Страница 8 из 78
Как только она с тортом подошла к большому деревянному обеденному столу, который столяр изготовил из четырех бывших корабельных досок (с кораблей пиратов или викингов, как надеялась Стелла), у нее на лице вновь включилась улыбка. Впервые за несколько десятков лет стол был накрыт по-праздничному: с фарфоровой посудой, серебряными приборами, а также накрахмаленной и выглаженной белой скатертью.
— Садитесь, прошу вас.
Вишневый торт она поставила таким величественным жестом, как будто это ни много ни мало яйцо Фаберже.
Слегка смутившись, Йонас отодвинул стул и сел. Благодаря жизненной мудрости старого книготорговца он знал, как много можно понять о людях по их коллекциям книг. По сути, они являлись самым откровенным признанием своих владельцев, о котором те даже не подозревали.
— Как вы расставили свои книги? — как бы между делом спросил Йонас. — По алфавиту?
— Это было бы чересчур буржуазно!
— Но и не по цвету корешков…
— Нет. Конечно же, по счастью и несчастью. От самой счастливой жизни до самой несчастной. Правда, есть несколько автобиографий, авторы которых сами не уверены, как стоит оценивать их жизнь. Они стоят между окнами.
— Это что, все автобиографии?
— Только настоящая жизнь стоит прочтения.
Наверное, для «Старика и моря» это можно считать смертельным ударом.
Стелла Дор разрезала торт.
— Первый кусок, естественно, для гостя.
Йонас узнал этот «Черный лес». Он всегда ел такой у дедушки с бабушкой. Это был покупной замороженный торт.
— Выглядит… просто великолепно.
— Правда? Я всегда отлично пекла. Но для себя одной уже редко утруждаюсь. Ах, да что я говорю, никогда. В автобиографии ведь всегда нужно быть откровенной и честной, правда? Тогда можем сразу начать с главы «Кулинария и выпечка», — засмеялась она.
Йонасу показалось, будто он сидит в театральном зале и любуется главной героиней легкой комедии. Захотелось поаплодировать, но он удержался.
Стелла Дор с безупречной грацией подала ему большой кусок торта, а себе положила гораздо меньший. Заметив удивленный взгляд Йонаса, она объяснила:
— Я по-прежнему слежу за фигурой, хотя мне уже не нужно поддерживать форму ради кинокарьеры. Но от старых привычек избавиться трудно.
Знакомый вкус торта подарил Йонасу ощущение дома — правда, он еще не совсем оттаял, чего Стелла Дор, похоже, не заметила.
— Очень вкусно!
— Большое спасибо! Ах, я совсем забыла подать кофе. Вы ведь его уже пьете? С большим количеством молока и сахара?
— А чая у вас не найдется?
Улыбка Стеллы Дор на мгновение как будто померкла, однако она моментально взяла себя в руки.
«Какой молодой, — думала Стелла. — Какой же он невероятно молодой. Движения еще неуклюжие, как у щенка, а слова еще такие напыщенные». Ей приходилось сдерживаться, чтобы не пригладить ему волосы или уж лучше сразу как следует подстричь. Они так неаккуратно отросли, что даже закрывали уши.
Стелла забыла, насколько молодым может быть человек.
Незрелое существо из мира, который стал ей чужим.
Что этот Йонас мог знать о жизни? Возможно, жизнь уже преподала ему пару уроков, как она испытывает каждого в детстве, подставила ему подножку, но наверняка еще не сбивала с ног так, чтобы в нем сломалось что-то, что никогда уже полностью не заживет.
Стелле стоило немалых усилий сохранять улыбку.
Она так давно не улыбалась, что это почти причиняло боль. К сожалению, за последние десятилетия жизнь давала ей мало поводов для улыбки. Но она их и не искала.
Когда Стелла недавно репетировала это движение перед зеркалом, мышцы сначала немного перенапрягались, но потом вспомнили, как приятно улыбаться жизни, несмотря ни на что.
К этой встрече Стелла готовилась долго.
В конце концов, речь шла о ее жизни.
Впервые за целую вечность она снова побывала у парикмахера, правда, не в этом поселке, потому что там сразу поднялся бы шум, а в ближайшем городе. Там же сдала в химчистку свой костюм. Единственный, который еще выглядел настолько идеально, насколько подобает звезде.
Разве что в ее сценарии на этот день Йонас Энгельбаум пил кофе и был не таким уж пугающе молодым.
Что ж, чай так чай. Она поставила воду и заварила мятный чай, потому что другого у нее не было, да и этот уже просроченный. Но разве чай вообще может испортиться?
С достаточным количеством сахара наверняка получится вкусно. Это как с маслом при готовке.
— Прошу, юноша. — Она поставила перед ним чашку, элегантно устроилась на стуле и скрестила ноги. При этом тесно сидящий костюм сдавил тело сразу в нескольких местах. — Итак, как мы будем писать мою автобиографию?
— Конечно же, в хронологическом порядке. Начнем завтра, с рождения и детства.
Стелла махнула рукой.
— О нет, это же ужасно скучно! Совсем мне не подходит. Начнем с моего величайшего триумфа! С того момента, которого никто не ожидал. Даже я сама.