Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 69 из 70

Эпилог

Гордей

Страшнее ничего в жизни не видел. Потерять ее, значит забить последний гвоздь в крышку своего гроба. Я не знаю, что случается, когда вижу там Дину. На краю пропасти, такую мою, такую любимую.

Я кричу до разрыва связок, но она не слышит, а потом я встаю с этого кресла, сам даже не знаю, и делаю два шага. Тут же падаю, а после вижу входящего в отделение Максима. Какие-то доли секунды, он реагирует. Макс подбегает и снимает Дину с края. Мою Дину.

Вот и все, она спасена, она будет жить, она будет.

— О боже! Что случилось?!

— Ребята, вы чего..

Вошли Гришка, Мироська и Артур. Дина быстро встает и подбегает ко мне, хватает меня за руки, а я ее оторваться не могу, похуй мне, что все смотрят.

Обхватываю ее лицо руками, сильно, не могу насмотреться в эти глаза:

— Что ты делаешь, а?! Что ты творишь, девочка! ЧТО?!

— Не могу больше на твою боль смотреть. Я не могу, Гордей. Ты меня ненавидишь и никогда за ту аварию не простишь.

— Я простил тебя! Давно, мы квиты! Слышишь? Никогда больше, никогда Дина, никогда так не делай! Обещай мне, обещай, я сдохну без тебя, я без тебя сдохну!

— Обещаю.

Шепчет сквозь слезы, и я ее к себе прижимаю. Так и сидим оба на полу. Не могу оторваться от нее. Я просто не способен.

— О боже, это чудо какое-то. Врачи же сказали, он не встанет..

— Ребята, ну вы даете!

Слышу на фоне, а после Дина смотрит мне в глаза:

— Гордей, ты встал! Ты слышишь меня, ты сам встал с коляски!

— Да он два шага сделал, когда за тобой кинулся, я сам видел.

Подтверждает Макс.

— Ты будешь ходить. Гордей, ты будешь ходить!

— Благодаря тебе Дина, только благодаря тебе.

Обнимаю ее, прижимаю к себе.

— Спасибо, Макс. Выручил.

— Всегда пожалуйста, но не делайте так больше, меня чуть кондратий не хватил.

— Макс, чего ты вернулся?

— Так, не все документы заполнили, еще подпись Дины требуется.

— Какая подпись?

— Гордей на тебя квартиру переписал. Ты не знала?

Дина смотрит на меня, я не хотел, чтобы она знала.

— Ты что надумал?!

— Поблагодарить за помощь хотел.

— Это же все, что у тебя есть!

— Все, что есть, тебе отдам. Не хотел больше быть обузой.

— Любимый не может быть обузой. Понял, ты слышишь меня?!

— Да. Да слышу. Спасибо, Дина. За все спасибо.

— Так, птички наши перелетные, давайте-ка поднимемся, а то затопите тут все, а у меня нет спасательного жилета.

Басит Гриша, парни подходят и ухаживают меня в коляску, Дина заходит в палату со мной.

Пока все ждут врача, Дина сидит рядом. Я держу ее за руку, отпустить не могу.

— Гордей, не надо мне никакую квартиру.

— А если мы там вместе жить будем, согласна?

Она смотрит на меня.

— Правда?

— Да. Хочу проводить с тобой дни и ночи. И не только в больнице. Дина, ты выйдешь за меня? По-настоящему.

Она усмехается и прижимается губами к моим:

— Выйду. Я согласна.

Целую ее ладонь, к себе прижимаю и понимаю, что вот она. Та самая, и не нужен мне больше никто.

* * *

— Ну, чего они там?

Мирося заглядывает в щель двери, а после осторожно закрывает.

— Да нежатся, нормально уже все, кажись, помирились.

— Так она что, того собиралась, да, Макс?

— Да не знаю, меня чуть приступ не хватил. И этот еще. Заорал так, я как увидел, что Гордей с коляски сорвался, не знал уже, к кому первому бежать.

