Страница 156 из 179
Я добрался до пульта и врубил нужный режим. Механизмы загудели, мешки с цепями дёрнулись в конце зала, раскручиваясь на месте и увеличивая амплитуды.
«Только не стрелять огнём. Не сейчас. Просто удержись на линии», – отправил я импульс саламандре. – «Завтра защитим мешки новым полотном и тогда будет можно».
Я почувствовал ментальное касание. Искорка сообщила, что всё поняла. А затем я нажал на старт. Мешки понеслись навстречу саламандре, а она отважно кинулась вперёд. Прыжок, затем ещё один, следом ускорение и ещё серия прыжков.
Я направлял её, просчитав за пару секунд движение кожаных мешков. Раздался сигнал пересечения финиша. На табло загорелась цифра – «17».
– А ты делаешь успехи, подруга, – я встретил довольную Искорку, которая забралась на меня. Сердечко билось очень быстро, Ядро нагрелось, но не очень сильно, терморегуляционные каналы в норме. Значит, переживать не о чем.
Что меня радовало, так это пульсации Ядра. Более частые, чем прежде. Всё говорило о скором получении уровня.
– Уав! Уав! – Живчик подбежал к полосе препятствий, остановился, обернувшись и виляя хвостом.
– Ты тоже хочешь пройти? – рассмеялся я. – Хорошо. Учти только, мешки тяжёлые.
Саламандра послушно замерла, вновь забираясь на моё плечо, она с интересом смотрела в сторону джек‑терьера, который вилял своим хвостом‑вентилятором и ждал сигнала.
Из моего нагрудного кармана показался барон Сверчанский, протяжно зевнув. Сверчок потёр фасеточные глаза передними лапками, пошевелил длинными усами.
– Никак, нестроевую кавалерию в бой бросаете, командир? – иронично поинтересовался гусар, оценивающе посматривая в сторону пушистого добровольца. – Этот корнет ещё пороху не нюхал! Оставили б дитё в покое, ей‑богу.
– Ты слишком категоричен. Он справится, – заметил я, вернувшись к пульту.
Поколдовал я над пультом. Мешки сдвинулись, звеня цепями отправились на исходную позицию.
Когда они добрались до дальней стены, я вновь врубил «Блуждающие мешки».
А Живчик сорвался с места.
Я пристально наблюдал за щенком, нащупывая Сопряжение. В таких ситуациях оно и проявляется. Такое может произойти и у петов, когда они находятся на пороге получения уровня.
Но пробиться через эфир я пока не мог. Живчик пока не давал согласия на связь, потому что просто пока не осознавал, что это такое.
Я затаил дыхание, почувствовал как коготки Искорки заскрипели на ткани моей куртки, сжимаясь от волнения.
Пушистый комок не просто бежал по матам навстречу большим мешкам, каждый из которых весит пятьдесят Живчиков, а может и того больше.
Когда мешки оказались в паре метров от щенка, вокруг его крошечного тельца сформировалась плотная и гудящая вихревая аура. Закрученные потоки воздуха сработали как идеальный аэродинамический щит.
Щенок просто пробежал вперёд, а мешки отскакивали от него один за другим, меняя траекторию движения.
А под конец терьер будто сам себя подбросил вперёд, полностью игнорируя законы гравитации.
Бело‑рыжая шёрстка Живчика заблестела, будто он покрылся инеем.
Картинка в моей голове сложилась окончательно. Полина оказалась не права. Ядро щенка не было отравлено хлоркой. И никакие диверсанты не подмешивали ему стимуляторы. Запущенный Доком витаминный комплекс просто ускорил естественный процесс в организме терьера. В кладовке скопившаяся энергия пыталась прорваться наружу, переходя на качественно новый уровень.
Это было не отравление. Это было настоящее пробуждение силы.
Сделав круг по залу, серебристый вихрь, громко лая, мягко приземлился, точно у моих ног. Живчик ещё раз задорно тявкнул, ожидая похвалы.
– Красавец, – потрепал я его по холке. – Ты ещё не понимаешь, что сейчас сделал!
– Матерь божья… – благоговейно прошептал Сверчанский, намертво вцепившись лапками в край моего кармана. – Да это ж не щенок, командир. Это целый летучий эскадрон в миниатюре! Беру свои слова обратно. С таким бойцом можно хоть сейчас на передовую!
Я присел на корточки, поглаживая довольного Живчика. Вот он потенциал, способный перевернуть всю турнирную таблицу Синдикатов. Оставалось лишь дождаться нужного момента. А потом правильно его направить.
Сейчас я чувствовал затухающие вибрации. Живчик попытался вырваться, но я вновь нашёл вихревые точки, помассировал их, успокаивая питомца. Не нужно сейчас вихря, мне хватило картинки из кладовой бабы Зины, чтобы прочувствовать последствия.
Дверь в этот момент распахнулась, В зал буквально залетел как всегда растрёпанный Серёга. Выглядел он так, словно последние полчаса спасался бегством от стаи голодных теневых гончих. Грудная клетка тяжело вздымалась от сбитого дыхания, а его покрасневшие глаза фанатично поблёскивали.
– Вот ты где, братишка! – радостно воскликнул он, приближаясь ко мне. – Твой пузатый помощник злой как чёрт! Так и не смог сказать, где ты! Я по шуму нашёл!
Живчик замер, навострил уши. Искорка критично посмотрела на моего друга, прошипела в ответ, чтобы так громко не разговаривал.
– Ты взбудоражен, – заметил я, посматривая на планшет, который Серёга сжимал в руке. – Что‑то интересное хочешь сказать?
– А то! Смотри! – тяжело дыша, он едва не впечатал светящийся экран мне в переносицу. – Я вскрыл его! Вскрыл! Расковырял этот чёртов зашифрованный архив!
– Так, чей архив? – взглянул я на друга, всё ещё не понимая, что он мне хочет донести.
Хакер растянул губы в торжествующей улыбке.
– Широкова, конечно. Вот, смотри, кто такой этот Широков на самом деле. Ты просто офигеешь!