Страница 154 из 154
Я опять повернулась к Грише, но за него ответил Толик:
– Замом по науке назначили Григория.
Мы некоторое время слушали пререкания зала с руководителями. Хотя я уже слушала плохо, мне стало понятно, почему Володи нет на собрании, и я волновалась, зная его реакции. Толик посматривал на меня и что-то чертил в блокноте.
Когда собрание, наконец, закончилось, Толик вырвал из своего блокнота лист и протянул мне.
Это была картинка, нарисованная шариковой ручкой. Шикарная, с проработанными деталями, как будто кадр из мультфильма: волк, напоминающий волка из «Ну, погоди», но с огромными ушами и абсолютно безумным видом, тонет с кирпичом на шее, а от него уплывает симпатичная длиннохвостая и губастая рыбка. У волка на свитере с заплатами на локтях – надпись «Shatun-off», а у рыбки на хвосте – «Nadine».
Оказалось, Толик прекрасно рисует, как настоящий художник. Его в «Спецатоме» назначили начальником научно-исследовательского отдела.
Гриша стоял рядом, виновато улыбался, попросил:
– Надь, убеди Володю, пожалуйста, что его никто не подсиживал. Это назначение – не против него, просто Самойленко так решил, ведь начальником научного отдела в «Комплексе» два года был я… А Володя – он организатор, у него мотор в одном месте, вот и решили, что он будет прекрасным замом по административной части. Поговори с ним, а то он убежал злой, никто его остановить не смог. И спирта прихватил, вы там поосторожней, все-таки он теперь замдиректора…
Я должна была еще взять интервью у Андреева о создании «Спецатома» для нашего радио, это было срочно, передача выходила назавтра, восьмого марта. В результате мы уехали из Припяти поздно, втроем с Андреевым и Толиком, который тоже жил в Чернобыле, на андреевской машине.
Дома Володи не было, фонарь не горел. Я пошла к Жоре и нашла там троицу: хозяина, Женю и Вовку, абсолютно пьяного. Впрочем, остальные тоже были не первой свежести. Они спорили, аргументировали, убеждали, разубеждали – Жора и Женя пытались справиться с Володей. Удавалось плохо, и Жене в конце концов надоело, видимо. Он ушел, чмокнув меня в щеку на прощание и посмотрев как-то странно. (И что это сегодня все на меня так странно смотрят?) Володя спустился за уходящим Женей, постоял, покачиваясь, потом тоже решил идти домой, схватил меня за руку и потащил. Я плелась за ним, понимая, что вечер будет невеселый.
Дома Володя сразу прошел на кухню, схватил стакан, вытащил из-под раковины бутылку – к несчастью, там стояла бутылка водки, которую привез Юра Косин, а я не успела ее спрятать… Сейчас окончательно напьется.
– Вов, может, не надо? Вы уже и так с Женькой хорошо посидели.
– Ага. И он опять вокруг тебя ошивался. А ты и рада! – зло бросил он, опрокидывая полный стакан.
– Зачем ты это говоришь? Во-первых, никто не ошивался, во-вторых, чему радоваться-то? Посмотри, в каком ты состоянии… и сними ботинки, пожалуйста, ты ж из Припяти.
– Да что ты со своими ботинками! У меня судьба рушится, а тебе… Женька, ботинки… Эх, чего там, тебе все равно не понять!
– Мне не понять? А когда я горничной из-за тебя устроилась, думаешь, мне приятно было? А то, что меня диктором сделали вместо корреспондента?
– Да отстань ты от меня!!! – пьяно заорал Володя и, как был, в свитере выскочил на улицу.
Я посидела немного. Потом встала, накинула пальто и побежала за ним – ему сейчас только не хватало попасться в руки милицейскому патрулю.
В конце заснеженной улицы, в стороне реки, виднелся черный силуэт. Там дальше нет дороги, он должен повернуть обратно. Я пошла ему навстречу. Володя не шел, он бежал, качаясь. Когда он поравнялся со мной, я схватила его за руку. Он вырвался и продолжал свой безумный бег. Я догнала его напротив дома Жоры, намертво ухватила за свитер:
– Вов, пожалуйста, пойдем домой. Ты доиграешься…
– Отпусти! Уйди от меня!
Он вырывался. Я побелевшими от холода пальцами держала его толстый свитер изо всех сил.
– Нет, не отпущу, хватит дурить!
– Ах так? – Вдруг Володя развернулся ко мне, на миг я увидела белые от водки и бешенства глаза… и все померкло.
* * *
Божественные лики. Я что, уже на небе?.. А, это же иконы! Странно, почему у меня перед глазами иконы? Пока я пыталась понять, что произошло, рядом заговорил Жора:
– Слава богу, очнулась! О господи, да у тебя кровь на затылке!
Оказывается, я лежу на диване на первом этаже Жоркиного дома… а он продолжает говорить, и каждое слово как будто отдается в моей голове колокольным звоном.
– Я увидел, что ты лежишь на снегу, притащил тебя в дом. Подожди, не рыпайся, надо осмотреть твой затылок. Тут что, заколка?.. Вот это да! Чудо! Перед домом… иконы тебя хранили! Господь помог!
– Жора, что там? И где Володя? – Почему-то мне трудно разговаривать.
– Володя? Не знаю, его не видно было, – удивился Жора. – А что случилось? Это он тебя?
Тут он заметил, что у моего виска на глазу наливается синяк, и помрачнел.
У Жоры была перекись водорода и пластырь. Он заклеил мою рану на затылке и потащил меня на второй этаж, где была маленькая отдельная спальня. Там уложил в кровать и вышел.
В общем, теперь стало понятно, что случилось. Володя двинул меня в висок, и я упала. Свои длинные волосы я всегда закалывала заколкой-автоматом. Это была замечательная заколка, французская, ее привез мне из командировки папа. Такие нельзя было купить в Советском Союзе, и я очень ее берегла. Она ответила мне взаимностью, наверное, даже спасла мою жизнь. Я упала затылком на камень, и удар, к счастью, пришелся точно в место, где были заколоты волосы. Если бы не эта заколка… Она амортизировала удар, но разрезала мне голову. Железные крепления врезались в кожу, но даже не погнулись – вот ведь французское качество! Только роговое покрытие, к моему горю, безнадежно треснуло… Пока я переживала о потере заколки, прибежал Женя. Несмотря на полноту, он просто-таки взлетел по лестнице и, задыхаясь, плюхнулся на стул у моей кровати:
– Тебе нельзя к нему возвращаться. Он ненормальный, а тебе надо уезжать из Зоны.
Женя смотрел на меня такими глазами, что мне, наконец, стало ясно: он меня хочет. Он взял меня за руку, стал осторожно гладить по щеке… Женя мне очень нравился по-человечески, как друг…
После обсуждения было решено спрятать меня у Жоры, а Володе сказать, что меня отправили в больницу.
Эта книга завершена. В серии Иностранка. Роман с историей есть еще книги.