла. Никаких следов.
Может, и не было ничего?
Может, я просто заснула на диване и всё это мне приснилось? И лисёнок на тропинке, и яйцо, и грохот, и…
Телефон пискнул с пола. Я наклонилась, подняла его. На экране — пропущенный звонок в питомник. И время — одиннадцать утра. Я что, проспала до одиннадцати? После той ночи на станции?
Я поднесла руку к лицу. Повернула ладонью вверх. На запястье — там, где лис лизнул меня — кожа была чуть влажной, будто отголосок прикосновения ещё не прошёл.
Я схожу с ума. Точно. Окончательно и бесповоротно.