Его пленница

Глава 38

Кафе Райан выбрал заранее, я это понимаю, как только мы подъезжаем. Огромный стеклянный купол, внутри разноцветные дорожки, лабиринт с горками, отдельный зал с батутами, и за стеклом все это уже визжит и гремит детскими голосами.

- Ты куда это нас привез? - спрашиваю я, выбираясь из машины.

- Поужинать, - отвечает он спокойно. - И чтобы мелкая развлеклась.

- Мне нравится! - визжит от счастья Ханна, а мне так и хочется выкинуть, а не для своего ли развлечения случаем.

Мы садимся за столик у самой стены, откуда видно игровую зону. Райан заказывает все, что Ханна просила: пиццу, бургеры, суши, еще какие-то коктейли. Она уплетает за обе щеки, болтает ногами под столом и время от времени таращится на горки, полностью забыв о нас.

- Все. Я наелась. Можно мне теперь туда? - она кивает на горки, где уже носятся дети.

- Можно, - Райан отвечает раньше меня.

Ханна исчезает за стеклом быстрее, чем я успеваю сказать «будь осторожна». Через минуту ее уже не видно среди других детей.

Я откидываюсь на спинку и складываю руки на груди.

- Ты же не просто так выбрал это кафе, я права?

- Ну естественно, - отвечает он, даже не пытаясь этого скрыть. - Остался один неразрешенный вопрос, который мы должны закрыть.

- А разве он не решился? Я сплю с Ханной.

- Спи. Если готова к последствиям.

Едва сдерживаю улыбку. Делаю глоток из стакана, чтобы хоть чем-то занять руки. Внутри все еще гудит от того, что было дома, от его пальцев, от безумных поцелуев. И сейчас это воспоминание сидит где-то под кожей, не дает дышать ровно.

- И какие же это будут последствия? - спрашиваю как можно безразличнее, хотя в душе ликую.

- Узнаешь ночью. Когда мелкая уснет.

Его колено под столом задевает мое, и это настолько невинно по сравнению с тем, что было у тумбочки, что я чуть не давлюсь соком.

Он усмехается, откидывается назад. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь в ответ. Так и сидим, уставившись друг на друга, пока за стеклом визжит Ханна, прыгая на батуте.

- Кстати, а где ты был все это время? - спрашиваю, пытаясь переключиться на другую тему, чтобы утихомирить свои реакции на него. Стоит ему просто посмотреть и все. Я пропадаю. Уже вся горю. А его эти фразочки провокационные только хуже делают. Хочется после них еще сильнее пойти против него и проверить, что же он такого сделает. С Ханной тоже хочу остаться, но и спать с ним в обнимку уже вошло в привычку, которую не хочется терять. Не втроем же нам лечь.

- Я папашу твоего не трогал, если ты об этом, - говорит он вдруг, отпивая из стакана.

- Да я вообще не о нем говорила.

- Как ты там сказала... «Мне и не нужно, чтобы ты что-то говорил. Я тебя насквозь вижу.» То же самое, Хейзел. Я тебя насквозь вижу.

- Сомневаюсь. Ты не угадал.

- Значит, решила поверить мне?

- Сам ведь обещал, что не тронешь его. Соврал?

- Нет.

- Вот и все. Тема закрыта. Не хочу о них говорить. Я вообще о другом хотела поговорить. Новости о моем возвращении крутятся на каждой странице в интернете. Значит, точно дошли до моих бывших коллег и соседей. К тому же на фотографиях я с тобой стою. Всем станет ясно, что Билл тут не причем.

- С чего это ты о нем вспомнила? И где фотографии видела?

- В телефоне Ханны посмотрела. Где сейчас Билл?

- В одном месте, где до него никто не доберется.

Как в его стиле. Должна ли быть благодарна, что вообще оставил его после того, что он мне сделал?

- Он ведь в порядке? Я слышала, что ты тогда моему отцу сказал.

- Живой. Раны его быстро зажили, как на зло. Везунчик.

