Его пленница

Глава 5

Я несусь к двери, когда в нее начинает кто-то настойчиво биться. В последнюю секунду, когда она открывается и показывается чья-то нога, я прижимаюсь к ней, зажимая ее между косяком и стеной.

Он не издает ни звука, только начинает сильнее прорываться внутрь, просовывает руку с ножом и начинает замахиваться им. Какого черта блин?! Он совсем больной?!

Я вскрикиваю, когда лезвие слегка проходится по моей руке.

Черт!

Я вжимаюсь в дверь еще сильнее, пытаясь захлопнуть ее. Со всей мочи наступаю на его ногу и, как только он отдергивает ее, тяну дверь на него. Он все же издает протяжный стон, когда его рука застревает. Я снова со всей силы ударяю плечом по двери и он убирает руку.

Моментально закрываю ее на все замки. Но он тут же принимается колотить по ней чем-то тяжелым. А потом наступает тишина.

Сердце бешено колотится в груди, дыхание перехватывает от ужаса. Я навостряю уши, чтобы слышать каждый звук, но ничего не происходит. Только голоса соседей раздаются за дверью.

Телефон.

Я бегу обратно в спальню, выхватываю его и... О, черт! Он снова очистил переписку! Будь ты проклят, псих!

Звоню ему, прикладывая телефон к уху.

- Аппарат вызываемого абонента...

- Что б тебя!

Отбрасываю телефон в сторону, вздыхая. В дверь начинают стучать уже соседи. Почти два часа уходит на разборки с ними, а потом еще и с двумя полицейскими, которых они вызвали.

И что мне им сказать? Меня преследует псих из клиники, где мы находились вместе? Еще и доказательств нет. Да и я светиться не хочу. Еще до родителей что-то дойдет. Я, конечно, уже взрослая и в опекунах не нуждаюсь, но кто знает, что этим полицейским может прийти в голову.

Райан Роудс... Если это и впрямь ты, что тебе от меня надо?

О сне и речи быть не может. До будильника всего навсего четыре часа. Я слоняюсь по квартире в поисках этой чертовой камеры, но нигде ничего не нахожу. Отключаю на телефоне беззвучный режим. И да, жду от него хоть сообщение, хоть звонка. Но ничего не происходит.

В отчаянии сажусь на пол, подтянув колени к груди и оперевшись на стену спиной. Какая хрень происходит в моей жизни? Что еще за маньяческие игры блин?!

Сижу так довольно долго, прокручивая в голове произошедшее. Снова и снова. Снова и снова. Снова и снова. Пока не цепляюсь за одну деталь.

Палец. На левой руке, что он просунул внутрь. Когда закрывала дверь, я так сильно в нее врезалась, что прищемила его палец. Значит должен остаться след. Синяк там или еще что. И за одну ночь он так просто не пройдет.

Встаю и начинаю ходить по комнате туда-сюда. Если этот придурок завтра или вернее уже сегодня придет в кафе, я узнаю, он это был или кто-то другой.

Еле усиживаюсь на месте. Ну не могу я так просто ждать до рассвета. У меня терпения не хватит.

Он избавился от номера, но наверняка сейчас наблюдает за мной.

Шарюсь в шкафчике, достаю оттуда бумагу с ручкой и крупными буквами пишу на ней:

«Ты ведь Райан Роудс, я права?

Кровь от пореза на руке начинает капать на листок, но я не обращаю на это внимания. Поднимаю его в воздух и кручу в разные стороны. Где бы эта камера ни была, он должен сейчас видеть все.

В ответ тишина. Я и не ожидала ничего сверхъестественного.

Переворачиваю листок и снова пишу:

«Это ты сейчас был? Хотел таким образом наказать за дерзость?»

Снова тишина. Даже телефон молчит.

Достаю другой листок и пишу:

«Чего ты добиваешься? Чтобы я испугалась? Поздравляю, у тебя получилось, кретин!»

