Страница 17 из 79
Сцена оказалась странной, без привычного высокого помоста и глубоко выступающая в зал. Этакий полуостров, окруженный зрительским морем. Странное и для меня дискомфортное ощущение. Полный слом четвертой стены, артисты — вот они, руку протяни. И другие зрители тоже видны напротив. Вон вся группа «Бесконечность Тьмы» в первом ряду уселась, а следом за ними Рамон и Дональд рядышком сидят во втором и перешептываются, как добрые приятели. Орале! Может быть, мне надо отправлять на переговоры к Роджеру Желязны не Лизу Пондсмит, а Санчеса? Он явно к любому без мыла под кожу влезет. Или мне его с собой в Японию взять, пусть договорится с Накадзавой-саном о лучших условиях.
Продолжил изучать зал и нашел Монти с Селестой, держащихся за руки. Так приятно видеть их. Профессор Кроуфорд встретил мой взгляд и отсалютовал программкой, распечатанной на принтере. «Где же ваши новые стихи, юноша?» — почудилось мне в его выражении лица.
И мне в целом понравилось! Несмотря на все странности со сценой, на то, что временами мы видели спины актеров, что возрастных — сорокалетнего Чехова и не знаю, сколько лет ему было, Станиславского — играли ровесники Трейси в не очень качественном гриме и с молодыми голосами.
«Пенни Смит» в русском крестьянском сарафане смотрелась дивно какой харизматичной и непосредственной, и крала зрительское внимание каждой своей репликой. Настоящая прима. В конце она сорвала овации и собрала вагон букетов. Причем не только от группы, меня и Линды, но и совершенно посторонних незнакомых людей.
Само содержимое постановки — «ни о чем конкретном», куча взаимного флирта, дружеских подколок и остроумных пикировок. Типичный филлер, если сериальным языком говорить, но качественно сделанный, а потому приятный.
В понедельник мы с Майклом остались в сугубо мужской компании. Линда отправилась на долгий практикум по изобразительному искусству. Лиза — заниматься сделкой по приобретению особняка. Бренда — выполнять ежемесячную ревизию бухгалтерии северной Аркадии. Трейси — проводить время с вернувшимся из турне Эдди.
Лишившись любопытных женских ушей, мы наконец-то получили возможность обсудить мужицкие темы — аниме. Я на правах «знатока» рассказал о жанрах и том, чем «сэйнэн» отличается от «сёнэна». Ориентацией на более взрослую аудиторию, с серьезными сюжетами и кровавым экшеном. Палюсь по полной! Но я же еду в Японию и с аборигенами уже встречался, то есть имеются отмазки, откуда я всё это знаю.
— Привези мне как можно больше кассет с их сериалами! Желательно с роботами! — попросил дизайнер. — Можешь даже зарплату мне ими выплатить! Лиза ведь не слышит, что я это предложил?
Всю нашу мужскую идиллию разрушил звонок в дверь особняка. Пришлось идти встречать гостей. Сам пошел роль дворецкого исполнять, не стал сотрудника нагружать.
У дверей «проклятого старого дома» неловко переминались с ноги на ногу два латиноса возрастом лет двадцати, одетые в чоло стиле — фланелевые рубашки поверх белых маек и бежевые штаны. Рядом с ними жаркая латина того же возраста. Настолько горячая, что ей даже теплая одежда не потребовалась, хватило юбки, блузки и пиджачка, пуговки которого расстегнуты ровно настолько, чтобы хотелось заглянуть в декольте. К пиджаку слева, прямо напротив сердца, у нее приколот круглый значок МЕЧА. Красивая девушка. Если за условный максимум латинской красотки взять хорошо известную мне Елену, а за средний уровень «симпатичной девчонки» Машеньку, то гостья где-то посередине между ними позицию занимает.
— Ола! Карналь! Ты ведь Кристобаль Колон? Я Консуэла Перес, это Алехандро и Фернандо, наши братья по борьбе за великий Ацтлан, — и затараторила что-то очень быстро на испанском, что я на своем уровне хорошо, если через слово понимал. Базовая база о том, как Ацтлан стронг и победит всех врагов арийской — зачеркнуто, латиноамериканской — расы и про то, что следующий президент пендехостана обязательно станет одним из нас. Но это не точно! Я не то, что понимал, но и слышал ее через слово, попросту не успевая за реактивно быстрой речью.
— Давайте для устранения недопониманий самое основное, на английском и медленно, — попросил я.
— Ты берешь наших братьев Алехандро и Фернандо на работу программистами. Что непонятного? — прояснила суть своих требований Консуэла.
Так и хотелось процитировать фильм «Брат» по поводу того, что нет у меня с этими двумя никаких родственных отношений.
Так-то фланелевая рубашка — это не «редфлаг», говоря языком эйчаров. У меня тоже в гардеробе она есть, самое то для зимней промозглости и сырости. Но вот как-то не похожи эти двое на кодеров. Но, объективно говоря, я тоже не очень к образу классического ботана близок.
— Они программисты? — уточнил все же.
— Брат, мы закончили курсы, изучали программирование, — подал голову вроде бы Алехандро.
Алехандро, Фернандо… для полного комплекта не хватает только Роберто. Нет-нет-нет, я не стану плагиатить песню у Леди Гаги! И не потому, что она требует женского вокала. Всему должен иметься предел, в том числе количеству ворованной музыки.
— Тогда прошу к нам в офис, выполним тестовое задание, — позвал я.
Как показывает практика, предложение начать писать код здесь и сейчас срабатывает, как отличный фильтр, отделяющий сомнительных личностей, услышавших о больших зарплатах в айти, от настоящих программистов.
— Задание? — спросила Консуэла. — А диплома об окончании курсов недостаточно?
— Недостаточно.
Еще один длинный спич на испанском и мы с кандидатами прошли внутрь. Увидев великого Ктулху, оба синхронно перекрестились. Не иначе как ревностные католики.
Отвел обоих парней в отдельное, пока что не занятое никем помещение в офисе, указал на пустующие столы, где даже компов пока нет. Активистка мазнула взглядом по приветливо помахавшем им ручками Майклу.
— Вот вам ручки и листочки, напишите мне алгоритм сортировки на любом языке, — начал с совсем простого. Если хотя бы «пузырёк» без больших косяков, подобно Бренде, выдадут, то стоит дать им шанс и пригласить на стажировку.
Особого понимания во взглядах я не прочитал.
— Кристобаль, позволь с тобой поговорить наедине, — попросила девушка. — Не угостишь меня кофе?
— Пошли, — кивнул я ей.