Страница 54 из 70
Гордей силен, но Герман еще сильнее. Он крупный, злой и грозный. Этот мужчина бросает меня на кровать, точно пушинку, а после сразу же набрасываться как зверь.
— Пустите! Не надо, нет, я не хочу!
— Тихо! Дала Гордею, дашь и мне!
“Дала Гордею, дашь и мне”.
Эти слова набатом звучат в голове, а у меня словно ступор какой-то случается, когда в тот же миг Герман разрывает на мне блузку, стягивает с меня лифчик, а после снимает обувь, разрывает колготки, задирая юбку.
— Нет! Нет, боже, не надо! Пусти!
Его руки везде. На моем теле, он делает больно, я чувствую животом его эрекцию, тогда как меня тошнит. Такого точно не было с Гордеем.
Мне тогда было больше страшно, но не противно. Сейчас же я готова сдохнуть, лишь бы он меня не касался. Тяжелый, какой тяжелый, я не могу сбросить его с себя, и когда Герман придавливает меня бедром, окончательно разрывая на мне юбку, из последних сил ору:
— ГОРДЕЙ! Помогите! Гордей! А-а-а!
Пищу, а после слышу шаги по коридору. Такие быстрые, и тут же ручка двери дергается.
— Открой. Что там происходит?! Дядя!
Герман при этом затыкает мне рот ладонью, но к этому моменту я уже реву белугой, а после мы все слышим грохот. Это Гордей и он выбил замок. Вышиб его с мясом.
Картина маслом. Я лежу практически голая на кровати. На мне Герман Андреевич с расстегнутыми штанами. И Гордей. Запыхавшийся, со всполошенным взглядом.
— Ты что творишь, сука?
— Гордей..
Всхлипываю, я просто больше не могу.
— Дверь закрой!
— Ты с ума сошел, старый? Отвали от нее!
Гордей подходит и с размаху ударяет Германа в лицо, но тот не пасует, быстро встает и отвечает ему тем же.
— Ты на кого руку поднял, щенок?!
— Тварь! Кто тебе разрешал ее трогать?!
— Она служанка моя. Что хочу, то и делаю! Это мой дом!
— Я вызову ментов сейчас и тебя повяжут.
На это дядя Гордей только смеется.
— Вызывай! Тут не было ничего, а завтра твое дело снова всплывет, поедешь на нары как миленький!
— Что здесь происходит?
Боже, этого еще не хватало. Домой вернулись Эльза и бабушка Фрося. Последняя тяжело посмотрела на меня и прошла мимо, но Эльза побледнела и подняла вой:
— Ах ты, шлюха малолетняя! Потаскуха!
Эльза набрасывается на меня, но Гордей заводит меня за спину.
— Не смей трогать ее! Мужа своего держи за штаны лучше!
Эльза замахивается и ударяет Гордея по лицу.
— Сопляк, да что ты знаешь! Так, вон пошла немедленно! Чтобы духу твоего тут больше не было!
Кричит, и я выхожу из этой комнаты, держась за стену. Заплаканная, в ободранной одежде.
— Идем!
Плохо соображаю, все кружиться. Гордей берет меня за руку и отводит в свою комнату.
— Седина в бороду, бес в ребро! Как чуяла я. Как знала.
Слышу где-то голос бабушки Фроси, а после оказываюсь в комнате Гордея. Он нервничает, проводит ладонями по лицу.
Я же едва стою. Наверное, он подумает, что я сама дяде предложила. Да? Да, именно так он и думает.