Страница 72 из 79
Да что я за пендехо⁈ Не узнал легенду! Наверное, это клиническое. Кого следующим проморгаю? Билла Гейтса уже видел. Может быть, Джона Кармака или Джона Ромеро? Или Стива Балмера? Совестно ли мне за то, что лишил Нортона его главного актива? Есть такое ощущение, но не очень сильное. Он бизнесмен хваткий, найдет себе другую утилиту, чтобы пробиться, тем более что свой файловый менеджер он не сам написал, только продавал. Или пусть берет и развивает Каналья Коммандер, исходники-то открытые.
Это получился долгий, полный суматохи день. Язык у меня устал и еле шевелился. Жара, духота, «фи, опять этот неприятный запах пота». И ладно бы только от меня — все им обливались. Интересно, откуда в Трейси столько энергии улыбаться посетителям целый день, завлекая народ, раздавая дискеты и подписывая автографы.
Поздним вечером, не принесшим особого облегчения, когда все посетители уже разошлись, к нам в шатер ворвался огромный толстый кучерявый белый мужик. Яркая гавайка, копна непослушных кудряшек, крупные черты лица, большие квадратные очки. Надеюсь, это не Стив Балмер так выглядел в 1983-м! Когда был Балмер маленький, с кудрявой головой…
К счастью, нет. Не Стив! Оказавшись напротив нас, он тут же начал тараторить с сильным французским акцентом. Как у риелтора Этьена, но гораздо сильнее, хотя смысл всего сказанного понятен прекрасно.
— Нет-нет-нет! Постойте, мон дьё! Не убирайте компьютер, я летел сюда из дальних закоулков главного здания, чтобы увидеть ваш прекрасный текстовый редактор, творящий волшебство с синтаксисом Паскаля! Вы лишите меня сна на грядущую ночь, если не покажете прямо сейчас! Рассказы о его красоте будоражат меня даже сильнее, чем новость о том, что где-то тут моя любимая модель Плейбой прошлого года.
— Простите, мы очень устали и даже не обедали, — извинилась Линда.
— О, бедная ма шери! Выставки и в самом деле лишают сил.
— Приветики! Я тут! — окликнула толстяка из-за спины Трейси, неведомым образом сохранившая энергию и силы к концу дня.
— О боже! Теперь я готов умереть счастливым! Приглашаю вас всех со мной поужинать. Вас всех, а не только Мисс Сентябрь! Заодно обсудить наше с вами будущее плодотворное сотрудничество. О мон дьё! Что же вы не указали мне на ошибку? Мне стоило назваться! Меня зовут Филипп Канн!
Никаких ассоциаций! Вот знал бы я, где и когда окажусь, заранее бы портреты всех ключевых игроков просмотрел и памятные даты выучил. Но никаких толстых французов точно не помню. Хотя дядька забавный. Все толстые, как известно, добрые.
— Филипп, мы и правда устали, да еще и планы на ужин уже сформированы… — сказал я, но толстяк смотрел настолько грустным взглядом, что я вернул на место кабель питания и щелкнул кнопкой включения системника.
— Джон, проведешь демонстрацию кратко? Я пока соберу остальные компьютеры.
Следующие несколько минут мы периодически слышали восторженные возгласы нового знакомого. Они с Рокки определенно поладили бы.
— О визуальное пиршество для глаз! Я как будто оказался в лучшем ресторане Лос-Анджелеса, но подают в нём компьютерные программы, а не пошлую пищу для желудка…
На этих словах животы забурчали у меня, Линды, Марии и Джона. Днем мы перекусывали на ходу сникерсом, но этого оказалось мало.
— Месье Джон, а запустите компиляцию этого модуля…. уиии… одной кнопкой. Настолько удобно, что я рыдаю в экстазе. Но вы ведь заметили, что ваша программа работает намного быстрее подключенного к ней компилятора Паскаля? Он, ля мерда, медленный, как улитка! Но у нас есть вот это!
Филипп достал из широких штанин дискету.
— Тут разработка моей компании, купленная у одного головастого датчанина! Компилятор быстрый, словно пуля! Фьють! И готово, сборка завершилась! Все за счет работы целиком в оперативной памяти. Вы были на гонках Формулы Один? Обязательно сходите. Когда болид проносится мимо вас на полной скорости — особенное ощущение! Понимаете, ма шер? Не просто быстрый — турбина!
— Турбо Паскаль? — голос у меня едва не дрогнул. Карамба! ТУРБО ПАСКАЛЬ! Тот самый, во всех смыслах легендарный! Не знал, что его продвигал забавный толстый француз, но лишний вес — не порок, как и происхождение, и любовь к ярким рубашкам.
— О, мон ами! У тебя талант придумывать названия! Я никак не мог сообразить, почему «каналья», но вижу, вы те еще молодые шалуны!
— Мистер Канн, я Крис Коламбус, мне очень приятно с вами познакомиться. Как называется ваша компания?
— Борланд! Борланд, мон вьё! Только не спрашивайте, что это означает, я сам того не знаю! Очень интересная, но длинная история! Обязательно вам ее расскажу!
— Мистер Канн, быстрые компиляторы — это то, чего не хватает индустрии. Я готов обсудить сотрудничество и мне импонирует ваша манера общения. Напоминаете ей одного моего хорошего друга. Я готов переговорить с вами завтра, послезавтра или сразу после конференции. Но сейчас меня ждет еще одна встреча, а мы с друзьями на самом деле голодные.
Особенно Линда уставшей выглядела, буквально на ходу засыпала, бедняжка.
— Понял-понял! Я приду завтра, послезавтра и столько раз, сколько нужно. Наши продукты созданы друг для друга, как Шато д’Икем и рокфор!
— Крис, кто это вообще был? — спросил Джон Харрис.
— Наш будущий деловой партнер, мы с ним захватим мир… мир инструментов разработки.
— Он… француз? Я верно поняла? — устало спросила Линда.
— Наверное, — пожал я плечами, — поехали покушаем в Мариотт, часть командировочных расходов нам возмещает налоговая служба в виде вычета из налогооблагаемой базы.
Собрали системники со стенда к нам в машину. Мониторы коллегиальным мнением решили за собой не таскать. Может быть, кто-то и решит на них покуситься, но тогда это будет крах и позор для всей конференции.
Шикарная гостиница, куда пригласил нас поужинать мистер Хиллер, располагалась буквально за углом от выставочного центра. Громадная двенадцатиэтажка, рассчитанная на несколько тысяч гостей. И мест нет. Во всяком случае, теть Лиза нам забронировать не смогла, пришлось мотелем ограничиться.
Нашли мы журналиста в cтейкхаусе на первом этаже. Отличное место, где я поставил себе амбициозную цель — так обожраться мясом, чтобы в следующие сутки полностью позабыть о чувстве голода. Имени репортера хватило, чтобы нас провели к заказанному столику, недостаточно большому для всех собравшихся.
— Мы сядем за соседний и не будем мешать вашим мужским разговорам, — распорядилась Трейси и, видимо, голод терзал всех девушек в достаточной степени, чтобы все согласились.