Его пленница

Глава 19

Да блин надо было переобуться в его кроссовки. Чертовы тапки слетают на каждом шагу. Но откуда мне было знать, что я в лес побегу? Чертов маньяк, специально все устроил, чтобы покайфовать! Ненормальный!

Ветки хлещут по лицу. Голые руки горят, то ли от царапин, то ли от холода, уже не разобрать. Но я продолжаю бежать.

Пугает, что могу наткнуться на зверей, но их нет. Когда решалась на побег, я о них и не думала. Но сейчас страшно.

Нога внезапно проваливается во что-то мягкое, скользкое - мох или черт знает что - и уходит вбок. Больно блин! Даже рана, которая с трудом зажила, отозвалась тупой, ноющей вспышкой.

Встаю, стиснув зубы, и бегу дальше. И тут небо раскалывается. Первая вспышка далеко, за деревьями, за горизонтом.

И через три секунды - гром. Глухой, низкий, перекатывающийся по небу. Останавливаюсь. Ноги сами тормозят, потому что тело понимает, что последует за этими молниями. Да вы серьезно?! Он и это что ли предусмотрел?

Ну все, приехали. Мало того что маньяк за спиной, так теперь еще и небесная канцелярия решила устроить мне личный фейерверк. Стою, как дура, посреди леса в тапках, которые уже давно превратились в два куска резины с дырками, и смотрю, как небо мигает. Дождь, естественно, начинается сразу же, хоть и не сильно.

- Хейзел.

Резко оборачиваюсь и вижу его неподалеку. Он не двигается. Руки в карманах куртки. Просто стоит и смотрит. И от этого взгляда все внутри сжимается в точку - и страх, и ярость, и что-то третье, что-то, от чего колени становятся ватными и дыхание сбивается.

- Иди сюда, Хейзел, - голос ласковый, спокойный. Будто он не за мной гоняется, а на чай блин зовет.

- Нет.

- Иди. Сюда.

Каждое слово отдельно. Будто показывает, что мне некуда бежать.

- Нет, - повторяю упрямо.

Дождь усиливается. Капли бьют по листьям, по веткам, по моим голым рукам. Разумнее было бы убраться отсюда, потому что мама в детстве говорила, что во время молнии нельзя находиться рядом с деревьями. Не знаю, правда это или выдумка, но мы оба вместо того, чтобы убраться отсюда, продолжаем стоять. Метрах в пяти друг от друга. Оба мокрые. Футболка на мне промокла насквозь прилипла к телу так, что ничего не скрывает.

Вода стекает по волосам, по лицу, по шее. По ключицам. Футболка становится второй кожой, только прозрачной, и я чувствую, как он смотрит. Не на лицо, ниже, и взгляд его - тяжелый, горячий, - прожигает насквозь, и от этого внутри вспыхивает жар, резкий, как молния, и тут же гаснет от холода, от дождя, от понимания, где я и с кем.

Я снова разворачиваюсь и бегу. Но далеко не получается увильнуть. Его пальцы смыкаются на моем локте. Жестко, точно, без колебаний. Не больно, но крепко.

Рывок. Он разворачивает меня к себе, и я оказываюсь лицом к нему, вплотную, так близко, что вижу капли на его ресницах. Каждую. Отдельно.

Его лицо в сантиметрах от моего. Капли стекают по его лицу. По скулам. По линии челюсти. По губам. И я смотрю на эти губы, и внутри - взрыв, тихий, бесшумный, от которого темнеет в глазах.

- Отпусти, - шепчу. Губы почти касаются его губ. Почти.

Боже, почему каждый раз, стоит нам оказаться так близко, я превращаюсь в тряпку? Я же Хейзел в конце концов.

Наступаю на его ногу со всей силой, на которую только способны мои несчастные тапки. Он даже не моргает. Просто смотрит, как на забавного зверька, который пытается кусаться. Резко тянет меня на себя, и я врезаюсь в его грудь. Мокрую, жесткую, пахнущую лесом и дождем.

- Ты серьезно? - наклоняет голову, и на его губах появляется эта чертова ухмылка. - Аж, пальцы сломала. Где тапки такие сильные достала? Артикул дашь?

- Иди к черту!

Вырываюсь изо всех оставшихся сил. Его пальцы на моем локте не разжимаются, но я не сдаюсь.

- Ты совсем чокнутый! Не наигрался еще?