— Хорошо, что ты Дину стащил. Ох, и натворили бы..Ну, где этот врач то!

— Вот, идет!

— Док, наш пациент тут на нерве вскочил с кресла и два шага сделал.

— Правда? Сам что ли?

Врач выглядит удивленным.

— Ага. Вы тут его выписывать овощем собирались, теперь что скажете.

— Скажу, что пинка под зад, видать, ему не хватало. Если встал сам, значит и пойдет сам. Хороший прогноз. Выходиться, тем более, с такой группой поддержки. Молодцы ребята, что друга в беде не бросили. Редкость сейчас.

Доктор навеселе, и у нас всех от сердца отлегает.

— Значит, все же выкарабкается. Вот жучара! Повезло.

— С такой любимой у него и шанса не было.

— Ну как они там? Глянь, Мирось.

Мира смотрит еще раз, а после прикладывает палец к губам.

— Целуются уже, котятки. Давайте чуть позже зайдем, не будем мешать им. Пусть успокоятся.

Бонус

Прошло три года

— Алло, да, я еду. Да, апельсины купил. Все будут, молодежь подтянется. Крестные в том числе.

— Хорошо, любимый, приезжай поскорее, ждем. Целую.

— Целую.

Иду к машине, сгружаю пакеты. Сегодня день рождение у Ромки, и у нас большой праздник. Все же, не каждый день сыну год исполняется.

Пока Дина накрывает на стол, докупаю то, что изначально забыли, а потом день рождение у Гриши, ну, и понеслась. Так и ходим по гостям, но мне это нравится.

Наконец, мы закончили ремонт в нашем доме, пережить его было непросто, но это приятные заботы. Учебу я уже закончил, по-полной в адвокатуре практикуюсь и да, нужно не забыть купить Дине цветы.

Точно. Дина любит красные розы. Я уже выучил.

— Гордей? Гордей, это ты?

Оборачиваюсь, тут стоянка, вокруг куча машин и людей, но голос я узнаю, предо мной стоит Марта. Правда, она сильно изменилась, выглядит затаскано, я бы сказал.

Смотрю на нее. Захудалое пальтишко и изношенные туфельки. Бледная какая-то, волосы собраны в прилизанный пучок.

— Привет, Марта.

— Отлично выглядишь. И ты ходишь!

— Ну да. Выходился.

Смотрю на часы. Надо купить Дине цветы. Срочно.

— Рада за тебя. А я вот, вернулась в город недавно. Отца тогда еще посадили вместе с твоим дядей, сдали они друг друга. Дом отобрали, счета тоже. Мать пошла на работу впервые в жизни. Ну и я.. пробовала замуж выйти, но не вышло. Никто ко мне так хорошо, как ты не относился.

— Понятно.

Отвечаю коротко, мне это уже не интересно. Когда я в больнице овощем лежал, эта тварь трусливо сбежала.

— Какая красивая машина у тебя, мерседес. И костюм на тебе дорогой, деловым человеком стал. Гордей, не хочешь кофе выпить, а потом и погулять можем.

Подходит ближе, улавливаю запах ее приторных духов. Воротит от него, я люблю совсем другой запах.

— Марта, кофе я выпью дома с женой, а погуляю с ребенком в парке.

— Ты женат уже.. а, да, кольцо есть. А на ком?

— На Дине.

Марта поджимает губы, бледнеет.

— Ну да, любит она тебя сильно. У вас даже ребенок есть. Ну, молодцы. Тягалась с тобой, видать, долго.

— Она со мной полгода тягалась, а я теперь ее всю жизнь на руках носить буду.

— Понятно.

— Пока, Марта. Не хворай.

Обхожу ее, как чуму и сажусь в машину. Закрываю дверь и срываюсь с места. Я уже понял, кто мне друг, а кто враг. По пути покупаю огромный букет красных роз, и зайдя в дом, меня встречает наш маленький огонек: