Страница 21 из 22
Глава 12. Новый рассвет
Анна очнулась через три дня. Всё это время Айден не отходил от её постели. Он сидел рядом, держал её за руку, шептал что-то, что она не могла разобрать. Когда она открыла глаза, он выдохнул с облегчением, и она увидела, как в его золотых глазах блеснули слёзы — впервые за всё время их знакомства.
— Ты безумная, — сказал он, сжимая её руку. — Ты могла умереть.
— Но не умерла, — ответила она хрипло. — Я жива. И Даргольд тоже.
Она попыталась привстать, но голова закружилась. Айден удержал её.
— Лежи. Всё в порядке. Твои маги работают. Я проверил источник — он пульсирует сильнее прежнего. И под ним... я чувствую вторую ветвь. Она растёт.
Анна закрыла глаза и улыбнулась. Она чувствовала это: новое семя, её частичку, прорастало в глубине, соединяясь с древним источником, создавая нечто более мощное и устойчивое.
— Теперь никто не сможет нас уничтожить, — прошептала она.
Айден наклонился и поцеловал её в лоб.
— Никто. Ты сделала нас бессмертными.
За окном вставало солнце, и его лучи проникали в комнату, заливая всё золотом. Анна знала: это не конец истории. Впереди ещё много битв, много трудностей. Но сейчас она чувствовала себя сильной, как никогда.
Через неделю она снова стояла на балконе, обнимая Айдена за талию, и смотрела на свой замок. Даргольд процветал. Сыроварня работала, сады цвели, новый магический контур тянулся по всему поместью, защищая его от врагов. Люди, которые когда-то были изгоями, теперь жили здесь — свободные, счастливые, работающие на то, что любили.
— Знаешь, — сказала Анна, — я не жалею, что умерла в том мире. Потому что здесь я нашла жизнь.
— И любовь? — спросил Айден, глядя на неё с надеждой.
Анна повернулась к нему и, встав на цыпочки, поцеловала его в губы. Поцелуй был долгим, тёплым, обещающим.
— И любовь, — ответила она. — Кажется, я тоже нашла её.
Они стояли на вершине башни, глядя на бескрайние просторы Западного края. Где-то там, за горизонтом, ждали новые вызовы, новые враги и новые друзья. Но Анна знала: что бы ни случилось, она готова. Потому что у неё был дом. И теперь у неё было для кого жить.