- Это ты все никак не угомонишься. Все равно ведь будет по-моему.

- Не будет. Нас тут скорее дикие звери сожрут или молнией убьет. Но по-твоему точно не будет. Пусти.

- Жаль тебя растраивать, но тут не водятся дикие звери, Хейзел. Это закрытая территория.

- Еще лучше! Тогда точно сбегу.

Снова предпринимаю попытку вырваться. Отталкиваю его от себя, упираясь обеими руками в его грудь. Он резко прижимает меня к дереву. Черт, даже в такой ситуации он возбужден!

- Тебя когда-нибудь трахали посреди леса под дождем? - спрашивает совершенно спокойно, отчего я теряю дар речи. Да его маньяческим наклонностям нет конца. - Нет? Тогда ты просто обязана получить этот ценный опыт.

Его губы касаются моих. Жестко. Грязно. Язык скользит внутрь, требуя ответа. Я сжимаюсь, пытаюсь отвернуться, но он держит крепко. Дождь хлещет по лицу, мешая дышать, а он все ближе, глубже, настойчивее.

Медленно оседаю на землю. Он за мной, не разрывая ни на секунду этот проклятый поцелуй, который из меня не просто все оставшииеся силы, а всю душу высасывает.

Натыкаюсь на камень и хватаю его, сжимая в руке, когда он отстраняется от моих губ и переводит взгляд на мои глаза.

- А тебя..., - произношу я дрожащими от холода губами. - когда-нибудь после поцелуя били по голове?

Замахиваюсь. Удар приходится ему прямо по виску. Вскакиваю, пока он зажимает рукой рану, и бегу. Так, как не бежала, кажется, никогда.

Ветки хлещут, дождь слепит, но я не оглядываюсь. Сердце колотится где-то в горле, и я чувствую, как горячая волна паники поднимается от живота. Я не знаю, куда бегу, я просто бегу.

Лес кончается внезапно. Впереди дорога, пустая, мокрая. Я выскакиваю на асфальт. Должна же проехать хоть одна машина.

Оглядываюсь вокруг, но ни шагов, ни его голоса я не слышу. Даже жалеть начинаю, что ударила его. Из-за дождя и темноты я не знаю сильно я ударила или нет. Он сказал, что диких зверей здесь нет, но что, если ему станет плохо от потери крови?

Несмотря ни на что я не должна была так поступить. Я же не монстр какой-то. Но ведь он и сам не ангел. Довел меня до этого, кретин.

Стою посреди дороги под дождем. Страшно до чертиков. Ненавижу леса. А еще сильнее ненавижу темноту. С ним хотя бы не было так страшно.

Решаюсь вернуться обратно к нему, как вдруг слышу вой. Волки. Где-то среди деревьев.

Нет... Только не это. Он ведь говорил, что здесь не водятся дикие звери.

Колени подгибаются, а дыхание срывается. Застываю на месте, вцепившись пальцами в мокрую футболку. Мне страшно до онемения, до звона в ушах. Я делаю шаг назад, к лесу, и тут же слышу хруст веток. А если они и до него добрались?

За спиной слышится шум мотора. Оборачиваюсь и вижу фары. Они слепят, но я узнаю машину. А за рулем и Райана.

Срываюсь с места и лечу к нему. Он не открывает дверь. Просто смотрит на меня через стекло. Я колочу по ней кулаками, кричу, чтобы он открыл, но он медлит.

Окно опускается.

- Набегалась?

Смотрю на висок. Там не проступает кровь. Царапина, но не смертельная. И то хорошо.

- Открой дверь.

Бросаю взгляд назад. Там пусто, но чувствую они совсем рядом.

- Попроси понежнее.

Не ну я его реально прикончу когда-нибудь.

- Твой маньяческий мозг хотя бы иногда работает как у нормальных людей? Открой дверь, придурок.

- Ты же убегала от меня.

- Убегала, потому что ты псих. Я не хочу тут помирать, - выдыхаю я, чувствуя, как голос срывается от холода и страха. Сзади снова вой, ближе, и я вцепляюсь в дверцу машины. - Открой, Райан, я серьезно.

- Недостаточно нежности. Будь хоть немного поласковее со мной.

Я не успеваю его послать куда подальше, как из леса выбегают три волка. Встречаюсь с их глазами и забываю, как дышать. Слова вырываются изо рта сами собой:

- Блин, мудила, открой эту чертову дверь!