Страница 151 из 179
– Если будете опускать глаза и глотать оскорбления от каждой оборзевшей команды, вы проиграете еще до выхода на песок, – произнёс я, доходчивым тоном. – Психология Арены не прощает слабости. Стоит им почуять слабость, страх, растерянность, и они раздавят вас, даже не вспотев.
Я снова посмотрел на Леру.
– Дэнни показал им зубы, – добавил я в довесок к сказанному. – Он показал, что «Огненные львы» не мальчики для битья. И теперь, Соколова, ваша общая задача доказать на следующем этапе, что эти зубы достаточно острые, чтобы перекусить им глотки.
В салоне повисла тишина, нарушаемая лишь скрипом рессор.
– Сильно сказано, – признался Белов, покачивая головой.
Лера сжала челюсти, обдумывая мои слова. Но она не была дурой, прекрасно понимала, что страх – плохой союзник в бою с теми, кто не чувствует боли. Она медленно, неохотно, но всё же кивнула, признавая мою правоту.
Дальнейший путь проходил в оживлённой беседе. Каждый вспоминал прохождение и пытался передать своё впечатление от Центрифуги.
В этой весёлой и оживлённой атмосфере мы въехали на территорию базы.
Пока проводники занимались разгрузкой вольеров с питомцами, я направился к заднему входу. Пора забрать Живчика, которого я оставлял у Полины.
Кира подскочила ко мне на полпути, схватила меня за локоть.
– Артур, ты не поверишь! – воскликнула она.
Я обернулся. Владелица гильдии сияла как ясно солнышко. Она держала в руках планшет, который и повернула ко мне.
– Так, это таблицы. Много таблиц, – вгляделся я.
– Не просто таблицы. Призовые за Центрифугу упали на счёт! Представляешь? – радостно сообщила она. – Двести пятьдесят тысяч!
Мы прошли с ней через дверь, оказываясь в полутёмном коридоре.
– Я смогу оплатить новые фильтры для вентиляции. И даже заказать нормальные вольеры! А не эту рухлядь, – добавила Кира.
– Отличная новость, – хмыкнул я, вспоминая, что призовых до финала Бетонки не выдавали. Вот и ещё одно изменение в этой альтернативной реальности.
– И поедем за тентами и матами к одному моему знакомому, – напомнил догнавший нас Белов. – Я говорил уже о нём.
– Если хватит средств, – заметила Кира. – Чуть позже разберёмся с дополнительной статьёй расходов. Надо приобрести главное.
Артём Сергеич, сейчас больше похожий на кота, объевшегося сметаны, был не против. Лишь закивал и улыбнулся ещё шире.
Добрался я в итоге до лазарета, вошёл внутрь, замечая Полину у одного из шкафчиков.
– Док, как себя вёл наш?.. – начал я, и осёкся.
Картонная коробка‑домик Живчика была перевернута вверх дном. Подстилка из старого свитера валялась на полу. Щенка в лазарете не было.
Полина, перебиравшая ампулы в шкафчике, обернулась, развела руками.
– Артур Викторович, извините. Пять минут назад поставила укол. Витамины. А потом его след простыл. Я думала, он побежал встречать вас в холл.
Внутри меня шевельнулось недоброе предчувствие. Живчик был вихревым терьером. Молодым, гиперактивным и с полностью восстановленными энергоканалами. Оставлять его без присмотра на базе, где полно оборудования, а сейчас уже и фамильяров, которые к нему ещё не привыкли, было чревато катастрофой.
– Смирнов! Ветров! – воскликнул я, замечая мелькнувших в коридоре подопечных. – Живчик пропал. Ищем по всей базе.
Команда мгновенно включилась в поиски увлекая в себя Анну и Леру. Дэнни заглядывал в душевые, Костя свистел, обшаривая раздевалки, Лера с Анной прошлись на склад. Тишина. Щенка нигде не было.
Я уже хотел отправиться в холл, расспросить Родионыча о щенке. Возможно, он его видел.
И из крыла, где располагались бытовки техперсонала и старые кладовые, раздался звук, от которого у меня ёкнуло внутри.
Оглушительный грохот падающих коробок, звон вдребезги разбивающегося стекла, треск пластика и ещё один звук, который не спутаешь ни с чем.
– А‑А‑А‑А! ПОМОГИТЕ! ДЕМОН! УБИВАЮТ! – завизжала баба Зина.
Я бросился по коридору, добираясь до приоткрытой двери. Слыша усиливающийся грохот и крик уборщицы.
Искорка, сидевшая на моем плече, вцепилась коготками в ткань куртки, угрожающе пыхтя, извергая из ноздрей тонкие струйки горячего дыма. Она готовилась к атаке.
Я был готов ко всему – к нападению дикого ферала, вырвавшегося из карантинной зоны, к появлению очередного диверсанта от Пичугина, или наёмников из «Нео‑синтеза».
Распахнул дверь, и понял, что ошибался. От увиденного у меня перехватило дыхание.