- Райан...

- Нет, - он пресекает мою попытку, даже не дав договорить.

- Я еще даже ничего не сказала.

- Я и так понял. И отпускать его не собираюсь.

- Его будут искать. А раз его исчезновение связали с моим, то и ко мне пристанут с допросами.

- Не пристанут. У меня есть связи, Хейзел. И деньги, которые заткнут рты кому угодно. Отпускать я его в любом случае не собираюсь. Кстати, ты знала, что он тоже был в клинике?

- Он?!

А вот это уже сюрприз для меня. Но я его там вообще не помню. Да и выглядел он нормально. Хотя о чем это я? Сама ведь делала все возможное, чтобы не выделяться. Мне ли о нормальности судить?

- Он на девке отыгрался по полной за то, что та его отшила. Вину скинули на другого, а его родители отправили за границу. Там он тоже сорвался и огрёл официантку бутылкой по голове. Вот та не выжила. Вину опять скинули на третьего, а его самого отправили в ту клинику. А когда вышел, нацелился на тебя. Я сделал из него свою пешку, но не думал, что он так далеко зайдет, лишившись страха передо мной. Так что нет, Хейзел. Я его не отпущу.

Я молчу. Его слова оседают где-то в груди тяжелым грузом. Я ведь думала, что он просто озлобленный неудачник, который любит внимание. Что в ту ночь это была вспышка, ярость на Райана, что мне просто не повезло оказаться не в том месте. А выходит, я была не первой.

- И что ты собираешься с ним делать? - спрашиваю я, глядя не на Райана, а сквозь стекло, где Ханна с разбегу плюхается в бассейн с шариками. У нее должно быть именно такое детство, без каких-либо забот. А не как у меня, наполненное лишь мраком.

- Документы готовятся. Его переведут в клинику.

- Райан!

- Не туда, - тут же отрезает он. Каким бы ублюдком этот псих ни был, никому не пожелаю попасть в тот ад. Там не только не помогут ничем, но и добьют окончательно. Мне иногда казалось, что сотрудники и врачи там были еще большими психами, получающими удовольствие от наших мучений. Хотелось бы стереть из своей памяти тот промежуток времени, что провела там и с трудом сохранила рассудок.

- А с тем местом... нельзя что-то сделать?

- Можно.

- Что?

- Могу взорвать. Со всем мусором там.

- Господи, Райан, я разве о таком способе говорю?! Хочешь, чтобы их духи мне потом мозг выносили? Особенно ночью в виде кошмаров.

- Ладно, - говорит он, смеясь. - Не буду. Но не потому что они этого не заслужили. Просто твои ночи уже заняты. Мной. Расписание плотное, свободных окошек нету вообще. Ни для кого.

- С тобой невозможно поговорить на серьезную тему. Все перетекает в одну точку.

- А ты скажи, что тебе не нравится.

Я открываю рот, чтобы возразить. Но не нахожу ни единого слова. Потому что он прав. Нравится. Все нравится. Мне хватает и пару слов, чтобы выкинуть все лишнее из головы, а особенно ту чертову клинику.

Он наклоняется через стол с этой своей довольной улыбкой и произносит:

- Все еще хочешь спать с Ханной?

- А это здесь при чем?

- При том. Сама не прибежишь обратно?

Его колено снова задевает мое под столом, едва ощутимо, но этого хватает, чтобы по спине пробежала знакомая дрожь, а тело отреагировало мгновенно. Я сжимаю пальцами стакан, чтобы не потянуться к нему, не схватить за ткань одежды, не притянуть ближе. Здесь нельзя. Но мне хочется. До абсурда сильно хочется.

Его взгляд ничем не отличается от моего. Голодный. Такой, от которого внутри все сжимается и одновременно разливается теплом. Он смотрит на мои губы, задерживается, потом ниже, на шею, на руки, сжимающие стакан, и я чувствую это почти физически, словно он уже касается, целует, раздевает.