Страница 33 из 78
— Разве первый фильм Стеллы не «Мертвец из Темзы»?
— Это ее первая роль со словами, но перед камерой она появлялась и раньше. В любом случае мы тогда снимали сцену ограбления банка. Стелла должна была сыграть испуганную прохожую и закричать. Я до сих пор ясно вижу ее перед собой: такую невероятно молодую, восторженную и запуганную, но при этом полную решимости воспользоваться выпавшим шансом. Этот блеск в глазах, почти смешной в своей невинности.
— Стелла хорошо сыграла?
— Скажем так, она справилась неплохо. Но ничего особенного ее игра из себя не представляла. Квасте, конечно, считал иначе. Он восклицал: «Великолепно! Просто потрясающе!» И неистово аплодировал. «Какая харизма, какой талант! Уже много лет такого не видел. A star is born!»[16] Всем остальным тогда тоже пришлось поаплодировать. Хотя, пришлось ли?.. Они делали это, подыгрывали, прекрасно зная, что случится дальше, ведь это повторялось из раза в раз.
— О нет… — Несса сжала губы.
— Кабинет Кваста в кулуарах называли не иначе как «логово порока». Полагаю, он пригласил ее туда, усадил на диван. Дверь он всегда запирал, ключ клал в один из передних карманов брюк. А потом… В общем… Сценарий всегда развивался одинаково. «Просто будь со мной поласковей»; «Не притворяйся, ты и сама этого хочешь, я же вижу!»; «Сначала строишь мне глазки, а теперь вдруг изображаешь фригидную. Не дури мне голову!»; «Мне нравится, когда вы сопротивляетесь». Или: «Если сейчас начнешь выделываться, то с твоей карьерой будет покончено, обещаю тебе. Ты больше никогда не сможешь заявить о себе в этой индустрии. Уверена, что хочешь упустить свой шанс? Вот увидишь, я фантастический любовник. Просто приласкай меня немного, и все. Это ведь совсем не больно».
— Вы так это описываете, будто сами находились в той комнате, — заметил Йонас, который в тот момент сам не до конца осознавал намек в своих словах.
Барбара Шнайдер подняла стакан и сделала большой глоток воды с подмаренником.
— Одним разом это не ограничилось. Ведь стоило Квасте понять, что ему все сходит с рук, он начал поступать так снова и снова. Потом он даже угрожал, что объявит всем, будто она соблазнила женатого мужчину. В те времена скандал такого рода нанес бы ущерб только женщине. А впрочем, наверное, мы и сейчас не так уж далеко от этого ушли. — Барбара Шнайдер взяла нож. — Что ж, мне нужно дочистить картошку, ведь хорошее пюре само собой не приготовится.
Йонас не находил слов, и, что удивительно, Несса тоже. Все они казались слишком ничтожными перед лицом такой огромной несправедливости.
— Или, может, вы хотите с нами пообедать? В таком случае мне нужно будет начистить побольше.
— Это очень… но нет, спасибо. — Йонас снова обрел дар речи. Мысленно он переместился к «Крабу» и к Стелле. И ко всему, что осталось невысказанным. — Передать Стелле от вас привет?
Барбара Шнайдер поджала губы. Затем кивнула.
— Да, передайте. Пожелайте ей от меня всего наилучшего… и ухудшения памяти. Это одна из немногих милостей, которые дарует старость.