Тишина начинает уже знатно так бесить. Скомкав бумагу, выбрасываю ее в сторону, обматерившись. У этого шизика неплохо так получается меня выводить из себя.

Когда время уже начинает приближаться к шести, беру вещи, полотенце и иду в ванную. Принимаю душ, собираюсь за полчаса и мигом выбегаю на улицу. Сегодня немного прогуляюсь до работы. И мозги заодно проветрю.

Вот сейчас, гуляя одной по дороге, я не чувствую, что за мной кто-то следит.

Прогулка идет мне на пользу. Я даже немного успокаиваюсь. Прихожу на работу раньше времени. Занимаю себя делами, пока жду его появления. А я жду. Каждую чертову секунду смотрю на входную дверь.

Так проходит половина дня. Я несусь между столиками, при этом не сводя взгляда с двери. В такое время он уже должен был быть здесь.

Да что со мной блин?! Что значит должен? Только из-за того, что пару раз приходил? А, если он не придет из-за вчерашнего? Вдруг понял, что я его жду? А может у него и тут есть камеры?

Бред! Это уже паранойя, Хейзел. Приди в себя!

Разворачиваюсь с подносом в руках и бах! Сталкиваюсь с парнем, чуть не выронив его. Хорошо, что тарелки были пустые, иначе бы испачкала ему одежду.

- Извините. Это вышло случайно.

- Ничего. Бывает.

Он-то ничего такого не сказал, а вот мегера, которая это заметила, подозвала меня и начала читать лекции. Так мозги заебала, что еще немного и я бы не сдержалась. Ее спасла от меня Ванесса, сообщившая, что зовут ее в зале.

Проходит еще час. Когда я уже ни на что не надеясь, выхожу с заказом одного из посетителей, тут же чувствую изменившуюся атмосферу.

Он пришел.

Поворачиваю голову в сторону столика, за которым он обычно сидит и вижу его. Я забываю о работе, о заказе, о мегере. Обо всем. Кладу поднос на ближайший столик и направляюсь прямиком к нему.

Он поднимает на меня глаза и, прежде чем успевает что-то сказать, я хватаю его за левую руку. Мне нужно проверить он это был или нет.

Осматриваю его татуированные пальцы. Ни какого синяка или другого следа.

- Хейзел!

- Отстань, - бросаю я, не думая, и скидываю со своего плеча руку мегеры.

Хватаю его правую руку. Та же картина. Да что происходит?!

Поднимаю на него глаза. Он смотрит на меня, как на сумасшедшую, усмехаясь. Даже не забавляясь, а так, будто издеваясь надо мной.

- Хейзел, ты что вытворяешь?

Начальница хватает меня за локоть, но он тут же резко встает и перехватывает меня. Так сильно сжимает мою руку, что синяк, кажется, неизбежен.

Тянет меня за собой на выход. А я послушно следую за ним. У меня тоже есть вопросы к нему.

Мы снова оказываемся в той же позе. Если вчера я просто преграждала ему путь, то теперь он сам прижимает меня к дверце машины, загораживая выход, расставив руки по обеим сторонам от меня.

- Ну? Скажешь, зачем лапала мои руки? - спрашивает спокойно, почти лениво. Но в глазах ни капли лени. Там буря, которую он держит на коротком поводке.

- Проверяла, не ты ли вчера ломился ко мне в дверь, - отвечаю на автомате. Он даже бровью не ведет.

- Надо же! Бедную Хейзел кто-то напугал?

- Меня так просто не напугать, - бросаю, хотя вчера чуть сердце не остановилось. - Что ты хочешь от меня? Кто ты такой?

- Я? Что же я хочу, Хейзел? Может... твою душу? Не ту, что ты выставляешь напоказ этим идиотам. А ту, что прячешь в самой глубине своего прелестного сердечка.

Смотрю в его глаза, застыв на несколько секунд. Они темные и бездонные, словно колодец, в который упадешь - и не выберешься. От него веет опасностью, тьмой. Это татуированное тело, вылепленные мышцы, взгляд отточенного маньяка. В нем собрано все темное.